Но самым раздражающим было то, что Алео, обласканная мужским вниманием, никак не могла смириться с тем, что Махош ее не хотел, не смотря ни на какие ухищрения с ее стороны.

Вообще-то, мастер, будучи совершенно нормальным мужчиной, конечно же ее хотел. Вопреки странным домыслам Вив, что раз она не видит, то женщин у него нет, Махош порой заводил романы, состоял в отношениях и даже как-то раз всерьез подумывал о женитьбе, но не срослось. А Алео была статной, яркой женщиной с волнующими формами и горящими глазами. Так что конечно Махош порой заглядывался. И может даже забрал бы у нее пару ночей. Не будь она такой шумной. А еще — его секретаршей. Но, главное, конечно, шумной!

Стоило представить, сколько с ней могло бы быть проблем… В общем, Махош благоразумно держал дистанцию от этих потенциальных проблем, порой вздыхал над слишком откровенными нарядами, порой и фантазировал, как приятно было бы их снять… Но по его поведению вряд ли бы кто смог предположить, что он творит с ней в своих мыслях. Вот и Алео была свято уверена, что он то ли импотент, то ли мужеложец, но никак не нормальный мужчина. Махош не отрицал. Какое ему дело до чужих предположений?

И как только подвернулась возможность сгрузил ее в библиотеку. Главный библиотекарь до сих пор присылал ему гневные письма, на которые Махош не отвечал.

Теперь он шел по бесконечным рядам книжных стеллажей и пытался понять, была ли его сиюминутная прихоть сводить Светлану в городскую библиотеку идиотской затеей от начала и до конца или все-таки какая-то польза от этого есть.

Желание это было продиктовано раздражением, совершенно иррациональным, которое вызывала в нем девушка. А еще глупыми стереотипами, будто бы никто не желает работать в библиотеке. Алео при первом же намеке устроила скандал! Но так ведь это касается только старосадовцев и успевших обжиться переселенцев! Света намека ожидаемо не поняла и с интересом оглядывала обстановку.

Пришлось с собой прихватить и Вив, и теперь шел он не в благостной тишине, обычно всегда царившей в этом месте, а в обществе трех дам.

— … и вот моя несчастная больная матушка мне купила эти сережки! И представь, мне они даже и правда понравились. Как думаешь, мне идет?

Вив тряхнула головой и задорно улыбнулась, демонстрируя обновку.

— Вив, душка, это отвратительная безвкусица тебя старит — скоро вас с твой матушкой будут считать сестрами! — не удержалась Алео и ласково оскалилась.

— Не смей трогать мою матушку! — зашипела женщина в ответ. — Я не у тебя спрашивала, змеюка! Свет, ну как? Как тебе?

— Мне немного не близок такой стиль, но выглядит очень свежо! — закивала Света.

Как изящно отвертелась от ответа, ну надо же… Даже это Махоша почему-то раздражало в ней.

— Кстати, Алео, а как вы так красиво заплетаете волосы? — улыбнулась секретарша и сверкнула в сторону своей предшественницы подобострастным взглядом.

Махош с сомнением посмотрел на нелепый кулек на голове женщины. Ну, испортить ее личико и фигурку эта мочалка на затылке не могла, но не просто так Алео все утро тянула руки к волосам, пытаясь что-то поправить, и ловила свои отражения во всех поверхностях. Мастер почти услышал, как она облегченно выдохнула на вопрос маленькой подхалимки!

— А руки у меня не из задницы растут — вот и весь секрет!

— Руки у нее не из задницы, вы посмотрите, — заворчала Вив, — Доверила я ей как-то свою косу, так потом чуть резать не пришлось! Такие мне узлы наваяла, боже мой…

— Да лучше уж узлы, чем простоволосой с такой соломой ходить.

— Ах ты!..

— Ой, все-таки такие любопытные сережки, никогда такого не видела, — встряла Света. — И форма такая интересная… Как два месяца!

— Это дельфины, — поправила Вив, но все равно улыбнулась.

Света закивала.

— Очень оригинально, конечно!

Ему бы промолчать, не лезть в женский разговор. Умасливает она двух стерв не сцепиться — так и отлично! Значит, не зря с собой взял.

— Света, если у вас не хватает душевных сил честно наврать и выдавить из себя «красиво», то может и приукрашивать не стоит?

Женщины замерли. Волком на него отчего-то посмотрели все трое, и если бы рядом было зеркало, еще один мужчина, скривившись, одарил его не самым довольным взглядом. Он посмотрел бы на Махоша, как на распоследнего идиота. И был бы прав. Вив обернулась удивленно на Светлану.

— Так тебе не нравится?

— Да кому это вообще может понравиться? — нахмурилась Алео. — Хотя у тебя со зрением, вроде, всегда были проблемы…

— Мне очень, очень… эм-м… да, так оригинально, Вив! Это нестандартный подход, который подчеркивает твою неординарную личность!

Алео захохотала, распугивая тишину библиотеки.

— Боже, я даже злиться на нее не могу… — пробормотала в итоге блондинка.

Махош дослушивал разговор краем уха, так как успел уже уйти вперед. Пока они выясняют, насколько сережки в форме дельфина портят, в целом, неплохой вид, мастер собирался хоть минуту поосматривать место преступления в тишине. Как и сообщила Алео, это было жертвоприношение. С совершенно знакомым почерком.

В Старом Саду переселенцы пропадали не так уж что бы редко. К сожалению, в какой-то момент их выписка из родных миров встала на поток, и чем больше ухудшалась демографическая ситуация, чем больше послаблений давал градоначальник для «поиска» и «транспортировки» человеческого ресурса — тем хуже справлялась миграционная служба. Исчезновения не самого полезного для города переселенца могло просто-напросто пройти мимо внимания всех правоохранительных органов.

Поэтому охоту неизвестного члена колдовского сообщества за переселенцами даже не сразу заметили. В общем-то, только сейчас, осматривая полустершийся ритуальный круг и находя знакомые символы, Махош мог официально объявить о появлении нового маньяка в их городе.

— Вы были знакомы?

Мужчина даже не обернулся, так как шаги новой секретарши услышал загодя.

— Да, забавный был человек.

— Астер, кажется?

Махош кивнул. Сначала он решил проигнорировать намек на продолжение, но скосил глаза на девушку и зачем-то все же ответил.

— Познакомился с ним лет десять назад. Изначально его переселили к нам как бывшего военного — рассчитывали, что он приживется на службе в страже. Но Астер оказался тем еще чертом. В своем мире он был на хорошем счету — куча наград, хорошее жалование, послужной список всем на зависть… Всеобщее уважение и почет. Характеристики самые лучшие: и идейный и прагматичный, и честный и дипломатичный, и… ай, неважно! — Махош махнул рукой, — Хорош, в общем. Много от него ожидали тут. А он оказался ленивым пьянчугой, саботирующим приказы так изящно, что не прикопаешься. Дисциплина при нем упала в бездну, сладить с ним не мог никто.

— Так может он для своей страны был и идейным и прагматичным и что-то там еще, а не для вас?..

Мужчина снова глянул на свою секретаршу. Вот не мог он ее понять. То ли рохля, то ли просто в себе… Ему иногда казалось, что девушка видит больше, чем показывает. Что ее непрекословность — просто ширма. И если это так, то Махош не мог понять, как он к этому относится. У него вызывали раздражение люди, которые добровольно, совершенно осознанно уходили в себя от проблем. Прятались от мира за удобным поведением. В молчание тех, кому есть, что сказать, он видел едва ли не корень всех проблем всех миров.

Девушку хотелось вывести на чистую воду. С другой стороны, желание это было продиктовано явно какими-то мелочными чувствами. Пока непонятно какими, но явно они не стоили того, чтобы им потакать. Поэтому мастер предпочел подавить свое желание.

— Вот и я так подумал, — кивнул он. — В общем, Астер нигде не мог ужиться — точнее нигде не могли ужиться с ним. Пока ему не нашли место в секции запрещенной литературы в городской библиотеке. Кстати, вам тут нравится?

Махош прикинул, куда ее можно было бы пристроить, когда он найдет секретаршу, которая не будет его раздражать. Где тут самая скучная литература на свете?