| They smelled cleanly of oil and grease. | От них опрятно пахло смазкой и керосином. | | I lay and listened to the rain on the canvas and the clicking of the car over the rails. | Я лежал и слушал шум дождя по брезенту и перестук колес на ходу. | | There was a little light came through and I lay and looked at the guns. | Снаружи проникал слабый свет, и я лежал и смотрел на орудия. | | They had their canvas jackets on. | Они были в брезентовых чехлах. | | I thought they must have been sent ahead from the third army. | Я подумал, что, вероятно, они отправлены из третьей армии. | | The bump on my forehead was swollen and I stopped the bleeding by lying still and letting it coagulate, then picked away the dried blood except over the cut. | На лбу у меня вспухла шишка, и я остановил кровь, лежа неподвижно, чтобы дать ей свернуться, и потом сцарапал присохшую кровь, не тронув только у самой раны. | | It was nothing. | Это было не больно. | | I had no handkerchief, but feeling with my fingers I washed away where the dried blood had been, with rainwater that dripped from the canvas, and wiped it clean with the sleeve of my coat. | У меня не было носового платка, но я ощупью смыл остатки присохшей крови дождевой водой, которая стекала с брезента, и дочиста вытер рукавом. | | I did not want to look conspicuous. | Я не должен был внушать подозрения своим видом. | | I knew I would have to get out before they got to Mestre because they would be taking care of these guns. | Я знал, что мне нужно будет выбраться до прибытия в Местре, потому что кто-нибудь придет взглянуть на орудия. | | They had no guns to lose or forget about. | Орудий было слишком мало, чтоб их терять или забывать. | | I was terrifically hungry. | Меня мучил лютый голод. | | 32 | Глава тридцать вторая | | Lying on the floor of the flat-car with the guns beside me under the canvas I was wet, cold and very hungry. | Я лежал на досках платформы под брезентом, рядом с орудиями, мокрый, озябший и очень голодный. | | Finally I rolled over and lay flat on my stomach with my head on my arms. | В конце концов я перевернулся и лег на живот, положив голову на руки. | | My knee was stiff, but it had been very satisfactory. | Колено у меня онемело, но, в общем, я не мог на него пожаловаться. | | Valentini had done a fine job. | Валентини прекрасно сделал свое дело. | | I had done half the retreat on foot and swum part of the Tagliamento with his knee. | Я проделал половину отступления пешком и проплыл кусок Тальяменто с его коленом. | | It was his knee all right. | Это и в самом деле было его колено. | | The other knee was mine. | Другое колено было мое. | | Doctors did things to you and then it was not your body any more. | Доктора проделывают всякие штуки с вашим телом, и после этого оно уже не ваше. | | The head was mine, and the inside of the belly. | Голова была моя, и все, что в животе, тоже. | | It was very hungry in there. | Там было очень голодно. | | I could feel it turn over on itself. | Я чувствовал, как все там выворачивается наизнанку. | | The head was mine, but not to use, not to think with, only to remember and not too much remember. | Голова была моя, но не могла ни работать, ни думать; только вспоминать, и не слишком много вспоминать. | | I could remember Catherine but I knew I would get crazy if I thought about her when I was not sure yet I would see her, so I would not think about her, only about her a little, only about her with the car going slowly and clickingly, and some light through the canvas and my lying with Catherine on the floor of the car. | Я мог вспоминать Кэтрин, но я знал, что сойду с ума, если буду думать о ней, не зная, придется ли мне ее увидеть, и я старался не думать о ней, только совсем немножко о ней, только под медленный перестук колес о ней, и свет сквозь брезент еле брезжит, и я лежу с Кэтрин на досках платформы. | | Hard as the floor of the car to lie not thinking only feeling, having been away too long, the clothes wet and the floor moving only a little each time and lonesome inside and alone with wet clothing and hard floor for a wife. | Жестко лежать на досках платформы, в мокрой одежде, и мыслей нет, только чувства, и слишком долгой была разлука, и доски вздрагивают раз от раза, и тоска внутри, и только мокрая одежда липнет к телу, и жесткие доски вместо жены. | | You did not love the floor of a flat-car nor guns with canvas jackets and the smell of vaselined metal or a canvas that rain leaked through, although it is very fine under a canvas and pleasant with guns; but you loved some one else whom now you knew was not even to be pretended there; you seeing now very clearly and coldly--not so coldly as clearly and emptily. | Нельзя любить доски товарной платформы, или орудия в брезентовых чехлах с запахом смазки и металла, или брезент, пропускающий дождь, хотя под брезентом с орудиями очень приятно и славно; но вся твоя любовь - к кому-то, кого здесь даже и вообразить себе нельзя; слишком холодным и ясным взглядом смотришь теперь перед собой, скорей даже не холодным, а ясным и пустым. | | You saw emptily, lying on your stomach, having been present when one army moved back and another came forward. | Лежишь на животе и смотришь перед собой пустым взглядом, после того, что видел, как одна армия отходила назад, а другая надвигалась. | | You had lost your cars and your men as a floorwalker loses the stock of his department in a fire. | Ты дал погибнуть своим машинам и людям, точно служащий универсального магазина, который во время пожара дал погибнуть товарам своего отдела. | | There was, however, no insurance. | Однако имущество не было застраховано. | | You were out of it now. | Теперь ты с этим разделался. | | You had no more obligation. | У тебя больше нет никаких обязательств. | | If they shot floorwalkers after a fire in the department store because they spoke with an accent they had always had, then certainly the floorwalkers would not be expected to return when the store opened again for business. | Если после пожара в магазине расстреливают служащих за то, что они говорят с акцентом, который у них всегда был, никто, конечно, не вправе ожидать, что служащие возвратятся, как только торговля откроется снова. | | They might seek other employment; if there was any other employment and the police did not get them. | Они поищут другой работы - если можно рассчитывать на другую работу и если их не поймает полиция. | | Anger was washed away in the river along with any obligation. | Гнев смыла река вместе с чувством долга. | | Although that ceased when the carabiniere put his hands on my collar. | Впрочем, это чувство прошло еще тогда, когда рука карабинера ухватила меня за ворот. | | I would like to have had the uniform off although I did not care much about the outward forms. | Мне хотелось снять с себя мундир, хоть я не придавал особого значения внешней стороне дела. | | I had taken off the stars, but that was for convenience. | Я сорвал звездочки, но это было просто ради удобства. | | It was no point of honor. | Это не было вопросом чести. | | I was not against them. | Я ни к кому не питал злобы. | | I was through. | Просто я с этим покончил. | | I wished them all the luck. | Я желал им всяческой удачи. | | There were the good ones, and the brave ones, and the calm ones and the sensible ones, and they deserved it. | Среди них были и добрые, и храбрые, и выдержанные, и разумные, и они заслуживали удачи. | | But it was not my show any more and I wished this bloody train would get to Mestre and I would eat and stop thinking. | Но меня это больше не касалось, и я хотел, чтобы этот проклятый поезд прибыл уже в Местре, и тогда я поем и перестану думать. | | I would have to stop. | Я должен перестать. | | Piani would tell them they had shot me. | Пиани скажет, что меня расстреляли. | | They went through the pockets and took the papers of the people they shot. | Они обыскивают карманы расстрелянных и забирают их документы. | | They would not have my papers. | Моих документов они не получат. | | They might call me drowned. | Может быть, меня сочтут утонувшим. | | I wondered what they would hear in the States. | Интересно, что сообщат в Штаты. | | Dead from wounds and other causes. | Умер от ран и иных причин. | | Good Christ I was hungry. | Черт, до чего я голоден. | | I wondered what had become of the priest at the mess. | Интересно, что сталось с нашим священником. | | And Rinaldi. | И с Ринальди. | | He was probably at Pordenone. | Наверно, он в Порденоне. | | If they had not gone further back. | Если они не отступили еще дальше. | | Well, I would never see him now. | Да, теперь я его уже никогда не увижу. | | I would never see any of them now. | Теперь я никого из них никогда не увижу. | | That life was over. | Та жизнь кончилась. | | I did not think he had syphilis. | Едва ли у него сифилис. | | It was not a serious disease anyway if you took it in time, they said. | Во всяком случае, это, говорят, не такая уж серьезная болезнь, если захватить вовремя. | | But he would worry. | Но он беспокоится. | | I would worry too if I had it. | Я бы тоже беспокоился. | | Any one would worry. | Всякий бы беспокоился. | | I was not made to think. | Я создан не для того, чтобы думать. | |
