Понедельник Насти начался со «свободного урока»: учительница физики заболела, а заменить её было некому. Директор школы, дав ребятам задание, оставил их готовиться самостоятельно. Для Насти это была отличная возможность поближе познакомиться с одноклассниками: на переменах она либо повторяла домашку, либо читала текст роли, либо просто приходила в кабинет последняя. В Настином классе мальчиков и девочек было практически поровну. Ася Ветрова – худенькая, светлая девочка с каре – староста, занималась гимнастикой. Были, как и в любом другом классе, в любой другой школе, звёзды: четыре девочки, Ксюша, Маша, Надя и Наташа, – яркие, громкие, в меру хвастливые, решали, кого выделить, с кем нужно общаться, как себя вести. Были отличники, участники олимпиад: Вася Остапов – химия, Витя Попов – биология, Марина Звягина – история – и ещё несколько одарённых девочек. Были болтливые ребята: например, Горшков Вова начал раздавать Насте советы, как освоиться в их гимназии; и молчуны: Давыдов Ваня – этот в крайнем случае кивал, чаще старался делать вид, что вообще никого не слушает. Со стороны казалось, что Настя зашла в гости: будто семье нужен был повод пообщаться между собой, поделиться новостями, вспомнить совместные мероприятия, рассказать об увлечениях друг друга. «Забавные они, конечно», – улыбнувшись, подумала девочка, когда прозвенел звонок на перемену.

После уроков Настя торопливо поднималась по ступенькам на третий этаж. Не так-то просто бегать с набитым учебниками рюкзаком. В зале вновь балаган – значит, она не опоздала, режиссёра ещё нет. И стоило ей только занять место, как дверь распахнулась – вошла Ольга Кирилловна.

В этот день репетицию начали с диалогов Принца и Золушки. Несмотря на то что Настя готовила текст все выходные, заслужить похвалу режиссёра ей удалось лишь с третьей попытки. Что ж, не зря о студии шла слава на всю округу: Ольга Кирилловна действительно очень щепетильно относилась к работе ребят над ролями. Наступила очередь Никиты читать свой монолог. Парню никак не удавалось передать то состояние персонажа, которое хотела видеть режиссёр.

– Я знаю, что вы думаете обо мне, – выделив первую часть фразы, произнёс он.

– Никита, – не сдержалась Настя. – Здесь суть в другом. Не в том, что ты знаешь, а в том, что она думает. Тебя должны немного расстраивать мысли Золушки, при этом ты стараешься ей нравиться и пытаешься быть весёлым, интересным ей, хоть тебе немного неловко.

– Вот! Именно! – подхватила Ольга Кирилловна. – Мало знать текст – нужно чувствовать своего персонажа, понимать, что им движет. Настя, молодец. Никита, ты тоже молодец, но постарайся играть немного иначе. Представь себя на месте Принца. Ты за свою жизнь столько принцесс и королев перевидел, ни одна тебе не нравилась. А тут встретил прекрасную незнакомку. И ты, сын короля, чувствуешь, что будто не ровня ей. Понимаешь?

Никита слушал, скрестив руки на груди, и нервно топал ногой. Настя с ужасом поняла, что совершила ошибку! Откуда ей знать, как он должен играть, если она якобы вообще впервые оказывается на репетиции спектакля?

– Вот помнишь, как Славик играл? Твой старший брат, – продолжала Ольга Кирилловна. – Чудесный, талантливый мальчик! И в студии нашей занимался, и учился прекрасно – на олимпиады по химии и биологии ездил. Гордость гимназии. Когда только всё успевал – ума не приложу. С лёгкостью прошёл все туры прослушивания при поступлении в театральный. Приезжал потом – благодарил меня. Ольга Кирилловна, говорит, если б не ваша студия, я бы так быстро не поступил в столичное училище! А ведь многие несколько лет пытаются попасть туда! – гордо заявила она. – Так вот, он всегда очень тщательно готовился к роли, буквально по косточкам разбирал персонажа. Что чувствует, а почему именно это, что могло повлиять, какая история предшествовала, какой у него мотив. А как прекрасно с партнёрами сходился. У актёра должна быть развита эмпатия. По одному мы играем только в моноспектаклях, – сказала она всем и подняла указательный палец правой руки. – А сейчас у нас всё-таки творчество коллективное. Поэтому, Никита, будь внимателен к партнёру: вы с Золушкой вместе стоите на сцене, значит, и работать должны сообща. А пока давайте немножко отдохнём и после перерыва продолжим с того же места.

– А ты, Золушка, много о себе возомнила? – резко спросил Никита, как только Ольга Кирилловна вышла из зала. – С чего ты взяла, что можешь давать мне какие-то советы? Я играю уже четыре года. Был в составе труппы на всех фестивалях. А тебе что вообще известно о театре? О том, на чём нужно делать акцент? И это ты должна под меня подстраиваться, а не наоборот. Эмпатия всё-таки, – скривив лицо, пропищал он.

– Так а что от неё хотеть? Она же публики никогда не видела, – усмехнулась Вика. – Заучка-зубрёжка, которая решила внезапно прославиться. Может, тебе лучше в кабинет математики вернуться? Там вот-вот начнётся занятие.

– Терпеть не могу, чтобы меня сравнивали со Славой! Уже тысячу раз об этом слышал. И знаешь что? Услышу ещё раз – и, если это будет по твоей вине, пеняй на себя.

– Вот ты бы так во время репетиции отдавался порывам и чувствам, – не выдержала Настя. – Да любой пятиклассник поймёт, о чём говорил Принц! А тебе вроде больше? Или ты привык только о себе заявлять? «Я знаю!», «Я играю!» Я! Я! Я! Тебе уже сказали, что моноспектакли ставить не планируют. Устроил тут бенефис!

– Считаешь, я заносчивый? – навис над ней Никита.

– Считаю?! Да я уверена! Помогли ему, посоветовали что-то. Очевидные вещи, которые любой заметит со стороны. И для этого не обязательно десятки лет играть на сцене или собирать стадионы. Мог бы спасибо сказать, вместо того чтобы устраивать истерики! А касаемо математики: говорят, даже творческим людям нужно иметь две профессии. А то мало ли что, – передразнила она Вику.

– О, репетировали? – Ольга Кирилловна вернулась в зал и заметила, что ребята так и остались на сцене. – Молодцы. Настоящие артисты. Ну что, продолжим?

Никита с Настей стояли друг напротив друга, разъярённые, с красными лицами, тяжело дышали. Настя отвернулась от него, сделала глубокий вдох и на выдохе, резко повернувшись, вновь превратилась в милую девочку, которая по волшебству оказалась на балу. Никита ухмыльнулся и тоже вошёл в роль романтичного, смущающегося юноши. Ольга Кирилловна была в восторге: оба актёра потрясающе играли.

– Просто он Лев. Никита. Поэтому взъелся сегодня, когда ты при всех сказала, что он что-то не так делает. Львы всегда короли, они не могут что-то делать неправильно. А-ха-ха-ха! – Настя получила вечером сообщение от Кати.

– Это астрология говорит?

– Да. Я всю труппу давно разобрала, поняла, как с кем общаться.

– И как общаться с Никитой? Это вообще возможно?

– Пишут, что Львы любят быть в центре внимания, любят лесть.

– Слушай, а скинь мне пару описаний. Буду читать как мантру – готовиться к репетициям.

На следующей репетиции Никита подсел к Насте.

– А в прошлый раз отлично сыграли. Сегодня как: будем разминаться или без боя обойдёмся? – подмигнул парень.

– Оттого кровь ещё не остыла. Пока достаточно, – отшутилась Настя.

«Такой злой был в прошлый раз, а сегодня, значит, первый подошёл. Ну-ну. Говорила же я: не такой ты пушистый, каким хочешь казаться. Всё эти улыбочки, шуточки. Выпендриваешься перед ребятами просто, или, может, стыдно стало, что они увидели, как ты ругаешься. В принципе, мне абсолютно всё равно, почему ты так себя ведёшь. Тут главное другое. Катя была права. Или статьи её правы – неважно. Больше никаких замечаний, советов и прочего бреда. Пусть лучше тысячу раз перечитает свою реплику, чем вновь вступать в конфликт. Моя задача – расположить его к себе. Как он влюбится, если будет ненавидеть меня? Конечно, говорят, что от любви до ненависти один шаг. Но, чтобы к этому подвести, потребуется слишком много сил, да и времени тоже. А у меня его и так нет. Впредь нельзя упускать ни одного намёка на лишнюю, не выгодную мне эмоцию. Нужно играть тем, что ему нравится. А нравится ему быть в центре внимания, чтоб никто в сравнении с ним не мог идти. А главное – чтобы его не сравнивали. Прибережём этот козырь до лучших времён», – потирая руки, думала девочка.