– Глеб, позвони Маринке.

Телефон отца транслировал долгие гудки. Тётя Марина перезвонила сама: Лиза в своей комнате, плачет, не хочет ни с кем разговаривать. Что случилось – непонятно. В жуткой истерике она кричит, что больше не вернётся в гимназию. Либо пусть её переводят в другую школу, либо оставляют дома на дистанционном обучении.

«М-да, похоже, случилось что-то серьёзное», – подумала Настя.

Настя продолжала звонить сестре, но безуспешно. Она решила внимательно перечитать переписку за последние пару недель. Может быть, что-то упустила? Что-то очень важное? Может быть, Лиза уже тогда намекала на какие-то проблемы? Или хотела обсудить какую-то тему. Нет, это были обычные сообщения: об оценках, поздравления с праздниками, о том, как отметили Новый год. А ведь у Лизы уже тогда что-то могло случиться. И она молчала. Лиза очень спокойная: не позволит себе каких-то странных выходок, резких комментариев или необоснованных заявлений. Если она написала сестре такое сообщение, если сейчас в слезах, значит, действительно что-то случилось. Причём что-то страшное. Настя вспомнила, как в детстве случайно узнала о том, что Лизу обижает соседский мальчик. Сестра просто не делилась этим. Ох и получил тогда тот мальчишка! А Настя дала себе слово, что никому и никогда больше не позволит смеяться над своей сестрой. Неважно, мальчик это будет или девочка, один или сотня, – она не даст её в обиду. Лиза… Кроткая, тихая… Но ничего, ещё пара часов – и Настя будет у неё, сможет всё узнать, сможет обнять её. Ах, невыносимые минуты.

– Хорошо, что вы приехали, – тётя Марина суетилась в коридоре.

– Что случилось? Где она? – волновалась Настя.

– В своей комнате. Я не знаю – она ничего не говорит. Ещё до каникул ходила грустная. Я спрашивала: «Может, какие-то проблемы в школе? Может, четвертные оценки плохие выходят? Может, обидел кто-то?» Но она не признавалась. Успеваемость у неё не падала. А сегодня – вот. Позвонили учителям. Те ничего не знают. Уговаривают остаться в гимназии. Она ни в какую. Говорит, если не заберёте документы, то просто перестану учиться. Я не знаю, что делать, – в отчаянии она закрыла лицо руками.

Настя подошла к комнате Лизы и тихо постучала. Ответа не было. Она медленно открыла дверь. Сестра лежала на кровати, лицом уткнувшись в подушку. Свет не горел. Настя тихонько вошла и опустилась на пол около Лизы. Та вздрагивала. Видимо, она только перестала плакать, но ещё не отошла от потрясения. Настя мягко положила руку ей на плечо.

– Лиза, милая, что случилось?

Лиза замерла. Затем она немного приподнялась и неуверенно, медленно повернулась. Её большие голубые глаза покраснели и опухли от слёз. Длинные тёмно-русые косы переплелись между собой. Светлая кожа приобрела какой-то жуткий, багровый оттенок.

– Настя? – удивилась Лиза. – Я, я… Я так рада, что ты приехала, – взвыла она, мёртвой хваткой вцепилась в сестру и вновь задрожала от всхлипывания.

– Лиза…

– Они, они издевались надо мной, – не поднимая головы с плеча сестры, промямлила Лиза.

– Кто?

– Все! Все. Каждый день. Это невыносимо. Я больше не могу так. Я больше не вернусь туда.

– Систер, я поговорю с дядей Петей и тётей Мариной. Они переведут тебя. Но скажи мне, кто это начал? Почему они это делали? – Настю начало трясти от злости и жалости. Она еле могла выносить такое состояние сестры и была готова бежать расправляться с обидчиками куда угодно прямо сейчас. – Ты готова говорить? Или, может быть, хочешь отдохнуть? Тебе принести воды?

Лиза согласилась, кивнув головой.

Настя быстро встала и вышла из комнаты. Около двери дежурили взрослые. К этому времени пришёл с работы и дядя Петя.

– Всё плохо, – шёпотом произнесла Настя. – Видимо, правда придётся забирать документы. Там какая-то очень неприятная история. Я ещё не знаю подробностей, – опередила она вопрос дяди и тёти.

Когда Настя вернулась в комнату, сестра уже спала. На семейном совете решили, что Лизе нужно будет сначала прийти в себя, возможно, неделю побыть дома, а потом уже выбирать: выходить в другую школу или переходить на домашнее обучение. Насте тоже предложили подать документы в другое место, но она наотрез отказалась. Только учась в гимназии Настя сможет отомстить за сестру, за её слёзы, за то, что кто-то буквально вытеснил её из этого общества, а ещё лишил их обеих мечты – учиться там вместе! Ведь если никто не будет разбираться в этой истории, то хулиганы так и продолжат издеваться над людьми. А если завтра кто-то из них тоже переведётся? Она понимает Лизу, но не хочет, чтобы, во-первых, она всю жизнь бегала, а во-вторых, чтобы её обидчики остались безнаказанными. И теперь главная цель Насти – не учёба, а возмездие.

Уснула Настя поздно, на диване, в комнате сестры.

Утром девочки проснулись одновременно. Они лежали, укутавшись в одеяла, свернувшись калачиком, и смотрели друг на друга. Первой заговорила Лиза.

– Вы приехали на выходные? – смущаясь, что Настя стала вчера свидетелем не самого лучшего события в её жизни, тихо спросила она.

– На несколько месяцев.

– Ого-о-о, – протянула Лиза. – А школа?

Глаза Насти забегали. Как сказать ей, что она будет учиться в гимназии? Как вообще поднимать сейчас эту тему, сейчас, когда Лиза только успокоилась?

– Ты ведь уже подала документы, да? – догадалась Лиза.

– Да.

– Видишь, мечты сбываются. Правда, не всегда вовремя. – Лиза вытерла предательскую слезу. – Я в порядке, в порядке. Я очень рада, что ты приехала. О таком подарке я, наверное, даже мечтать не могла.

– Ты мне расскажешь?

Лиза легла на спину и уставилась в потолок.

– Если бы я знала, что парни могут быть такими жестокими, – на выдохе произнесла она и замолчала, по её щекам побежали слёзы.

Настя не смела задавать вопросы, сбивать сестру, давить на неё. Уже и так понятно, что это из-за парня. Она затаила дыхание и ждала, когда Лиза продолжит, неважно, сколько на это потребуется времени, – она может лежать рядом с сестрой сколько понадобится.

– Из-за него я больше не вернусь в гимназию! Никогда! Он высмеял меня перед всеми. Сначала в классе начали смеяться, потом по коридорам уже ходили пальцем тыкали.

Воображение Насти рисовало ужасные картины.

– А он. Он ведь красивый такой. Никитой его зовут. Знаешь, он на Ромку Митина похож: помнишь, когда мы мелкие были, в нашем доме парень жил? Красивый до безумия. Мы с тобой ещё говорили, что, когда вырастем, обязательно за него замуж выйдем. Вот и этот на него похож. Высокий блондин, глаза голубые. Я про себя его ангелочком называла – настолько милым он мне казался. На всех праздниках в гимназии песни под гитару поёт, в студии ещё в этой – театральной – занимается. Актёр, значит. В спектаклях играет – у нас и в области. На класс старше меня. Я о нём только и могла что мечтать – за ним все девчонки школы бегали. А тут он начал со мной общаться. Представляешь? С сентября. Мы всё время переписывались. Я уши и развесила как дура. Намечтала себе непонятно чего. Перед осенними каникулами начали встречаться.

После каникул пришла – он радостный такой, всё спрашивал, как дела, на репетиции приглашал. А потом он поехал с труппой на театральный фестиваль. Я написала ему – хотела поддержать. А он предложил мне тоже принять участие в следующем спектакле. Чтоб вместе потом ездить. Сказал, что они хотят сделать какую-то музыкальную постановку. Голос у меня, говорит, красивый. Мне можно ведущую партию дать. А я ведь даже не пела никогда. Попросил записать пару куплетов любимой песни. Обещал, пока они с режиссёром на фестивале, дать ему послушать. О чём я думала? Ведь понимаю прекрасно, что мне не то что петь, даже стишок прочесть со сцены никто никогда не даст. Боже, но он мне так сильно нравился, что, если бы попросил на телевидении в прямом эфире спеть, даже не задумывалась бы. Ну вот я и записала ему на несколько минут аудио. А он дал послушать, – Лиза вновь залилась слезами. – Только не режиссёру, а всем подряд. Представляешь, прихожу я после выходных в гимназию, а у всех в классе в телефонах играет мой голос. Он всем разослал это. Одноклассники надо мной ржать начали. Говорят, куда тебе, картавой, в певицы идти? Ты себя слышала? Да у тебя медведь на ушах чечётку танцевал. Кто-то даже на звонок поставил это. Представляешь?! Я хотела ему написать – спросить, зачем он так со мной поступил. А он удалил переписку и заблокировал меня. А ещё это аудио наложили на видео с каким-то танцующим медведем. И через день оно было уже у всех в школе. Я еле выдержала эти месяцы. Ненавидела себя за глупость. За то, что как дура наивная повелась на какого-то актёра. Понятное дело, ему-то что. У него фанаток больше, чем в нашем районе человек живёт. Он спустя неделю мне написал: «Куда пропала?» Я как раз в это время шла в кабинет математики. И тут вижу: он стоит в коридоре, смотрит с каким-то парнем этот дурацкий ролик и ржёт как конь! Ненавижу его! Всех Никит теперь ненавижу!