— Верно, — улыбнулся дед. — Подкинул тебе несколько рецептов. Когда вернусь — проверю, как ты их изучил.

— Пару? — повторил я, листая гримуар. — Ты хотел сказать «пару тысяч»?

— Ну… на полгодика тебе поиграться хватит.

— Ага, — я захлопнул книгу. — Спать, говоришь, больше надо. Что ж? Рад был видеть тебя, дед. И очень рад, что с тобой всё в порядке. Если вдруг понадобится помощь, ты знаешь на кого можно рассчитывать.

— Знаю, — улыбнулся дед. — На самого себя.

Мы оба замолчали. А потом оба одновременно заржали. Да-а-а-а, есть такая поварская истина. Ты можешь иметь свою команду, причём команду неплохую, но всегда рассчитывай только на себя. Су-шеф может заболеть, коренщик может запить или сломать руку, — или запить И сломать руку. А репутация на кону всегда твоя. Договорённости твои, и рецепты. Поэтому ты всегда в первую очередь должен помнить, что именно ты за всё и отвечаешь. Нельзя переложить ответственность, на то ты и шеф-повар.

Что ж. На этой радостной ноте дед пропал, а я начал готовиться к спуску с горы.

А спустившись примерно через пару часов, первым же делом начал бросаться в гарпий морскими водорослями. Отвёл душеньку, и только потом забрался на лодку.

— Ну как? — первым же делом спросил Матео. — Удачно?

— И да, — ответил я. — И нет.

— Вижу, что всё прошло неплохо, — сказал рыбак. — Прошла у меня такая информация. И полагаю, что теперь мы можем плыть назад.

— Погоди назад! — нахмурился я. — Мне сначала нужно мангал отыскать.

— Зачем тебе мангал?

— Так своровали же.

— Ага, — кивнул Матео. — А мангал зачем?

Я же вместо ответа достал из рюкзака грибочки. Те самые, о которых говорил дед — пришлось заскочить на обратном пути. Профессиональный долг не позволил мне бросить эти деликатесы.

— Пожарим, — сказал я. — У меня как раз новые рецепты появились.

— Артуро! — взвыл рыбак. — Ну какой мангал⁈ Какие грибы⁈ Ну ты как сегодняшний, ну честное слово. Ты хоть понимаешь, сколько нам назад плыть⁈

— День, — ответил я. — Или чуть меньше.

— Артуро-Артуро, — Матео покачал головой, вздохнул и уставился в небо. — Ты же ничего не понимаешь, да? Обратная дорога ещё тяжелее. По пути мы с тобой должны проплыть Пасть Дьявола, а потом сутки провести в Пещере Безмолвия. Причём молча, Артуро. Тот, кто скажет в пещере хоть слово, останется в ней навсегда. Потом нужно будет подняться на Гору Великих Мудрецов, и отгадать шестнадцать загадок. Но ты не переживай! На обратном пути я тоже могу участвовать в испытаниях, и загадки Мудрецов, считай, на мне. Знаешь, сколько я кроссвордов в своё время разгадала? О-о-о-о-о! Не счесть! Так вот. О чём это я? Под конец путешествия надо будет пройти через Врата Погибели, где будут взвешиваться наши души. Короче говоря, будет интересно и увлекательно, а ты мне про мангал и грибы.

Я промолчал.

— Теперь ты понимаешь всю серьёзность нашего дела? — спросил Матео. Я же спросил его, есть ли какой-то иной способ добраться до Венеции. — Артуро-Артуро! Ну какой ещё «другой способ»⁈ Если бы он был, неужели я бы им не воспользовался?

— Хорошо, — кивнул я. — Давай сделаем так: спроси у моря, можем ли мы сразу поплыть домой?

Матео закрыл глаза. Прислушался к чему-то, а потом коротко ответил:

— Море говорит «нет».

— Ну хорошо…

Далее я трижды подпрыгнул на левой ноге. Пять раз моргнул левым глазом, и дважды правым. Затем перескочил на другую ногу и похлопал в ладоши.

— Вот блин, — прокомментировал Матео, наблюдая за мной. — С ума сошёл, что ли? Видимо, и правда самому придётся разгадывать загадки Мудрецов. А в пещере Безмолвия? Рот ему завязывать или сразу вырубить? Хм-м-м… что-то грибов и правда захотелось.

Семь прыжков на правой ноге, три хлопка ии-и-и-и-и:

— Всё, — сказал я.

— Что «всё»?

— Переспроси у моря, пропустит оно нас или нет.

— Артуро-Артуро, — Матео вздохнул, на всё-таки сделал, как я сказал. Закрыл глаза, прислушался, а потом резко их распахнул. — Твою-то мать! — выругался рыбак. — Море сказало, что путь чист. И приятного путешествия пожелало.

Тут же дунул ветер. И тут же стая гарпий спикировала на корабль, но только в этот раз вместо того, чтобы воровать, они вернули награбленное прежде. Мне — мангал, а Матео — штурвал.

— Артуро! Ты как это сделал⁈

— Матео-Матео! — нараспев произнёс я, не в силах удержать улыбки. — Ничего-то ты не понимаешь! Вроде столько лет живёшь в Венеции, а так ничего и не понял!

Что ж. Спасибо деду за информацию. Сработало!

Интерлюдия. Сазоновы

Мария Александровна Сазонова стояла перед зеркалом и не могла поверить собственным глазам. Свою «готичность» она взращивала годами, и в конце концов добилась такого результата, что человек несведущий мог принять её за восковую фигуру эпохи мрачного Средневековья.

Раньше. Но теперь, — после того как сошли аномальные прыщи, — её кожа аж светилась. Щёки налились румянцем, по всему телу появились приятные женственные округлости, да и помолодела она разом как будто бы лет на десять.

Мария провела ладонью по лицу. Ущипнула себя на всякий случай и перевела взгляд на мужа. А муж в свою очередь тоже пережил акклиматизацию. В последние дни Эдуард Богданович сделал для себя удивительное открытие: оказывается, можно без страха отлучаться от сортира дальше, чем на пятьдесят метров. И ему общение с позитивной энергией тоже дала некоторые преимущества.

Он тоже помолодел, тоже стал выглядеть лучше, и даже чуть схуднул. Детокс, — что энергетический, что классический, — сделал своё дело.

Ну а что самое главное — теперь они могли штатно и без мучений кормить призраков отеля позитивной энергией. А призраки, накушавшись, приняли Сазоновых за новых хозяев и перестали всё ломать. Впервые за всё пребывание в «Венецианской Ночи», Мария Александровна и Эдуард Богданович перемещались по отелю без страха о том, что им на голову сейчас что-нибудь обязательно рухнет.

Тишь, да гладь. Новая беда пришла оттуда, откуда вообще не ждали: вполне резонно, что ниссам не понравился текущий расклад. Внезапно оказалось, что их услуги больше не нужны. По сути, у гномиков просто отобрали работу. И грянул бунт.

— Мы объявляем забастовку!

Однако не тут-то было. Сазоновы не растерялись и по какой-то инерции принялись заодно ещё и ниссов потчевать позитивной энергии. А те, при всём прочем, являлись существами аномальными, тёмными, и такого обращения не выдержали.

Побросав плакаты с надписями вроде «Даёшь профсоюз!» или «Буржуйские морды, не лишайте нас работы!», гномы спешно покинули отель. Вернулись обратно, на платформу Анны Эдуардовны, и приступили к её усиленному ремонту.

И вот теперь всё, вроде бы, было хорошо. Духи не шалят, отель отремонтирован, так ещё и ресторан при отеле тоже открыл свои двери. Младший сын Артур подогнал Сазоновым звёздного шеф-повара Массимо, который в свою очередь притащил за собой целую команду учеников.

Затем в «Венецианскую Ночь» вернулся управляющий. Синьор Оливер Грейс скупо, но очень вежливо раскаялся и попросился обратно на работу, — мотивировал тем, что знает каждый уголочек отеля, и как его было не взять? За ним вернулись и остальные.

Внезапно оказалось, что люди очень плохо умели распоряжаться деньгами. И половина из них буквально за пару дней спустила всё то, что заплатил им Маринари. Горничная Луиза, например, получив деньги сразу же купила себе шубу. В Венеции. Летом.

А официант Марко «вложился во впечатления». Да так сильно вложился, что из запоя его сумели вытащить лишь медикаментозно.

Но то половина. Другая половина, чуток отдохнув на вольных хлебах внезапно поняла, что ничего другого делать не умеет. Да и не хочет. Да и работу свою любит, если уж совсем начистоту. И всё теперь у Сазоновых было схвачено, и приколочено. Всё хорошо, но… не хорошо.

— Ты чувствуешь? — спросила Мария Александровна однажды вечером, после того как все дела уже были сделаны.