— Идиоты, — прошептал Тайлер, закрывая ставни. — Вот вам и ходячие мертвецы. Бедное животное чуть не околело там, пока вы сопли на кулак наматывали. Кис-кис… иди сюда… жрать небось хочешь.

Он присел на корточки, вспоминая, куда дел найденную в углу мисочку. Похоже, она не просто так на полу стояла, ждала единственного выжившего хозяина.

— Кот хозяйка?

— Думаю, да. Животных случившееся не поубивало. Разве что от голода и холода померли, но кошка себе всяко поесть найдёт.

На похлёбку кот набросился, как на свежий кусок мяса, уминал с жадностью, урча. Видимо, мышами жизнь в последние дни не баловала. Хорошо хоть не отморозил себе ничего.

— Так, а теперь спать. Нас завтра ждёт очень трудный день. Эллирэ, на печь, Важек… сам разберёшься. Немаленький.

— А эльфийка у тебя маленькая что ли?

— Глупые вопросы не задавай.

— Эллирэ большая!

— А ты на глупые вопросы не отвечай. А то решу, что реально маленькая. Давай, раздевайся и ложись.

— Хозяйка против не?

— Не думаю, что она была бы против. Мы вреда её дому не несём, завтра будем хоронить односельчан, возможно, и её тело найдём.

— И ребёнок?

— Честно говоря, надеюсь, что нет. Говорят, выжило трое и среди них двое детей… девочка и мальчик. Может быть… а ладно. Завтра разберёмся. Я устал, как собака.

— Тоже устала.

Эллирэ сложила свои вещи на краю лавки. Потопталась перед печью с заметной нерешительностью, но в постель бывшей хозяйки всё же забралась. Тайлер последовал её примеру. Места было заметно меньше, чем дома, но всяко удобнее, чем под открытым небом в лесу. Эллирэ привычно уткнулась лицом в шею, обхватила за пояс руками.

— По дому скучать, — прошептала и спину погладила. — По Дишка… и дети.

— Чем быстрее справимся, тем быстрее вернёмся. А после проще будет. Прятать тебя больше не придётся. Будешь со мной в деревню ходить, всяко интереснее, чем в избе безвылазно сидеть.

— Да. Завтра помогать Тай.

— Думаю, придётся. Хотя лучше бы тебе, конечно, особо не напрягаться.

— Отдыхать буду.

— Это обязательно.

— Целовать ты хотеть.

— «Тебя», дурында. «Целовать тебя хочу» — повтори.

— Целовать тебя хочу, — послушно повторила Эллирэ, впрочем, даже в полумраке было заметно, как вспыхнули её длинные эльфийские уши.

— Теперь правильно сказала, — Тайлер усмехнулся, приподнимая её голову за подбородок. — Как вернёмся, устроим себе денёк отдыха. Будем спать, есть и любить друг друга. А дети с твоей сестрицей ещё немного подождут.

— Нравится, что Тай говорит.

— Ещё бы. Иди сюда.

Тёплые, чуть обветренные губы, трепетный поцелуй, задевавший что-то давно забытое в душе. Длинные пальцы гладили волосы и шею, скользили по коже под воротом рубахи.

— Обнимать всю ночь, — горячий шёпот в ухо. — С Тай не страшно. Хорошо.

Глава 6

Утренняя прохлада облизала высунутую из-под одеяла пятку, вынудила вынырнуть из уютного, тёплого сновидения, осознать себя в чужой избе на краю деревни, полной мертвецов. На поясе лежала тяжёлая рука Тайлера, под боком устроился котёнок. Видимо, привык спать на печи с хозяйкой. Эллирэ приподнялась и мимолётно поцеловала смуглую шею, потёрлась носом о колючий подбородок. Невесомо погладила спину под задравшейся рубахой.

Ей нравилось наблюдать за пробуждением Тайлера. За тем, как дрожат чёрные ресницы, как сходятся брови на переносице и шевелятся губы, бормоча что-то на незнакомом языке. Такой расслабленный, домашний, принадлежащий в эти несколько минут только ей одной. Пальцы огладили мерно вздымающуюся грудь, скользнули ниже, неспешно лаская чувствительные шрамы на животе.

— Хочешь, я тебе помочь? — едва слышно прошептала в ухо, накрыв ладонью пах. Сквозь толстую ткань штанов отлично ощущалось, что это утро было для Тайлера «добрым». — Мы тихо. Важек ещё спать.

Непроглядно-чёрный взгляд не казался пугающим, наоборот, ощущалось какое-то необъяснимое спокойствие, защищённость. Тайлер молча смотрел на неё, не спеша давать ответ. Смуглые пальцы коснулись щеки, едва ощутимо поглаживая шероховатую кожу. Они неспешно скользили по кромке уха, переходя на шею и ключицу. Тайлер подавшись вперёд, накрыл губы Эллирэ своими. Неспешный поцелуй длился непростительно долго. Горячие объятия стали теснее.

— Не тут. Мы гости в этом доме. У нас есть свой, — Тайлер не сердился, объяснял спокойно. — Быстрее управимся, быстрее вернёмся. И там не придётся быть тихими, — горячее дыхание щекотало ухо. — Мне очень нравится, когда ты шумишь. Вос-схитительно и возбуждающе. Вот и знай, что я об этом буду думать до самого дома.

Эллирэ покачала головой, борясь с удушающим смущением. Лицо и уши вспыхнули, мурашки пронеслись по спине. Тайлера хотелось незамедлительно. До одури. Прямо на этой печи. Но в его словах была истина, против которой не пойдёшь. Чужой дом. Чужая печь.

— Тоже думать буду, — прошептала, спрятав лицо в ладони. — Смущать меня. Сильно.

* * *

Собирались быстро. Тайлер взял с собой самое необходимое для проведения ритуалов, остальные вещи оставил в доме. Что-то подсказывало: не всё они тут нашли. Эллирэ переоделась в более удобный для работы мужской костюм. Не в платье же по сугробам скакать.

— Важек, обойдёшь каждый двор. На тебе животные. Если помер кто, хоронишь сам, мне и людей за глаза хватит. Если увидишь что-то подозрительное или интересное — зови. Я пойду на деревенскую площадь. Оттуда начну, с дома старосты. Заодно его самого доставлю к погребальному месту. Ну, то что от него осталось… — Тайлер хмуро глянул на не в меру оживившегося кошака. — Смотри мне, ничего с домов не тащи. После того как управимся, пройдём всюду, возьмёшь, что понадобится. Если сани или телегу пригодную заметишь, скажи. На своём горбу много не натаскать…

Глянул на кота, устроившегося на дорожной сумке, мимолётно подумав, что из этого дома заберёт его и ещё одну вещь. За каждого жителя. Хотелось бы верить, что ребёнок уцелел, но уж больно много крови было повсюду.

Смущало кое-что. В доме отчётливо были видны магические следы. Слишком сильные для амулета. Мелкие предметы разлетелись к стенам, это Тайлер только сейчас осознал. У ребёнка магический дар пробудился? Тогда логично, почему крестьяне взбунтовались. Магов на севере ненавидели всей душой. Было за что на самом деле. Если бы не они, зиимаров и вовсе бы не существовало, а эпидемия Чёрной Погибели не выкосила бы множество городов и деревень.

— Не отставай. Замёрзнешь, сюда возвращайся, чаю согрей.

Подхватив найденный в сарае мешок, Тайлер двинулся к алтарю. Он знал, что делать. А раз Эллирэ не захотела идти с Важеком, то пусть учится необходимому. В жизни вряд ли пригодится, эшшаром ей не быть, но помочь к ритуалам подготовиться — ценное умение. Рук, порой, и впрямь не хватало.

— С трупом я сам разберусь. Нечего тебе к подобному приближаться. Алтарь в порядок приведи. Он пусть и расколот, да с виду непригоден, но я верю, что озерные ши’анари когда-нибудь сюда вернутся. Может, не в это столетие… Кровь ототри, как получится. Краску разведу, нарисую руны. Ты повторишь. Сверху донизу, чтобы весь камень покрывали. Несложно, но ошибаться нельзя. Поняла?

— Да, — Эллирэ кивнула и повыше платок, обмотанный вокруг шеи, натянула. На останки старосты испуганно глянула и сразу отвернулась.

Поставила на снег ведро с заранее подогретой водой, прополоскала в нём тряпку. К алтарю подошла, лишь когда Тайлер свою работу выполнил, сгрузив найденные части тела в мешок. Внимательность к деталям и исполнительность, пожалуй, были лучшими чертами Эллирэ. На неё без лишнего волнения можно было положиться.

— Смотри, это руны, усиливающие поступление энергии. На солнце похожи. Когда на алтаре жертву приносят, они ши’анари её передают. Это руны, похожие на звенья цепи, они защищают алтарь от погодных повреждений. Нашему они уже не помогут, но мы всё делаем по правилам, — Тайлер сам нарисовал руну, а следом помогал Эллирэ её повторить, направляя руку и отогревая замёрзшие пальцы. — Это руна жизни, а эта — смерти. За ними должна идти стихийная. У нас дух горного озера, потому вот такая клякса, закрашенная внутри. И финальная — защита от злого умысла. Чтоб никакой идиот алтарь не осквернил.