Я вернулась к своим мыслям.

За ужином молодой дворянин оказался ещё приятнее, чем при знакомстве.

Он не пытался завладеть разговором. Не подхватывал каждую мою фразу. Не спрашивал моего мнения о Совете, внешней политике, Короле и судьбах Тайгондра.

Он ел с нормальным аппетитом, рассказывал об охоте и спорил с мужем о том, можно ли считать удачным выезд, во время которого двое участников потеряли собак, а один — сапог, а хозяин угодий — репутацию прекрасного наездника.

— Он не потерял репутацию, — возразил муж. — Он просто упал в ручей.

— Перед группой из двадцати дворян.

— С каждым бывает.

— После того как полчаса пытался всем объяснить, где и как правильно пересечь именно этот ручей.

Я засмеялась.

— Надеюсь, помощь ему предложили?

Молодой человек совершенно серьёзно ответил:

— Конечно. Когда перестали хохотать.

— То есть не сразу.

— Мы были далеко от столицы, ваша светлость. Там нравы суровее.

— А я-то думала, охота облагораживает.

— Безусловно. После третьего дня начинаешь искренне ценить ванну, крышу и людей, которые не трубят в рог на рассвете.

— Ты сам трубил, — заметил муж.

— Один раз. Я хотел узнать, действительно ли все так ненавидят трубачей.

Я снова рассмеялась. Муж откинулся на спинку кресла с таким удовлетворённым видом, будто лично организовал моё хорошее настроение.

— Вот. Я же говорил.

— Что именно?

— Что он тебе понравится.

Молодой дворянин перевёл на него взгляд.

— Значит, вы были уверены, что ваша супруга обрадуется незапланированному гостю?

— Разумеется.

— Тогда я начинаю лучше понимать, почему при знакомстве её светлость смотрела на меня несколько настороженно.

— Вы уверены? Я не смотрела на вас настороженно.

Томас на мгновение задумался.

— Простите. Скорее вы смотрели как человек, которому только что сообщили о новой статье расходов.

Я замерла на секунду. Потом рассмеялась так, что пришлось поставить на стол бокал.

Довольный муж разулыбался.

— Всё, оставляем тебя у нас.

— Ты так уверенно распоряжаешься Томасом как предметом обстановки.

— Вирджиния, ты сама смеёшься второй раз за ужин.

— Думаю, это ещё ничего не доказывает.

Но улыбка осталась.

Молодой дворянин продолжал смотреть на меня с восхищением. Я взяла бокал, отпила воды.

— И чем вы намерены заниматься в столице?

Вопрос вернул разговор на безопасную территорию. Молодой человек не стал рассказывать о великих планах.

— Если совсем откровенно, пока не знаю. Найти в столице занятие было бы разумно. Вернуться домой — тоже. Первое мне нравится больше, второе значительно проще.

— Наконец человек, который не утверждает, будто приехал покорять столицу.

— Для этого сначала нужно придумать, что делать с ней после покорения.

Муж одобрительно хмыкнул.

— Я говорил, что он умный.

— Ты говорил, что он не зануда.

— Для меня это почти одно и то же.

Молодой человек не обиделся. И не воспользовался возможностью добавить, что вообще-то владеет пятью языками, написал трактат о чём-нибудь важном и происходит по прямой линии от героя древней войны.

Хотя… может быть, ничем таким он и не владел. Но мне всё равно это понравилось.

Ужин подходил к концу, когда в столовую вошёл управляющий. Одного выражения его лица хватило, чтобы я перестала улыбаться.

— Ваша светлость, из дворца доставили сообщение от начальника охраны.

Я протянула руку. Конверт был запечатан. Внутри оказался один лист.

Старшего повара семейной кухни утром действительно видели во дворце. Двое помощников подтвердили, что он пришёл на службу в обычное время. Раздал указания помощникам и вышел переговорить с закупщиком продовольствия. После этого его след терялся.

Муж заметил перемену в моём лице.

— Что случилось?

— Один из дворцовых служащих пропал.

Это было достаточно близко к правде и не нарушало обещания Ардену.

— Нашли?

— Пока нет.

Я сложила лист. Временной промежуток сузился.

— Передайте ответ, — велела я управляющему. — Благодарю за сведения. Пусть продолжают проверку обычным порядком и сообщат мне, когда переговорят с закупщиком.

— Да, ваша светлость.

— Вы всё запоминаете? — неожиданно спросил Томас.

Я обернулась. Он не выглядел любопытным. Скорее удивлённым.

— Нет. Многое записываю.

— Я почему-то думал, Дама должна помнить всё.

— Это слухи.

Молодой человек улыбнулся, но дальше о работе расспрашивать не стал. И этот факт я тоже отметила.

Вечер закончился позже, чем я рассчитывала. Когда мы поднялись наверх, муж почти сразу отправился в свою гардеробную выяснять судьбу какого-то охотничьего сюртука.

Я осталась у зеркала. Сняла украшения и обнаружила, что до сих пор улыбаюсь.

Совсем уже. Дело было не в возрасте и не в самом по себе внимании молодого мужчины. Я просто отвыкла от восхищённых мужских взглядов. Даже до свадьбы Майрон смотрел на меня скорее изучающе. Будто выбирал очень дорогую вещь, которая прекрасно впишется в дом и никогда не выйдет из моды.

Я фыркнула и потянулась к шпилькам.

Завтра будет разговор с лекарем, потом архив, потом надо заняться старыми семьями. А Томас Фенвик через несколько дней уедет, и мой муж найдёт на охоте и притащит в дом кого-нибудь ещё. Лучше бы собаку.

Утром меня разбудили раньше обычного. Что удивительно, в дверь постучал управляющий, а не горничная.

Я села. Муж рядом недовольно зашевелился.

— Что там?

— Ваша светлость, срочное сообщение из дворца.

Я набросила халат и открыла дверь.

— Говорите.

— Её Высочество пострадала на утренней прогулке. Упала с лошади. Она жива, лекарь уже с ней. Его Величество просит вас немедленно приехать.

Сон исчез.

— Карету.

— Уже подают.

Я захлопнула дверь и пошла одеваться. Муж сел на кровати.

— Что произошло?

— Принцесса упала с лошади.

— Сильно пострадала?

— Пока не знаю.

Платье я застегнула магией, волосы собрала на ходу. Через семь минут спускалась по лестнице.

Внизу у дверей стоял вчерашний гость. Видимо, шум разбудил и его.

— Что-то случилось?

Я натянула перчатки.

— Да.

— Вам нужна помощь?

— Нет. Спасибо.

Он отступил. Я вышла из дома.

Глава 4. Несчастный случай без случайностей

К тому моменту, когда моя карета въехала во дворцовый двор, я успела придумать три десятка вариантов произошедшего и тридцать раз запретить себе думать об этом.

Принцесса жива. Лекарь с ней. Всё остальное выясню на месте.

У главного входа меня уже ждал один из королевских секретарей.

— Её Высочество в своих покоях. Его Величество там же.

Я кивнула и пошла наверх.

Возле дверей принцессы толпились фрейлины, горничная и трое охранников. Как только я появилась, мне тут же освободили проход. В спальне пахло травяными настоями. Принцесса сидела на кровати уже в домашнем платье, с распущенными волосами и огромным синяком на локте. На щеке темнела ссадина. Лекарь убирал баночки в саквояж.

Арден стоял возле окна. Увидев меня, принцесса улыбнулась.

— Вирджиния, всё не так страшно.

Я подошла, обняла её и почувствовала, что она дрожит.

— Конечно, — согласилась я. — Именно поэтому ты в царапинах и синяках, а твой отец вместо своего кабинета сидит в твоих покоях.

Принцесса высвободилась из моих рук и устроилась на подушках.

— У меня только ушибы.

Лекарь закрыл саквояж.

— И растяжение запястья. Несколько дней будет болеть бок. Переломов нет, головой не стукалась.

Вот теперь я смогла нормально дышать.

Арден, видимо, успокоился раньше меня, потому что его лицо выражало не испуг за дочь, а гнев и раздражение.

— И всё равно, — произнёс он, — на лошадь ты пока не сядешь.

— Папа!

— Без обсуждений.