— А еще у них хорошая память, поэтому советую вашему высочеству соблюдать осторожность. Впрочем, мне она тоже скоро понадобится…
— Вас уволили?
— Пока нет. Поэтому я имею честь представить вам проект соглашения об аренде принадлежащих компании Гудзонова залива земель от 141 до 137 меридианов западного полушария от Ледовитого океана до границ с Аляской на юге по 59°5′ северной широты.
— Вы все-таки смогли убедить их?
— Просто их головы сейчас заняты другим, а особых доходов от этих пустошей пока не так и много, обороты год от года снижаются, изменений в лучшую сторону нет и не предвидится. Я же особо указывал на то, что индейская война в наших владениях означает полное сворачивание торговли мехами. Между тем русские, то есть вы, милорд, уже разобрались со своими колошами и в полной мере возобновили морской промысел, а вот наш интерес сугубо на берегу. И для плановой скупки у аборигенов шкур речного бобра, лисы, медведя, волка, куницы и лося нам необходим прочный мир и безопасность факторий. Это заставило их пойти на уступки. Но как только произойдет то, о чем мы с вами толковали, они сложат два и два, и тогда я не дам за свою жизнь и сломанного фартинга. Добраться до вас им будет, конечно, сложнее, но…
— Спасибо за заботу о моей безопасности, но давайте вернемся к делу. Господин Мансуров сейчас ознакомится с привезенными вами документами и составит русский вариант.
— Последнее так уж необходимо?
— Привыкайте, мистер Дуглас. Мы здесь всерьез и надолго, и если вы хотите стать членом нашей команды, придется это учитывать!
Условия при ближайшем рассмотрении оказались вполне приемлемыми, причем настолько, что мы не стали даже пытаться их править. РАК получала в свое полное распоряжение, без каких-либо изъятий и исключений, всю территорию восточнее границы от 141 до 137 меридианов западного полушария от Ледовитого океана до границ с Аляской на юге по 59°5′ северной широты сроком на двадцать пять лет.
Плата вносилась авансом за весь период и шла в зачет погашаемой КГЗ задолженности. С момента подписания означенные земли переходили под управление нашей администрации, и там начинали действовать Российские законы.
Кроме того, отдельно оговаривалось, что наша Компания имеет монопольное право на любую торговлю, промышленное производство и добычу полезных ископаемых, которое может вести сама, отдавать в концессию или доверительное управление. И даже после окончания срока аренды, на возобновление которой у нас было преимущество, все построенные здания, предприятия и фактории оставались в собственности РАК.
Правда, платить после этого придется живыми деньгами, а потому на все про все у нас ровно двадцать пять лет. Снимем все самые жирные сливки, а потом можем и вернуть. Ничего личного, просто бизнес!
— Что ж, раз с формальностями покончено, — удовлетворенно кивнул я, — можно обсудить наше дальнейшее сотрудничество. Скажите, мистер Дуглас, кем вы видите себя в нашей компании, скажем, через десять лет?
— Что, простите? — растерялся непривычный к подобным инфо-цыганским заходам губернатор Виктории.
— Это простой вопрос, Джеймс.
— По правде сказать, я не очень понимаю, чем буду заниматься даже в самое в ближайшее время. На следующий день после того, как на рынке окажется первая унция золотого песка с новых месторождений, в правлении сложат два и два, после чего я, как минимум, перестану быть губернатором Виктории. Впрочем, с большой вероятностью, это может случиться и раньше. После нападений индейцев на наши фактории поток пушнины почти прекратился или по крайней мере резко снизился. Кто-то должен будет за это ответить…
— А вы самая подходящая кандидатура?
— Так и есть, милорд.
— В таком случае, возможно, вам стоит уйти самому?
— Может и так. Беда лишь в том, что я больше ничего не умею. Вся моя жизнь была связана с мехом. Начинал траппером, потом пришел к выводу, что торговать пушниной прибыльней, чем добывать ее самому. Затем стал управлять факторией, потом сетью их и наконец стал исполнять обязанности губернатора, хотя по большому счету все сводится к тому же. Охотники, вне зависимости от цвета кожи, добывают меха, я их скупаю, а основную прибыль получают господа в центральном офисе компании. Нет, я не жалуюсь. Ведь при моем происхождении… вы ведь осведомлены о нем, не так ли?
— Знаете, Джеймс, Россия вовсе не идеальная страна, но среди наших недостатков нет расизма. Мне совершенно нет никакого дела ни до карибского происхождения вашей почтенной матушки, ни до жены индианки. Но есть до ваших связей. У вас ведь найдутся деловые партнеры в Калифорнии?
— И в доброй полусотне иных мест от Юкона и Великих озер до Потомака. Но к чему вы клоните?
— Помните, вы упомянули о Панике, все больше охватывающей Соединенные Штаты?
— Конечно, я ведь сам вам о ней и рассказал.
— Видите ли в чем дело, что для одних кризис, для других возможность. Когда начинаются неспокойные времена, некоторые вещи начинают резко падать в цене. Мне нужен человек, который будет скупать их максимально дешево и поставлять в русские владения.
— О каких именно вещах идет речь?
— Да все что угодно! Паровые машины, станки и другое оборудование, а если понадобится, то и целые заводы!
— Заводы? — не смог скрыть изумления Дуглас. — Но где вы собираетесь их ставить, и кто будет на них работать? Неужели вы думаете, что здесь, на Аляске…
Первым моим побуждением было сказать — «а тебя это… волновать не должно» — но я сдержался и ответил дипломатично.
— Мое наместничество не ограничивается Аляской и Алеутскими островами. Кроме того, Джеймс, если вы не передумали со мной работать, научитесь слушать, не перебивая!!!
— Простите, милорд.
— Далее, особое внимание нужно будет обратить на пароходы разорившихся владельцев и вообще суда, от пассажирских до китобойных. Кроме того, нам понадобится продовольствие, мануфактура и бог знает, что еще, главное, чтобы с хорошим дисконтом, а лучше всего вообще за четверть цены! Теперь можешь спрашивать.
— Простите, ваше высочество, — тщательно подбирая слова, начал теперь уже практически бывший губернатор Виктории, — но на кой черт вам китобои, если вы собираетесь заниматься золотом?
— Не все в мире сводится к золоту, мистер Дуглас. В наших владениях живут, к примеру, алеуты и креолы, являющиеся, к слову, привилегированным сословием — колониальными гражданами, из которых вряд ли выйдут хорошие старатели, но могут получиться неплохие рыбаки или китобои. Золотопромышленников в любом случае понадобится чем-то кормить. Им нужно будет где-то покупать инструменты и оборудование.
— Иными словами, — на его лице начало появляться понимание. — Вы хотите заработать и на этом?
— В точку!
— Что ж, как мне кажется, я понял вас и могу взяться за выполнение этого поручения. Но мне понадобится список всего, что вам может быть необходимо, а также… эм… значительные средства. Причем наличные, ибо банкиры с большой долей вероятности сейчас будут отказывать в кредитах.
— Что касается списка, то вы получите его сегодня же вечером. Впрочем, будьте готовы к тому, что он станет постоянно расширяться и корректироваться. По второму пункту скажу так. На первых порах нам придется вести закупки в долг, благо, что как мне хорошо известно, в Сан-Франциско многие прибегают к подобного рода расчетам. В конце концов, вы будете действовать от моего имени, так что сомнений в платёжеспособности возникнуть не должно. Кроме того, кое-какие деньги для авансовых платежей вы тоже получите, но всегда помните, что я и мои аудиторы спросят за каждую копейку, цент или фартинг! Ну а уже в следующем году у нас появятся довольно значительные свободные средства. Надеюсь, вы понимаете, о чем я?
— Вы так уверены, что непременно найдете золото? — недоверчиво посмотрел на меня Дуглас.
— Более чем!
— Хотел бы я разделить вашу убежденность, — покачал головой англичанин.
— А в чем проблема, вы ведь и сами знаете, что оно там есть?