Первые странности я заметил еще в деревне, она не знала сколько стоят услуги мага, хотя им являлась. Потом оказалось, что про деньги она в целом ничего не знала. Но я мог это списать на то, что она является избалованной аристократкой, даже не интересующейся ценностью монет. Но то, что она не умела писать, хотя при мне прекрасно читала было странно.

Знать рано учили манерам, письму и чтению, и это не те навыки, которые можно было просто забыть. А еще то, что она не знала о магическом огниве, хотя даже в нашей далекой деревне у каждого в доме была такая штука. И еще множество подобных мелочей, в которых она не разбиралась. Не говоря уже о ее феноменальных знаниях, что всем здесь были в новинку.

Сначала думал, что это я невежественный деревенщина, раз ничего не понимаю, но для Вирта это тоже было в новинку. Я даже пустил его в комнату однажды, чтобы он увидел ширму учителя, и зря. Хотя, он так смешно летел с третьего этажа в кусты совсем недавно, надо иметь это в виду, чтобы не испугать случайно учителя. Она умеет красиво отбрасывать людей.

Встреченный маг Вирт оказался полным дураком, я ведь разговаривал с ним наедине, без учителя. Предупреждал, чтобы не думал к ней лезть, но он не послушал. Его взгляды на магию тоже ужасны, а его наставления довольно ограничены, ведь он даже не рассказал, как именно придумываются новые знаки, выписал те, которые придумал кто-то другой, и предложил их просто заучить. И если учитель в преграде видела возможность, то он лишь тупик. Поэтому я решил отделаться от него попозже, но он сам справился и самоустранился.

Арина.

Я успела как раз вовремя. Марек абсолютно спокойно убирал за собой под продолжение лекции Рурха об огне. Все нормально, фух. А после хвалебных отзывов от Рурха и приглашения еще как-нибудь его навестить, за скидку на еще парочку артефактов, мы направились обратно в гостиницу.

Дядя моего ученика действительно поселился в комнате, на нашем этаже. И с соседством старшего Марека стало немного веселее. Все же я не могла запретить или как-то препятствовать общению родственников. Эх! Чувствую себя разведенной мамашей, что отгоняет бывшего от ребенка. Но Марек-старший оказался сильным магом и был аристократом, с обширными знаниями и манерами. Так что у моего «малька» появился хороший пример перед глазами. Который нервировал меня и временами дико раздражал. Ведь я рядом с ним чувствовала себя как деревенщина, хотя, судя по смущенному временами мальчику, не я одна.

Также наши вечера за несколько дней изменились полностью. Марек-старший оттеснил меня в сторону от обучения племянника разным наукам и теперь занимался с ним самостоятельно. По моему скромному мнению, маг был хорошим учителем, объяснял только совсем по-другому, нежели я.

Для меня было логично, что вначале необходимо рассказать о том, как это работает, а потом переходить к практике. Дядя Марика думал иначе: сначала говорил о практической пользе, а затем сразу переходил к делу, без лишних слов. Много лекций по истории с предложением племяннику самому догадаться, чем закончились некоторые решения правителей и знати, которые он озвучивал. А еще о нынешней политической обстановке, что сейчас идет грызня за власть между маркизом и одним графом. Они никак не могут поделить рудник с магическими камнями, расположенный в пограничной зоне между двумя территориями.

После запутанного рассказа предложил моему ученику самому придумать решение для этой дилеммы. И прочие интересные мелочи, которые мелочами были только для них, а для меня ценной информацией о едва знакомом мире. Сколько бы я ни читала, в книгах не писали об обыденных вещах: что трава зеленая, небо голубое, а магия и артефакты здесь — обычное дело для каждого жителя. Я слушала в пол уха, тщательно фильтруя информацию. Причем о себе он не говорил ни слова: ни о родне, ни о пропавшем брате. Хотя Марек его еще несколько раз просил рассказать об отце, но Марек-старший упорно отмалчивался, и был готов говорить о чем угодно, кроме этого.

В один из дней я предложила ученику выбраться за город, потренироваться, пообщаться. Наедине, на что он радостно согласился. Я уже привычно заказала крытую повозку и набрала продуктов для нашего пикника. И в запланированное время Марек-старший величественно спустился к нам, молчаливо сел напротив, в дорогой лакированный экипаж из темного дерева, который заказывала не я.

Да, мою запись он заменил на свою и уже все оплатил, оставляя меня в противоречивом настроении. Поэтому всю дорогу, я сидела задумчивая, лишь наблюдая за оживленной беседой родственников. Марек-старший сидел напротив и светился, словно солнышко, вызывая у меня глухое раздражение, одним своим присутствием. Но я понимала, что этот тип теперь будет часто общаться с Мариком, ну и со мной заодно. Из-за этого остро вставал вопрос о разделении времени, проводимого с моим учеником. Карета остановилась у нужного камня. Мужчина соскочил первым и, по-джентльменски, подал руку — помог спуститься Мареку, а затем и мне. Я не отказалась, но поджала губы в недовольстве. Еще выскажу ему все, что я думаю о его самоуправстве.

Мужчина вопросительно посмотрел на меня антрацитовыми глазами. Я лишь закатила глаза и пошла вперед — первой ступая на тропинку, ведущую к той самой закрытой лужайке, которую мы с «мальком» нашли в прошлый раз. Мальчишка, заметивший наши переглядывания, оторвался от дяди и побежал за мной. В последнее время, видимо из-за дяди, он становился все больше похожим на ребенка, уходила пустая безнадежность в глазах. Да и Марека-старшего, как своего родственника он принял достаточно благосклонно. Марек-старший самостоятельно споро принес хворост и разжег костер, удивляя нас, своей скоростью.

Я даже не успела толком все разложить, только кинула плед с невысоким ворсом, как все уже было готово. А на восхищенный вопрос Марека, мужчина лишь самодовольно усмехнулся, но ответил, что это опыт. И стал скатывать обратно рукава серо-голубой рубашки, которые неизвестно когда успел закатать для пыльной работы. Удивил, не ожидала от изнеженного аристократа такой приспособленности.

Через полчаса уже все занимались своими делами: я вновь приготовила ягодный взвар, набрав ягод и листьев. Добавила в этот раз больше листьев мелисы и чабреца, найденного на солнечном пригорке.

Марек-старший взялся жарить свинину, которую в этот раз я решила заранее замариновать. Поэтому по поляне плыл восхитительный запах жареного мяса с травами. «Малек» занимался тем, что сочинял знаки, специально под нашу ситуацию. Например, вместо 3-х знаков, что сейчас создавал его дядя: одновременно удерживая жар костра в узде и воздушную сетку для мяса. Которую предложил создать сам, вновь отстраняя меня от работы. Мой ученик предложил использовать один знак, но довольно сложный и модифицированный.

— И как? Не сложно? — с ехидством спросила мужчину, который уже отказал Мареку, не желая использовать его новшества, чем немного расстроил мальчика. Но немного побледнел, все же магия воздуха, была его не основной стихией. Но попросить помощи ни у одного из нас он не захотел.

— Нет, — это слово он тихо выдохнул, присев около костра, прямо на землю.

Все понятно с этим гордецом. Поэтому не желая есть обгоревший шашлык, а уж тем более собирать его остатки с углей, полностью перехватила инициативу и взяла под контроль его слабые нити силы, которые моментально налились золотым светом.

Он никак не прокомментировал мои действия, лишь пересел к нам поближе на плед. Какой-то он замученный. Неужели использование нескольких видов магии выматывает быстрее? Все же прошел всего час, как он использует магию. Мужчина просидел неподвижно около пяти минут, потом нахмурился и окинул меня подозрительным взглядом. Я сидела рядом и мирно пила взвар из железной кружки, никак не напрягаясь от жарки мяса неподалеку.

Марека-старшего еще не было, когда я почувствовала противный холодок по спине, который мгновенно заставил подобраться. Глядя на меня, что внезапно застыла на полуслове, напряженно оглядываясь, мой Марек тоже нахмурился и стал пристально оглядываться. Это Марек-старший пришла мне в голову логичная мысль, видимо уже вышел на улицу и ищет нас, вот только эта мысль почему-то не понравилась моему внутреннему голосу, не давая мне расслабиться.