Во-первых, торчащие из туловища отростки оказались рудиментарными конечностями, способными складываться пополам и втыкаться в жертву острым шипом. А вот для передвижения или чего-то посерьёзнее они уже не годились — слишком тонкие. Такие у ракообразных прачуся под хвостом, но им в воде проще.
Во-вторых, ливер чем-то смахивал на роевский, хотя сердец оказалось целых два. Прочие же комки плоти я так и не распознал, кроме коротенького кишечника, но главное, что у существа имелся скелет под хитином. Рёбра плотно прикипели к внутренней стороне пластин и были на ощупь как хрящи, зато форму они не изменили. Зубастая пасть не имела губ, зато за острым частоколом прятался длинный язык. Все главные суставы на месте, пусть и гнутся не совсем правильно.
В общем, никакое это не членистоногое. Генетически модифицированный организм, собранный по принципу «я его слепила из того, что было». Вместо нормальных ступней — какое-то недоразумение с тремя когтями, на плечах и спине растут тонкие чешуйчатые усики, а половые признаки едва выражены. Эксперимент, прямо скажем, неудачный.
Шекам в этом плане повезло куда больше, а вот роям… Наверное, тоже. По крайней мере, они не утратили разум, а эмпатией и люди не всегда наделены. Это же тупорылое зверьё, только прямоходячее.
— Надеюсь, ты не собираешься их жрать? — вздохнула Двойка, по-своему истолковав мой интерес.
Изнанка тоже была тут как тут.
— В принципе, я могла бы попробовать…
— Вы там в своей траханной деревне случайно друг друга не готовили?
— Нет, только специально! Может, у вас там перебирали харчи, а у нас варили всё, что лезло в котёл. А чтоб не выпрыгивало, придавливали крышкой сверху.
— Я это в рот не возьму, — поклялась жженоземка со всей серьёзностью.
— Ты так уже говорила, — ядовито улыбнулась её заклятая подруга. — А сама на прошлом привале просила добавки.
— Так это птицы были, а не гад ползучий! Рю их при мне настрелял!
— Мы доели последнюю ещё позавчера.
— Ох ты ж, сука…
Я не стал успокаивать подругу тем, что Пао накануне вечером разбавил наш рацион новой дичью. Паренёк в последнее время подолгу пропадал на вылазках, и к его отсутствию все привыкли.
Но здесь с охотой я бы, пожалуй, повременил. Экологическая обстановка уж больно напряжённая, и дело не только в вонючих мутантах. Если «продвинуть» снимок со спутника дальше на юго-запад, целых колонн уже не наблюдалось. Зато чётко проглядывал край огромного кратера характерной формы.
Наш последний ориентир.
Глава 26
— Я вот прям бы удивилась, пройди мы мимо.
Двойка привычным жестом пнула одну из многочисленных костей, устилавших ущелье. Разлом проходил по северной границе сети мегалитов, прямо через скальный массив. Скорее всего трещина имела естественное происхождение, но в один момент значительно расширилась и углубилась. Когда неподалёку разверзся настоящий ад. Большая часть породы на стенах потекла от жара, застыв наплывами мутного стекла, и лишь самые тёмные прослойки внизу покрывала тонкая корочка нагара. Что-то явно термостойкое.
Однако мы сюда шли не за тем, чтобы любоваться последствиями старой бомбёжки — насмотрелись уже вдоволь по дороге. И даже не для зачистки этого тупичка от мутантов. Гурчащие выродки давно уже облюбовали естественный закуток, превратив его в подобие логова, и категорически отказывались переезжать из костяных гнездовищ. В итоге выселять их пришлось прямо на тот свет.
Там им самое место, потому что среди обширной коллекции останков хватало и человеческих. Я не большой знаток остеологии, чтобы опознать каждую косточку, но грудные клетки с конечностями отличать научился. А уж черепа каждый узнает. И шекские тоже с их фирменными наростами, а вот представители инсектоидов мне на глаза не попадались. Специально копаться в мусоре мы не стали, но внутри меня крепла уверенность, что всё равно ничего бы не нашли.
Места тут хоть и безлюдные, но так и манят всяких авантюристов и кладоискателей. Где-то той стороны гор должны лежать южные окраины шекского королевства, где сами воители не любят появляться. Сгинуть в тех местах проще простого, как и на Болотах. Но теперь у меня в голове созрел несколько иной маршрут вдоль массива. Возвращаться в туман, где бродит Великий Ящер — плохая затея.
Здешние мутанты вели полностью дикий образ жизни, там даже палеолитом не пахло. Никаких орудий труда и попыток приодеться хотя бы в шкуры. Собственно, зачем? Охотились они всей стаей, загоняя жертву куда-нибудь в укромное место либо нападая по ночам. Выпуклые «рыбьи» глаза прекрасно видели не только днём, но и в тёмное время суток. Мы в этом убедились лично на прошлой стоянке.
После потери Зумма в каждую дежурную пару входил кто-нибудь «зрячий», включая меня, поэтому застать врасплох нас не вышло. Сумрак заметил ночных визитёров ещё на подходе и лично зарубил парочку. На этот раз нападавших оказалось меньше десятка, зато их возглавляла здоровенная тварь чуть ли не два с половиной метра высоту. Очевидный вожак, чьи пластины брони сплошь покрывала сеть трещин и вмятин. Только правая клешня имела подозрительное «чистенькое» покрытие и оказалась едва ли не вдвое меньше левой. Вполне возможно, конечность отросла заново, как бывает у ракообразных.
Не в этом ли заключался смысл эксперимента?
В естественную эволюцию я в жизни не поверю, как и в то, что их создатели просто так игрались с генетикой. У каждой из групп учёных стояла одна и та же задача, просто решали они её совершенно по-разному. И наворотили столько, что с ума сойти можно.
Даже местные иногда впадают в ступор, чего уж говорить о пришлом землянине…
Изредка среди нагромождения костей попадались продолговатые штуковины размером с дыню. Двойка тут же опытным путём выяснила, что это местный приплод в кожистой скорлупе, после чего принялась азартно громить остальные кладки. В ней точно умерла учёная, захлебнувшись в алкоголе. Ну ничего, на Земле наверстает — учиться никогда не поздно, а с её неуёмной энергией лучше штурмовать образовательные заведения, чем какой-нибудь банк.
Я по себе прекрасно знаю, куда может завести чрезмерная праздность…
Но как бы ни грели душу мысли о возвращении, билетик домой ещё нужно добыть. У гурчащих выродков его быть точно не могло — их не интересовало ничего, кроме жратвы. Однако загаженное ими ущелье когда-то занимали другие обитатели, поумнее. Вскоре их следы стали попадаться повсеместно — от непонятных кусков ржавчины до вполне узнаваемых механических блоков. Уж насосы даже я могу опознать. Похожие помпы стоят во многих городах, обеспечивая их питьём, только размерами поскромнее и в куда лучшем состоянии.
Значит где-то здесь обрывался уровень воды, пока всё не схлынуло.
Старые машины строили с огромным запасом прочности, но с момента катастрофы прошло слишком уж много времени. Почти всё рассыпалось на куски от малейшего неосторожного прикосновения, чем с удовольствием пользовались монстры, расчищая себе жизненное пространство всё выше и выше. Однако построек в самом конце ущелья они почему-то избегали.
А вот мы шли прямо туда. Сквозь груды камней, труб и покорёженных опор.
Даже в таком отдалении ничего толком не уцелело. Феникс не особо распространялся о своём участии, но без него точно не обошлось. Судя по спутниковым снимкам воронки, нам ещё очень сильно повезло в Тёмном Пальце. В здешнем кратере мог разместиться сразу десяток людоедских городов. Масштаб совсем иной.
Неудивительно, что местные до сих пор помнят глобальное вымирание. Такие удары имеют самые печальные последствия не только для соседних земель, но и для всего материка. Не уверен, что без Панацеи людям удалось бы выжить. Мы куда более уязвимые, чем прочая живность.
Ущелье начало всё сильнее забирать вверх, а обломки шли уже сплошняком. Комплекс разместили здесь неспроста — он возвышался над поверхностью воды в канале с мегалитической сетью и при этом не торчал у всех на виду. Но даже такое укромное место не уберегло своих обитателей от орбитальной бомбёжки. Вся разница в том, что постройки не стали пылью или стеклом, как остальные.
