Как-то раз на одном из островов мне пытались впарить браслет якобы из лавы, но по факту это был производственный шлак с ближайшего побережья. Заводики там небольшие, но весьма токсичные, поэтому туристов туда не пускают. Я не будь дураком сначала воспользовался поиском по фото и не стал брать херню, в которой может содержаться половина таблицы Менделеева, но многие ребята их прикупили на память, забыв большую часть в отеле. Бусины выглядели эффектно и весили ощутимо тяжелее стекла, спасибо хоть не светились в темноте.

Здесь материала хватило бы населению среднего российского городка, да на каждую руку. А когда стали попадаться гигантские глыбы, оплавленные с одной стороны, к моим вечным хотелкам вроде пулемёта с танком добавился и счётчик Гейгера. Надо будет винца потом тяпнуть, оно вроде бы что-то там выводит…

Глыбища выдержали страшный удар и смогли устоять, а вот всё остальное разметало к окрановой матушке. Шлак осыпался позже, частично выносясь водой и ветром. А потом сами горы расступились, явив нашему удивлённому взору…

Ну, допустим, столбы. С шипами. Эка невидаль, казалось бы, только размер немного смущал, не сильно уступая скальнику по высоте. Диаметр у каждого примерно с телевышку, и торчали они в строгом порядке, даже частично рассыпавшиеся. Ещё веселее это всё выглядело сверху, напоминая странную ячеистую структуру. Но хотя бы стало ясно, что хребет никуда не делся. Его просто нарезали на кусочки, удалив большую часть породы. С одного края рукотворного ущелья мы чётко видели противоположный, всего в паре километров. Только дальше стены расходились в стороны едва ли не под прямым углом, а здесь было что-то вроде узкой горловины. Дальше местность резко понижалась, уходя в сторону Болот. На всей этой немаленькой территории простирались мёртвые земли, постепенно утопая в обычной грязи. На этой смеси живого с мёртвым и росли те самые «кислотные» джунгли. Природа постепенно залечивала язву, но до выздоровления ещё очень далеко.

За пограничными столбами торчали всё новые и новые ряды, постепенно сливаясь в общую массу. Из-а многочисленных шипов с круглым сечением они походили на массажные валики, но на самом деле выступы не являлись камнем. Слишком уж отличался их материал от всего остального, где-то напоминая радужный обсидиан с «бензиновыми» переливами, где-то поблёскивая металлом. До сих пор не поддавшимся ржавчине. Эти штуки явно были частью чего-то большего. Оплавленные и разломанные, они всё равно тянулись к другим мегалитичным колоннам сквозь пустоту.

Опоры, вот что это такое. А поддерживали они нечто вроде сети труб, размерами с автомобильный туннель. Сейчас от них остались только пеньки у оснований, но конструкция всё ещё внушала. Многие потрясённо молчали, то и дело оборачиваясь на соседей. Но нет, никому не чудилось. Хотя даже меня проняло.

Умели же раньше строить…

— Окранов корень, это же настоящий каменный лес! — выдохнула Двойка.

— Главное, чтобы нам никакой «урожай» на голову не свалился, — поморщилась Изнанка. — Там вообще ходить можно?

— Конечно же нет, дура! Иначе бы нас сюда не послали.

— От дуры и слышу!

Под привычную перебранку девушек-ниндзя мы добрались до крайнего столба. Вплотную подходить я запретил от греха подальше — вокруг и так хватало материала для изучения. У основания мегалита обломки лежали сплошным накатом, выше человеческого роста. Естественное препятствие собрало вокруг себя огромную пробку, которая со временем понемногу рассыпалась. Особенно в тех местах, где стекловидная масса изобиловала трещинами. На острых сколах переливались причудливые узоры сплавившихся материалов, бликуя от малейшего материнского луча.

Феникс не особо распространялся о назначении этих сооружений, а вот Зумм припомнил, что здесь вроде как выращивали провиант. К сожалению, его память зияла дырами ещё больше чем у остальных роботов. И ещё более жаль, что мы лишились такого ценного бойца.

Скелет выиграл нам достаточно времени, чтобы мы убрались восвояси. Я не пожалел головы и глянул потом краем глаза, что там такое ползло, свигая снимки всё дальше и дальше. Ничего толком не рассмотрел, кроме странного сплетения вроде как плоти, ветвей и бог знает чего ещё. Эта хрень не имела постоянной формы, а сверху напоминала крупный затор на реке. Даже и не поймёшь сразу, что это и есть Великий ящер. Просеки нам попадались ещё трижды, и мы каждый раз меняли направление, даже в тумане. Бережёного Окран бережёт, а над остальными смеётся.

Здесь преследователя можно уже не бояться — на суше отряд запросто даст ему фору. Если оно вообще сможет выбраться из Болот.

Теперь меня больше занимало, как тут вообще могли что-то выращивать. Думаю, без воды дело точно не обошлось. Вода это жизнь, и следы её работы не смогла скрыть даже адская температура, от которой песчаник плакал стеклянными слезами.

Мы шли по сухому дну, где когда-то бурлили сотни тысяч литров. А вместо болот вся эта низина представляла собой единый водоём. А может и залив. Хотя морская вода так себе годится для рассады. Сами по себе трубы ничего фильтровать не могли — между ними запросто мог проплыть хоть местный эвкалипт со всей своей пышной кроной. Однако их же не просто так соединили в единую многоуровневую сеть?

В попытках понять логику Древних я почти не отрывался от спутникового снимка и едва не прохлопал незваных гостей. Казалось бы, местность вокруг безжизненная и не самая удобная для миграции, однако в нашу сторону спешила целая группа существ. Сначала я засёк подозрительные вспышки шариком у одной из ближайших колонн, а потом уже задействовал орлиный взор, чтобы рассмотреть находку подробнее. И едва удержался, чтобы не протереть свой единственный глаз.

Сначала подумал, что это бандюки не усидели в засаде — уж больно характерно двигались фигурки, на двух ногах. Пусть и неуклюже. Но из общего с людьми у них было только антропоморфное строение, да и то не везде. Более уродливых существ я в жизни не видывал. Приплюснутые головы с выпученными глазами, какие-то шевелящиеся отростки по всему телу, закованному в сегментированные пластины, а вместо рук — клешни. Следом и остальные «Искатели» их заметили, но удивились не меньше моего.

Тем не менее мутанты демонстрировали явную агрессию. Рассредоточившись на открытом участке, они дружно заковыляли в нашу сторону. Семнадцать крупных особей под два метра и одна «полторашка», возможно — детёныш. Их ноги тоже покрывал хитин либо что-то близкое к нему, но мы уже имели опыт борьбы с бронированными тварями.

Мы с Пао начали обстреливать уродцев ещё на подходе, однако даже снаряды охотницы порой отскакивали в сторону. Угловатые формы так и напрашивались на рикошет — ни одного по-настоящему плоского участка. Мой самострел справлялся куда лучше, только далеко не все успокаивались даже после попадания в голову. Зато падали неплохо, теряя прыть и разрывая строй.

В итоге до нас добрался всего десяток, встреченный во все штыки. Оружие заскрежетало, как по бетону, но кое-кто всё равно отличился. Дёсу воткнул пику прямо в глаз одному, а Изнанка подрубила другого под колено. Обладатели сабель тут же нарезали упавшего на крабовые палочки, а я в свою очередь отстрелил тех, кто потянулся клешнями к заварушке. Они тоже вскоре присоединились к разделке.

Серьёзная опасность возникла лишь раз, когда замешкавшемуся Дейчи перекусили древко сразу за наконечником. Паренёк остался лишь с палкой и почти бесполезной катаной и едва не попрощался с рукой. Ганья ринулась на помощь и отсекла клешню в месте стыка, а там уже подоспели другие копейщики.

Твари оказались живучими, но слишком уж неповоротливыми. Издавая гурчаще-булькающие звуки они отправлялись на тот свет один за другим. Наверное, против каких-нибудь оборванцев с болот у них ещё были шансы, а тут — извините. Разума в приплюснутых бошках, смахивающих на рыбьи, ещё меньше, чем у людоедов. Хотя «база» явно была человеческой.

Когда всё закончилось, я с помощью кинжала приступил к изучению анатомии, не взирая на ядрёную вонь. В Болотах чего только не нанюхался, напрочь отбив обоняние, а здесь было на что посмотреть.