Судя по всему, он действительно подготовился весьма основательно.

– Хорошо, Фэй, тогда отчитывайся о своих результатах. Если кто-то из вас приукрасит историю, ваш учитель об этом узнает и ни о каких наградах не мечтайте. Скорее, будете вымаливать у вашего учителя прощение и помилование. А в целом… говорите.

Нервно глянув на Хиро, который являл собой воплощение спокойствия и дружелюбия, Фэй прочистил горло и принялся зачитывать:

– За минувшие годы этот ученик выполнил девяносто три задания и обнаружил три артефакта: проклятый камень из пещеры Чжаоян, меч семи цветов и солнц, а также нефритовую брошь богини луны. Насчёт броши трудно сказать, однако мастер Гуан назвал этот артефакт именно так и подметил, что подобная находка – невиданная редкость. Этот ученик также участвовал в одном из крупных сражений при штурме лисьих нор, это сражение!..

– Значит, девяносто три задания и три артефакта, – прервала его Чэнь Син, кивнув и переведя взгляд на Хиро. – Каков твой результат?

– Сто пять заданий и четыре артефакта.

– Да это потому, что он брал простые задания! – возмутился Фэй, недовольно глянув на Хиро. – Пока я отлёживался после сражения, он брал задания, с которыми и ребёнок бы справился. Да и артефакты его не такие…

– Сто пять больше девяносто восьми, четыре больше трёх, – заметила Чэнь Син. – Если всё правда, а я надеюсь, вы не врали мне, то в этом состязании победил Хиро.

– Но учитель!.. – с возмущённым отчаянием протянул Фэй, что со стороны взрослого парня выглядело весьма забавно.

– Учитель, шисюн прав. Выполненные им задания намного сложнее тех, которые брал этот ученик. Артефакты…

– Мальчики, разве я говорила о качественных характеристиках выполняемых заданий и полученных вами артефактах? – Наблюдая на лицах собеседников небольшую растерянность, Чэнь Син удовлетворённо улыбнулась и продолжила: – Я дала вам определённое задание. Всегда подмечайте детали. Даже если бы ты, Фэй, участвовал в трёх крупных сражениях, рискуя жизнью и здоровьем, а Хиро вышел бы в город пять раз снять с дерева кошек, он бы выиграл.

Честно говоря, Чэнь Син едва сдержала смешок, глядя на Фэя. Он очень напоминал щенка, который прижал уши и, округлив слезливые глазки, почти что скулил от несправедливости. Было очевидно, что он рвался победить за счёт сложности выполненных заданий. Чэнь Син позволила себе посмаковать момент злорадства, с любопытством наблюдая, что Хиро выглядел спокойным. Он явно понял задание, которое дала им Чэнь Син и, проявив смекалку с хитростью, не стал делиться с Фэем условиями для победы. Умный мальчик, однако.

– Мне ещё предстоит проверить, как вы повысили свой уровень культивации. Если он меня не устроит, то никто никакой награды не получит. Однако… я вижу, что вы старались, в той или иной степени каждый из вас заслужил поощрение. Фэй.

Услышав своё имя, Фэй выпрямился и с надеждой посмотрел на Чэнь Син.

– Если твой уровень культивационных способностей, как и все выполненные задания и найденные артефакты, удовлетворят меня, ты, как и Хиро, получишь следующее. Во-первых, возможность сменить ученическое имя на постоянное. Вы наверняка думали, какое имя хотите получить, не так ли?

Растерявшись на пару мгновений, парни переглянулись, и Хиро осторожно уточнил:

– Учитель… а разве не вы должны дать нам имена?

– Да, я могу. Моё предложение достаточно простое, однако не уверена, что оно вам понравится. И всё же… до того, как попасть в духовную школу, вы жили с теми, кто вас любил. С родителями. С теми, кто дал вам имена. Конечно, эти имена были детскими, и тем не менее они также несли определённый смысл. Я могу предложить вам взять фамилии, которые принадлежали вашим семьям.

Предложение заставило учеников озадачиться.

– Учитель… – пробормотал Фэй, – это очень щедро с вашей стороны, однако… имя напоминает мне о семье, которую я потерял. Может ли этот ученик проявить дерзость и попросить вас выбрать ему другое имя?

Чэнь Син предвидела и такой вариант, особенно от Фэя, для которого потеря любящих родителей стала болезненным ударом. Поэтому, понимающе кивнув, она произнесла:

– Хорошо. Я подумала и о другом имени… Чу Сюн.

– Чу Сюн? – несколько озадачился Фэй, а затем просиял и, стукнув кулаком по ладони, с восторгом уточнил: – Это как бьющий медведь[23], да?

– Скорее, как «выпячивать грудь»[24], – ухмыльнулась Чэнь Син.

– Учитель… а можно всё же с медведем?

– Учитель дала тебе имя, разве шисюн не должен быть благодарен? – невинно улыбаясь, уколол его Хиро, чем заслужил недовольный взгляд. Проигнорировав возмущение своего друга, он обернулся к Чэнь Син и произнёс: – Учитель, этот ученик с честью примет возможность носить имя, которое вы для него выбрали.

– Значит, Лань Хоу.

– Да, учитель.

– И… Чу Сюн. Мой любящий вечно выпячивать грудь ученик.

– … – весь вид Фэя так и кричал: «Я хотел стать медведем!»

Не удержавшись, Чэнь Син прыснула от смеха и, прикрывая рот рукой, не могла перестать улыбаться. Будучи подростком, Фэй всегда забавлял её угрюмым и обиженным видом, а повзрослев, стал ещё более умилительным.

– Хорошо, Фэй, учитель может пойти на уступку. Однако ты признаешь себя проигравшим, и остальные награды достанутся Хиро.

– Хорошо, – пробормотал Фэй, скосив взгляд в сторону. – Ученик благодарит учителя за проявленное… милосердие.

– Милосердие, значит, – хмыкнула Чэнь Син, качнув головой. – Что ж, Хиро, тогда тебе достанется возможность выбрать любое оружие из нашего хранилища, а также учитель выполнит любое твоё желание. В рамках приличного, разумеется, убийство, членовредительство и пакости в чужой адрес запрещены. Но всё это вы получите, как только я проверю список выполненных вами заданий, а также осмотрю артефакты. Также я оценю уровень ваших способностей. И после этого мы проведём официальную смену ваших имён.

– Понятно, учитель.

– Из любопытства: ты уже знаешь, что попросишь у меня?

– Боюсь, этот ученик не смел задумываться о подобном, пока не удостоверился в своей победе, – с невинной улыбкой отозвался Хиро.

«Хитрый жук, по глазам же вижу, что всё ты просчитал и уже придумал», – с долей лёгкого раздражения отметила Чэнь Син, не сумев долго смотреть на улыбку Хиро. Ей явно предстояло привыкнуть к тому, что подле неё находился выросший сын Юань Юня.

– У вас есть какие-то вопросы? – поинтересовалась Чэнь Син. – Я планировала отыскать старейшин, чтобы обсудить деловые вопросы. Смотрю, все готовятся к празднику весны.

– Да, он состоится через пять дней. Как раз вернутся мастера с собрания, – ответил Фэй. – Вы же придёте на праздник, учитель?

– Посмотрю, что он будет из себя представлять.

– У меня есть вопрос, учитель. И… могу я обсудить его наедине?

– Тогда не буду вам мешать, – поднявшись из-за стола, Фэй низко поклонился и улыбнулся. – Учитель, этот ученик очень рад вашему возвращению.

Мягко улыбнувшись в ответ и кивнув, Чэнь Син проводила взглядом удаляющегося Фэя и, как только он покинул обеденную, опустилась звенящая тишина. Чэнь Син предпочла молчать, терпеливо ожидая, о чём зайдёт разговор. Чжао Е тем временем, насытившись, лежал в углу и наблюдал за ними.

– Учитель, вы, наверное, заметили, что как только я подрос, то стал очень похож на… – Конец фразы он так и не произнёс, словно само звучание имени могло обжечь его подобно раскалённому металлу.

– Трудно не заметить. Так в чём вопрос?

Хиро помедлил, прежде чем продолжить беседу.

– Мне жаль, что этот ученик так и не смог защитить вас и вашу честь, учитель.

– О чём ты?

– О слухах, которые распространялись подобно болезни. Конечно, я понимаю, что в них есть доля правды, однако мы с Фэем так ничего и не смогли предпринять для их пресечения. Пытались заступаться за вас, но мастер Гуан приказывал нам не лезть и не провоцировать никого. Пришлось подчиниться. Однако я и представить не мог, что уже я стану причиной для новых обсуждений.