— Я прекрасно понимаю что можно, а что нет.

— Что можно?! Да ничего не можно!

Александр сказал что-то быстрое и резкое по-французски. Наверное, ругнулся.

— Я только хотел ласкать губами Вашу шею. — Он вздохнул и вдруг произнес, медленно опустив руки на колени: — Я теряю рядом с Вами голову.

— Вот, наше взаимное сумасшествие никому ненужно, — сказала я нарочито радостным голосом, но при этом даже боялась смотреть на него. Боялась, что он увидит в моих глазах все еще бушующее желание.

— Аяра? — спросил Александр осторожно, и я почувствовала, что он улыбается. — Уж не от моих ли слов у Вас румянец на щеках?

— От Ваших, от Ваших, — проворчала я, стараясь говорить так, чтобы голос не дрожал и мое истинное состояние не было раскрыто. Веду себя, как глупая девственница! — Ощущаю себя пудингом, — буркнула я, маскируясь. А сама «никаких маскарадов, никаких маскарадов»!

Александр, не переставая улыбаться, с любопытством вздернул бровь.

— Ну, «Алиса в стране чудес». «Алиса, это пудинг. Пудинг, это Алиса».

— А я — Алиса? — рассмеялся Александр. — Которая хочет съесть пудинг.

— Предупреждаю, что пудинг будет биться до последнего, — сказала я, все еще пытаясь удержать сами собой расплывающиеся в улыбке губы.

— Тогда мне стоит немного подкормить Вас, чтобы… — он достал с подноса персик и кинул мне, — чтобы… — оторвал крупную фиолетовую виноградину с веточки и поднес к моим губам, — чтобы съесть чуть позже.

Я послушно съела виноградинку, вертя персик в руках. И когда Александр поднес к моим губам еще одну, замотала головой. Не испугалась «угроз», а просто не хотелось есть.

— Аяра, я же не просто принес эти фрукты, — сказал он, наблюдая, как я жую. — Вампиры же коварные существа? И эгоистичные.

— Точно-точно, — закивала я.

Александр снова просиял улыбкой. Клыкастенькой такой. А я как-то нормально реагировала. Или НЕ нормально, в данном случае. Мне бы не персик в зубы, а арбалет. Но голова кружилась от любезно подсунутого вина. Но, на самом деле, в этом не было никакого затаенного коварства.

Хотя, было.

Александр вытащил меня на крышу многоэтажки.

— О чем я только думала? — пробормотала я, складываясь пополам. Хорошо хоть не тошнило, а было просто немного дурновато, когда мы вдруг перемахнули с одной крыши на другую. Я посмотрела вниз, и голова закружилась. — Как это мы в гирляндах не запутались? — И тут же уткнулась носом в мужскую грудь. Александр бережно поддерживал меня.

— Сейчас все пройдет, Аяра, все пройдет. Иди ко мне. — Зашептал он, удерживая в кольце своих рук. А потом осторожно перевернул и прислонил меня спиной к своей груди, отодвинул в сторону волосы и снова шепнул, щекоча губами ухо: — Посмотри какой восхитительный вид.

Я разлепила глаза и ахнула. Сердце зашлось от представшей красоты. На много-много миль вокруг горели сотни, тысячи, миллионы новогодних огней. На зданиях, домах, деревьях. Город сиял волшебством.

— Это… — у меня дух перехватило.

— Чудо?

— Да. Я никогда не замечала...

— Нет, — сказал он, разворачивая меня к себе лицом. Серебро его глаз заставляло забыться, утонуть, раствориться. И пока Александр не успел коснуться моих губ поцелуем, я проговорила:

— Еще и часа не прошло, как я думала, что одна в этой вселенной. В своем маленьком мирке, похожим на рождественский шарик, где бесконечно идет снег. И мне было не спокойно от этого, а… страшно. Ты… понимаешь?

— Как никто другой. — Его руки ласково коснулись моего лица, и я встала на цыпочки, чтобы дотянуться до его губ.

На самом деле одно чудовище не уничтожает другое чудовище. Оно льнет к нему, его тянет к нему, как магнит.

Александр бросил плед на пол возле ели. Огладил мои плечи и устремился пальцами вверх, к шее. Задержал руки, оглаживая большими пальцами скулы. Коснулся нижней губы.

Я стремительно расстегивала пуговицы на его рубашке. Получалось плохо. И я просто вытащила подол рубашки из джинсов и просунула ладони под ткань. Прошлась пальцами по животу и зацепилась за ремень на поясе; расстегнула пуговицу и потянула за молнию вниз. Александр, одним стремительным движением, вдруг перевернул меня к себе спиной, собрал все мои волосы в кулак и приподнял, оголяя шею. Я сжалась, предчувствуя нехорошее... Но его зубы мягко потянули за молнию платья. Губы коснулись кожи — едва-едва. Я нетерпеливо повела плечами, скидывая такую ненужную одежду, прижимаясь к нему вся, выгибая шею, требуя эти смелые губы. Он опустился на колени, его пальцы побежали вниз по бедрам, захватили в плен ступню. Я так и не поняла, как Александр оказался передо мной. Но вот он уже смотрит на меня снизу вверх, бережно сжимая ножку и целует, целует, целует.

— Разве...такможно... — Я то делала паузы, не смея вымолвить слова, задыхаясь от нежности, то произносила скороговоркой. — Завтра мы...станем...врагами...

— Но сегодня мы просто мужчина и женщина...

И Он был мужчиной, когда неторопливо, наслаждаясь каждым стоном, любил меня.

И Я была женщиной, которая неторопливо, с наслаждением, растворялась в объятиях.

… Никогда не думала, что устроюсь на коленях у вампира и прижмусь щекой к его груди. И буду смотреть на ель, всю в белых розах и отблеске десятка свечей. А он будет перебирать мои волосы и нежно шептать на ушко:

— Я мечтал о тебе, mon ange, своими бесконечными ночами. Когда тебя еще не было, я мечтал о тебе…

Глаза сами собой закрывались, и я почти уплывала в этой спокойной чудесной неге, но только почти. Не спать, не спать, не спать, говорила я себе.

— Поспи, Аяра. Нужно поспать.

— Я закрою глаза, а вдруг ты исчезнешь?

Почему-то ответа Александра я не расслышала, веки налились свинцом, отяжелели…

Я широко распахнула глаза. Села на диванчике. Взгляд метнулся в угол, где должна была стоять ель. Пусто. Ни свечей, ничего. НИ-ЧЕ-ГО. Одна. Все сказка. Сон. И чудес не бывает. И я плачу, как последняя дура. А на часах без четырех минут полночь. Ура… Новый год.

В дверь позвонили. Протяжно и требовательно. Сердце отчего-то затрепыхалось в груди, болезненно сжимаясь.

— Аяра, ну вот звоню Вам, звоню... — Миссис Стил. Разочарование во всех красках отразилась на моем лице, и старушка вдруг запнулась на мгновение. Но потом все же продолжила немного растеряно: — Тут к Вам молодой человек заходил несколько минут назад…

— Какой?!

Миссис Стил, видимо, не подобрав никакого другого слова, улыбнувшись, кокетливо выдала:

— Сексуальный.

Я метнулась вниз по лестнице, перепрыгивая ступени. Распахнула дверь, выскочила на улицу и закричала:

— Александр!

Он остановился и медленно обернулся.

— Не уходи...

Конец.