В сталинские времена все эти уроки истории, связанные с развитием ВМФ, были в центре внимания. И хотя война помешала нам реализовать в полной мере кораблестроительную программу, но воевать на море было чем. В том числе и на Дальнем Востоке был создан соответствующий потребностям Тихоокеанский флот. Во время войны 4 подводные лодки с ТО-Фа решено было передать на Северный флот. Это вынуждала сделать военная необходимость, а не «стратегические» соображения о «несущественном значении» Дальневосточной территории. Несмотря на «облохмачивание» всяческими «научными» обоснованиями, основанными на «финансово-экономических» сокращениях затрат, предательская суть подобных предложений (об отсутствии решающей роли Дальнего Востока) ясна.
Если вся основная морская мощь флота будет сосредоточена только в одном регионе, а ни Тихоокеанский, ни Черноморский, ни Балтийский флот не будут иметь нужных сил и средств, то ни одной из своих основных задач в новых условиях ВМФ выполнить не сможет. А задачи эти (если исходить из доктрины морской державы) следующие:
1. Сдерживание агрессора от попыток реализации военными средствами своих намерений против России.
2. Защита целостности и независимости государственных интересов от угрозы с морских и океанских направлений. Сюда же относится и защита морских районов народно-хозяйственной деятельности от варварского их использования «соседями», и обеспечение гражданского судоходства доступом к ресурсам Мирового океана.
3. Отражение агрессии противника, нанесение значительного ущерба военно-экономическому потенциалу и поражение ударных группировок ВМС (в частности, авианосных ударных групп и стратегических подводных лодок ПЛАРБ).
4. Обеспечение внешнеполитических акций и выполнение международных обязательств страны перед мировым сообществом по поддержанию мира и стабильности.
Разумеется, в каждый конкретный период времени какая-то из этих задач выходит на передний план, но в общем и целом все они необходимы и служат одной-единственной цели - обеспечению опоры для независимой политики Великой державы.
О том, что морская доктрина США, по сути, осталась такой же, как и 100, даже 150 лет назад, несмотря на громадные изменения мира в общественно-политическом и научно-техническом отношении, говорит и «Единая перспектива - 2010», о которой говорилось выше. «Флот безраздельного господства на море» - вот в чем заключена морская доктрина США. Но ведь это то же, что было определено двумя выдающимися морскими теоретиками Мэхэном (1840-1914) и Коломбом (1831-1899). Первый из них, бывший президентом военно-морской коллегии, а затем - председателем Объединенного комитета по морским делам США, издал несколько капитальных трудов (в частности «Влияние морской силы на историю 1660-1783 гг.», «Влияние морской силы на французскую революцию 1793-1812 гг.», в 2 томах, «Морская сила в войне 1812 г.», в 2 томах) еще в период, когда нынешний беспредельный бандитский капитализм США только зарождался, настойчиво и весьма убедительно доказывал, что США необходимо создать мощный военно-морской флот и установить господство на море. Он считал, что США «только путем агрессии силами военно-морского флота могут завоевать мировое господство, стать могучей колониальной державой». «Влияние морской силы» на историю состоит в том, чтобы извлечь из уроков истории выводы, которые можно было бы применить к США и тем самым вызвать правительство к деятельности, направленной на создание «морской силы», способной установить господство на море», - пишет, в частности, Мэхэн. Далее он доказывает, что «обладание морем или контролем над ним и пользование им являются теперь и всегда великими факторами в истории мира», что «ужасное оружие - «морская сила» - сделало Англию богатой, и, в свою очередь, защитило торговлю, с помощью которой составилось ее богатство... Ее влияние было везде, куда ее корабли могли проникнуть... Обладая морями, она везде преграждала врагу главные силы... Нужно отказаться от излишнего философствования и создать могучий флот для установления господства над другими народами (выделено мною. - Прим. авт.).
А вот какое определение Мэхэн дал морской стратегии: «Морская стратегия имеет целью обосновать, поддерживать и увеличивать как во время мира, так и во время войны морское могущество страны». По его мнению, морская стратегия «может одерживать победы, приобретая позиции за позициями в различных морях. Она, утверждаясь на том или ином береговом пункте, способствует обращению временной оккупации в постоянную».
Английский вице-адмирал Коломб в своем объемном труде «Морская война. Ее основные принципы и опыт» также, как и Мэхэн, считал, что морская сила - основа существования и развития морской державы, а «теория ведения войны на море является универсальной». Он писал, в частности: «Я имею твердую веру в то, что основные законы морской войны, которые я старался проследить в истории столетий, безусловно, господствовали бы и во всякой войне, какая могла бы теперь возникнуть, и что в подготовке и предсказании хода последней на эти законы можно было бы положиться вполне».
Перед Первой мировой войной крупным продолжателем Мэхена и Коломба был англичанин Корбет (1854-1922), опубликовавший книгу «Некоторые принципы морской стратегии», а в Германии - крупный военный теоретик, морской министр Тирпиц (1849-1930), являвшийся сторонником беспощадной подводной войны.
Все эти военно-морские теоретики (и практики), разрабатывая теорию морской войны и морскую стратегию, широко использовали морскую историю на основе громадного по объему фактического материала.
Являясь свидетелями и участниками тех морских войн, которые проходили в их время, но будучи патриотами своих отечеств, они исходили, проводя свои исследования, из одной и главной цели - пользы отечеству, чтобы «побудить правительство» к деятельности, направленной на усиление морской мощи.
Американцы, взяв на вооружение труды этих теоретиков, живших еще не только до Второй мировой войны (Тирпиц и Корбет), но и до Первой (Мэхэн и Коломб), и в XXI в. реализуют свою морскую стратегию на принципах, разработанных ими. Меняется все: надводные корабли и подводные лодки, техника и вооружение, способы, приемы и методы ведения боевых действий на море. Но остается прежней основное - суть Морской стратегии, цель ее.
Только вот почему-то у нас среди «флотоводцев» самого высокого ранга нашлись теоретики, которые стали считать, что от «количества и качества соотношения сил» в противоборстве противников ничего не зависит, так как «вооруженная борьба на морях будущего» определяется не этим. При этом основной упор делается на «жесткую экономию» финансовых средств, так как их «крайне недостаточно» не только на развитие сил и средств, но и на элементарную боевую подготовку.
Мне пока еще не известны истинные причины, почему случился такой провал стрельб баллистическими ракетами подводных лодок (срыв старта 4 БР). Причин может быть много и технического характера, однако не удивлюсь, что сами по себе эти совершеннейшие и надежнейшие ракеты ни при чем. Срыв мог произойти из-за элементарной неподготовленности личного состава (не очень-то многому научишься, стреляя 1 раз в четыре года).
НА ЧТО СПОСОБНЫ НАШИ «ВОЖДИ»?
Внимательно наблюдая за «деятельностью» высших руководителей государства (сознательно слово «деятельность» ставлю в кавычки, так как оно происходит от большого и прекрасного Деятель, а то, что приходится видеть и слышать, деятельностью назвать язык не поворачивается) и глубоко задумываясь о том, кто же они, все больше и больше убеждаюсь во мнении, что лучше для их определения подходят слова «деляга», «делаш», «имитатор», «псевдоруководитель», зависимый, ни нравственно, ни умственно не самостоятельный. Не способны они проявить твердую политическую волю в интересах защиты национального достоинства и независимости государства, во главе которого волею судьбы случилось им стать.
