Саламандра в этот же момент бросилась на Себастиана, выпустив из рук огненные когти. Гибрид действительно мог двигаться быстро и представлять серьезную опасность, но истребитель с легкостью уходил от его ударов. Более того, огненные когти бессильно отскакивали от плаща, не в силах нанести ему урон, зато он успешно атаковал в ответ кинжалом, однако не торопясь активировать яд. Помня об особенности саламандр, это было бесполезно — их огненное нутро с легкостью уничтожало любой яд. Увы, но раны от кинжала на саламандре быстро зарастали, а воспользоваться пистолетом Себастиан не мог, поскольку единственная третья пуля в пистолете была магматической.

— Аделаида, мне нужно перезарядиться! — крикнул он ученице. — Можешь бить огнем, главное, отвлеки его!

Отпрыгнув от саламандры, он позволил девушке нанести удар струей огня, которую гибрид с радостью и чуть ли не с урчанием начал впитывать в себя. Пламя начало исчезать, затягиваясь под красную чешую, и вместе с ним внутри тела саламандры разгоралось багровое свечение. Тварь жадно впитывала жар, не замечая, что Себастиан в это время перезаряжает пистолет, вставляя туда сразу три пули с кровью морозного червя.

Когда саламандра выпрямилась, под пластинами на груди уже светилось так ярко, что были видны темные линии ребер. Она повернулась к Себастиану, и по движению грудной клетки он понял, что сейчас будет ответная атака.

Пистолет Крампа щелкнул, переходя в режим тройного залпа.

— Ну давай, — негромко произнес он.

Саламандра открыла пасть, явно собираясь выплюнуть струю пламени, и в тот же момент Себастиан выстрелил. Три ствола рявкнули почти одновременно. Все три морозных пули попали точно ей в пасть, мгновенно превратив голову в ледяную скульптуру. Тварь содрогнулась, по чешуе разбежалась тонкая сетка трещин, из которых вырвались белый пар и багровый свет. Саламандра попыталась сделать шаг, но одна нога подломилась, затем другая, и огромная фигура рухнула на колени, а накопленный внутри жар вышел уже не ударной волной, а длинным густым облаком раскаленного пара.

Себастиан вовремя закрыл лицо плащом, чтобы не получить ожогов, а когда видимость вернулась, гибрид лежал неподвижно на полу. Решив подстраховаться, истребитель подошел к телу и снова нанес удар ногой по теперь уже оледенелой голове, разлетевшейся по залу неровными ледышками.

— Себастиан, ты, как всегда, лучший! — крикнула ему Ада.

Себастиан поднял голову и посмотрел на ученицу. Как раз в это мгновение за ее спиной появилась темная фигура. Серое тело стояло неровно, обратные колени и костяной клинок на правой руке выглядели подозрительно знакомо.

— Ада!

Она даже не обернулась, просто упала вперед. Тем не менее клинок прошел над плечом и вспорол ткань сорочки, а девушка, продолжая движение, перекатилась вниз по нескольким ступеням. Жнец прыгнул следом, проявив невероятное проворство. Причем двигался он не по ступенькам, а перескакивая из одной точки в другую длинными резкими прыжками, отталкиваясь от стен, перил и потолка. И самое неприятное — он шел исключительно за Адой.

— Это жнец, он выбрал тебя целью! — крикнул Себастиан.

— Я заметила!

Огненный меч вспыхнул в ее руке, и девушка сделала широкий взмах, попытавшись достать гибрида, но тот с легкостью увернулся, отпрыгнув в сторону.

Де Грейв же в этот момент перезаряжал пистолет, на этот раз вставив два обычных и один экспериментальный патрон с шипами стрелолиста, и затем переведя его в режим единичных выстрелов. Впрочем, Аделаида не зря была истребителем «А»-ранга, и противник, не защищенный от огня, не представлял для нее серьезной угрозы. Единственное, что ее пока еще удерживало от полноценного применения силы, — это опасность спалить дом, поэтому девушка и продолжала пользоваться только огненным мечом.

Жнец атаковал девушку с разных сторон, периодически получая урон огнем, но раны на его коже зарастали практически мгновенно. Себастиан не рискнул стрелять, боясь попасть в Аделаиду, поэтому терпеливо ждал подходящего момента. Девушка же так увлеклась боем, что не торопилась разрывать дистанцию, чтобы дать ему совершить выстрел. Огненный меч жужжал, словно рой рассерженных ос, пытаясь достать жнеца, который уже успел превратиться из охотника в жертву.

— Аделаида! — окликнул ее Себастиан. — Ты заигралась!

Девушка быстро обернулась в его сторону и коротко кивнула. В следующий момент она прицельно ударила жнеца в грудь струей огня, оттолкнув его от себя. И Себастиан тут же воспользовался удачным моментом и выстрелил. Полая оболочка пули разбилась о лопатку, и десятки прозрачных шипов стрелолиста ушли под кожу гибрида.

Жнец приземлился довольно уверенно и тут же сделал еще один прыжок в сторону Аделаиды. Потом второй, уже заметно короче. А на третьем правая нога подвела его, и существо впервые за весь бой промахнулось мимо опоры, врезавшись плечом в стену.

— Работает! — выдохнула Ада.

— Не радуйся заранее.

Жнец поднялся. Человеческие глаза на сером лице оставались бессмысленными, костяной клинок снова пришел в движение, но теперь рука отставала от намерения на долю секунды. Яд распространялся сразу из десятка точек и постепенно выключал мышцы одну за другой. Решив не рисковать, Себастиан выстрелил еще два раза обычным патронами, отстрелив жнецу ноги, чтобы окончательно его обездвижить. По его плану достаточно было отсечь гибриду конечности, чтобы захватить живьем, но до дела так и не дошло, поскольку в этот момент входная дверь взорвалась внутрь. Не открылась и даже не слетела с петель — массивная дубовая створка целиком пролетела через холл, ударилась о лестницу и переломила последние уцелевшие перила.

Гибрида, появившегося в дверном проеме, Себастиан узнал сразу. Те же карие человеческие глаза над звериной пастью, те же серые участки шкуры, пришитые к бледной коже, и та же манера держаться, слишком похожая на стойку опытного бойца. Именно эта тварь напала на Себастиана возле особняка де Грейвов в первые дни после возвращения, убила извозчика, едва не прикончила его самого и ушла через соседский сад, потеряв левую лапу и получив несколько ран. До сих пор это был единственный гибрид, имевший хоть какую-то осмысленность в действиях.

Но с прошлой встречи он существенно изменился — стал еще крупнее, помимо серой кожи на теле появились части хитина. А еще потерянную руку ему заменили на новую конечность, заметно толще правой, покрытую темной чешуей лавовой змеи и заканчивающуюся длинными черными когтями.

— А вот и наш последний гость, — тихо произнес Себастиан.

«Он тебя тоже узнал».

В этом Каэлар был прав. Существо остановилось на пороге вместо того, чтобы бездумно броситься вперед, как остальные. Взгляд медленно прошелся по лежащей саламандре, парализованному жнецу, змее на лестнице, после чего вернулся к пистолету.

«В прошлый раз он действовал довольно осмысленно», — напомнил Каэлар. — «А сейчас его явно неплохо подготовили к встрече с тобой и твоей ученицей».

Себастиан тоже это понял. Кто-то получил израненного гибрида, разобрал бой у особняка, заменил уничтоженную часть тела и выпустил его снова, уже приспособленного к знакомому противнику. К сожалению для таинственного «создателя», остальные гибриды не обладали достаточным уровнем осмысленности и не смогли действовать слаженно. Если змея и саламандра еще как-то пытались объединиться, то жнец не смог справиться с собственной природой и атаковал один, не вмешиваясь в общий бой. Последний же гибрид будто решил проявить какую-то бойцовскую гордость и сразиться с Себастианом один на один. Он не стал входить в дом, а, наоборот, махнул чешуйчатой лапой, будто приглашая Себастиана за собой, и сделал шаг назад.

— Мне показалось? — ошарашенно спросила Аделаида. — Или он тебя позвал на разборки?

Истребитель пожал плечами, идя следом за гибридом.

— Видимо, не показалось, — ответил он, не оборачиваясь. — Я уже как-то виделся с этой особью, и, похоже, она хочет взять реванш. Попробуй взять жнеца живьем, но учти, что в тварях могут быть скрыты капсулы самоуничтожения.