Трудно приходилось в те годы коммунистам, комсомольцам и советскому активу. Даже в их семьях не все понимали необходимость и пользу коллективизации, ликвидации кулачества. Враги подстерегают активистов, покушаются на их жизнь. В овраге у деревни Стенино наемники кулаков — бандиты подстерегли несущего почту секретаря Лубенской комсомольской ячейки Гришу Никитина и зверски убили его. Григорий Никитин был организатором и секретарем передовой в уезде ячейки комсомола. Похороны комсомольского активиста превратились в демонстрацию народного гнева и ненависти к врагам. Кулаками был зверски убит молодой председатель Дракунского сельсовета Г. А. Хромов. Его ждали в засаде. Когда он стал обороняться от нападавшего на него кулака, жена этого кулака топором нанесла смертельный удар по голове Хромова.

Несколько позднее бандитами был зверски зарезан милиционер Осипов. Коммуниста Семена Галкина в Матчине антиколхозные элементы во время первой жатвы обобществленных полос схватили и бросили под едущую жатку. К счастью, Галкин отделался небольшими травмами.

Были попытки со стороны врагов поджигать избы сельских активистов. Так, несколько раз поджигали в деревне Потросове дома председателя сельсовета Ивана Васильевича Шалопкина и его брата. Был совершен поджог дома председателя Бильдинского сельсовета коммуниста Василия Григорьевича Фомичева. Но коммунисты и комсомольцы продолжали свое благородное дело.

В феврале 1929 года была проведена уездная конференция, где обсуждался вопрос о повышении урожайности. На конференции говорилось, что самым важным шагом для улучшения сельского хозяйства является объединение крестьян. Хороший пример в те годы подавала Киреевская коммуна, преобразованная в артель. Применяя минеральные удобрения и механизацию, эта артель добилась более высокой урожайности, чем крестьяне окрестных деревень. В 1929 году она получила семь тысяч рублей чистой прибыли, построила мельницу, кузницу, кирпичный завод. Хорошие примеры подавали и кооперативные объединения в Плюскове, в Алешне, в Глупееве.

Пример передовых артелей начал увлекать за собой крестьян. Появились инициативные колхозные группы, душою которых были коммунисты и комсомольцы.

Среди организаторов и первых руководителей колхозов следует отметить Ивана Васильевича Шалопкина, Ивана Андреевича Ларькина, Евдокию Ивановну Тарасову, Федора Дмитриевича Подобедова, Семена Лаврентьевича Галкина, Николая Николаевича Фролова, Бориса Сергеевича Макарова и тогдашнего руководителя козельских коммунистов Панфила Ефимовича Иванова.

Но большинство крестьян все-таки относились к новому осмотрительно, а иногда и просто подозрительно. Вот, например, что решили на сходке в деревне Лубны: «От записи в колхоз, сознавши, не отказываться, а сейчас подумать несколько и тогда записаться». Конечно, такое решение не могло удовлетворить коммунистов и комсомольцев, особенно тех, которые так много положили сил в борьбе со старым миром, сражались в отрядах Красной Гвардии, бились с белыми на фронтах гражданской войны. И вот начинаются бедняцкие собрания, долгие разговоры с колеблющимися, подворный обход, сколачивается инициативная группа желающих записаться в колхоз, а в этой группе значится: «Степин Павел — идет с отцом, Пимкин — идет один, Траубенберг Тамара, пойдет и ее мать».

В семье у лубенского комсомольца Кузина брань. Сам Кузин пришел в ячейку и заявил:

— Не могу против родителей перечить. Не пускают меня в колхоз.

Собрание комсомольцев решило: «Как предавшего нас в трудные минуты Кузина из комсомола исключить, а от решения вступать в колхоз не отступать и вести дальше терпеливую разъяснительную кампанию».

Медленно, но верно разворачивалась коллективизация. Однако успехи вскружили голову местным руководителям. Они стали торопить с вступлением крестьян в колхоз. Для организации колхозов посылались иногда слишком молодые и не совсем опытные товарищи. Были, например, направлены для агитационной работы и для организации колхозов студенты педагогического училища. Некоторые из них не имели ни малейших познаний в сельском хозяйстве. Такие «организаторы» администрировали, торопили крестьян вступать в колхоз, порой не сознавая, что допускают ошибки.

На видном месте в Козельске установили доску показателей. На ней помещались сводки о ходе коллективизации. Сельсоветы, в которых больше хозяйств вступило в колхозы, помещались рядом с нарисованным самолетом, а тех, кто имел малое число колхозников, помещали на черепаху и даже на рака. В специально напечатанном обращении к единоличникам был задан непродуманный и неполезный вопрос: «С кем вы, товарищи единоличники? Ждем делового ответа!»

Центральный орган нашей партии «Правда» поправил козельских руководителей. В статье «Ждем делового ответа» газета разъяснила, что вместо погони за дутыми процентами коллективизированных надо усилить разъяснительную работу и, не нарушая принципа добровольности, воспитывать единоличников на примерах передовых колхозов, вдумчиво приучать крестьян к коллективной, социалистической жизни. Исправление допущенных ошибок было делом нелегким, но козельские большевики правильно поняли критику и преодолели искривления. Огромную роль в деле вовлечения крестьян в колхозы сыграла щедрая помощь партии и правительства труженикам села.

В 1930 году в Козельске была создана машинно-тракторная станция. Она приняла на свои плечи наиболее трудоемкие процессы в сельском хозяйстве — обработку земли, мелиоративные работы, явилась проводником новейших достижений сельскохозяйственной науки и практики.

Большую роль в коллективизации сельского хозяйства сыграли посланцы партии — двадцатипятитысячники. Их в районе было 9 человек. Двадцатипятитысячники активно создавали колхозы, а потом возглавили их. Они не жалели сил для укрепления молодых хозяйств, личным примером показывали, как надо трудиться в коллективном хозяйстве. Очень большую поддержку оказали молодым колхозам шефствующие предприятия центральных городов. Фабрика «Москвошвей» № 8, например, выделила несколько бригад для ремонта машин, проведения сельскохозяйственных работ в колхозах. Москвичи помогли организовать культурно-массовую работу на селе.

Пример в организации дела подавали совхоз «Красный комбинат», преобразованный из оптинского совхоза, и совхоз «Красный плодовод», возникший на землях, принадлежавших до революции князю Вяземскому. В деревнях Дубровка и Клыково, тоже на бывших помещичьих землях, разместился кролиководческий совхоз.

В Оптине до 1930 года в течение трех лет существовала школа крестьянской молодежи, а затем она была преобразована в школу совхозного ученичества. В Козельске организовалась межрайонная школа по подготовке массовых колхозных кадров. На базе семилетних школ в районе было создано пять школ колхозной молодежи. Эти школы явились кузницей кадров для колхозов и совхозов. Многие учащиеся потом стали вожаками в колхозах, агрономами, зоотехниками.

Активно помогали партийным организациям и Советам селькоры. Их в районе к 1932 году было более трехсот. Многие из них часто выступали в «Крестьянской газете», в областных газетах «Рабочий путь», «Социалистическая деревня», «Большевистский молодняк», в районной — «Козельская правда». 64 передовых селькора окончили двухгодичные заочные курсы, организованные «Крестьянской газетой». В 1932 году в районе выпускалось 168 стенгазет, из них 74 — на селе.

В начале 1933 года при Козельской МТС был создан политический отдел, начальником которого стал опытный старый коммунист т. Усит. Вместе с секретарем райкома партии П. М. Деменком т. Усит и другие работники политотдела приложили немало усилий к тому, чтобы колхозы района быстро выросли, окрепли и стали большевистскими, а колхозники — зажиточными,

Козельская МТС не могла обслужить все колхозы. Поэтому район как бы разделился на две зоны: в одну из них входили колхозы и селения, обслуживаемые машинно-тракторной станцией. Здесь политическое руководство осуществлял политотдел МТС. Он же руководил сельскими партийными организациями. Политотдел имел свою газету «За большевистские колхозы». Вторая зона района не обслуживалась машинным парком МТС. Здесь вся политическая и организаторская работа проводилась райкомом партии.