Кроме стандартной корзины в левом верхнем углу, там находилось только папка озаглавленная просто и незатейливо «Видео» и значок какой-то программы с ничего не говорящим названием. Коротким нажатием на Альт-Таб я развернул свёрнутую в трей работающую прогу, по всей видимости, ту самую, чей значок был на столе. Быстро пробежал глазами по открывшемуся окну и понял, что занималась она подбором ключа для какого-то запароленного архива находящегося на диске «F». Процесс был ещё не завершён, и, судя по таймеру, запущен больше двух месяцев назад, почти три.

— И что же там такого, в этом архиве? — пробормотал я, постукивая пальцем по мышке.

А затем полез в папку с видео.

Те запаролены не были, но стоило мне ткнуть в первое, как возникшая картинка заставила немедленно отбросить всю расслабленность и придвинуться к монитору ближе.

Камера снимала какое-то помещение, с стеллажами и верстаком на которых можно было рассмотреть различные образцы пехотного вооружения, от пистолетов, до снайперской винтовки. Но приковывали внимание не они, а человек на стуле посередине. Угловатое, грубое лицо мужчины в армейских камуфляжных штанах и зелёной майке, живо напомнило найденную в вещах Коэна фотографию, а когда мужчина заговорил, последние сомнения окончательно отпали.

— Меня зовут, Малькольм Рэй Пирсон. Я офицер по специальным операциям рейдерского полка корпуса морской пехоты США, полковник, с некоторых пор, также известный по прозвищу Ваншот.

Пирсон ненадолго замер, буравя тяжёлым взглядом камеру, затем добавил:

— И, скорее всего, если это видео кто-то смотрит, то я уже мёртв.

Вновь замолчал, похоже, решая с чего начать. А затем поиграв желваками, продолжил:

— Основной задачей меня и моей группы было уничтожение суперов. Как противника, в локальных конфликтах за пределами Соединённых Штатов, так и суперзлодеев внутри страны.

«Всё интересней и интересней. Значит у Дерека Коэна была специальная подготовка для борьбы с суперами, ведь он входил в группу Ваншота. И снова вопрос, а он точно не знал, что женится на девушке с приставкой супер? Но этот вопрос пока отложим».

— Мы считали, что делаем правое дело, уничтожая возникающие угрозы, пока не выяснилось, что не все убитые нами суперы были злодеями.

Я замер, ставя видео на паузу. Ничего себе заявление. Но судя по виду Пирсона, тот железобетонно уверен в своих словах. Снял с паузы.

— Мне потребовалось несколько лет, чтобы увидеть картину целиком и понять, что наша задача просто «зачищать поляну», от тех суперов, что набрали слишком много сил, влияния и популярности. Сейчас у всех на слуху Орден Правосудия. Но кто-то задумывался, куда исчез Отряд Храбрых, что был до них? Нова Страйдер, Багровая Молния, Терра Фордж… Имена этих суперов знала вся страна, а потом они исчезли и все о них забыли. А правда в том, что их всех уничтожила моя группа. Их просто назначили злодеями, придумав новые прозвища для СМИ. Большая часть даже не успела ничего понять. Только с Терра Форджем вышла осечка. Он что-то почувствовал и успел применить свои силы. В ходе боя никто из моей группы серьёзно не пострадал, но было уничтожено несколько кварталов города где он жил. В прессе это назвали нападением суперзлодея Майнквейка, а Терра Форджа его жертвой.

И вновь я поставил на паузу, напряжённо думая. А ведь верно. До фазы Ордена Правосудия была фаза Отряда Храбрых. Но никто и никогда не задавался вопросом, почему фаза сменилась и одни герои пришли на место других. А сейчас фаза Уравнителей, а об Ордене Правосудия действительно никто не вспоминает. Получается, «зачистили» и их? И снова я снял видео с паузы, внимательно слушая, что Пирсон скажет дальше.

— А затем я имел неосторожность поделиться своими выводами с теми, кого считал друзьями. Видимо зря. Потому что меня самого объявили злодеем, придумав это прозвище — Ваншот. Мне пришлось покинуть отряд и скрываться тут, — он обвёл взглядом помещение.

Но в этот момент, рольставни моего хранилища с характерными щелчками поехали вверх и я тут же, вновь поставив видео на паузу, подскочил с места, готовясь встретить непрошенного гостя.

Фигура в грязном дождевике больше всего напоминала какого-то бомжа, но не успел я вежливо спросить: «вот зэ фак⁈», как тот откинул капюшон, обнажая фиолетово светящуюся башку.

— Ну здравствуй, Дерек Коэн, — прошипел он.

— Эльвио, — мрачно произнёс я, узнавая своего недруга, ставшего супером.

Который, правда, должен был быть мёртв. После произошедшего «разлива химикатов». Но, видимо, тут произошла осечка.

— Удивлён? — снова произнёс тот, снимая с лица маску.

— Немного, — лаконично ответил, пытаясь найти выход из выглядящей, будем честны, весьма хреново, ситуации.

Я в глухом боксе совсем небольших размеров, а единственный выход перекрывает смертельно-опасный противник. Есть отчего предаться унынию.

Тут я посмотрел на меч, который рефлекторно схватил, и в голову пришла безумная мысль, а что если прорезать по кругу пол под ногами и провалиться на этаж ниже. Но её я, с некоторым сожалением, отмёл. Тут не голливудское кино, и ждать, пока я это буду делать противник не будет. Если уж он Марксмана упокоил и чуть не прижучил Голденмена, реакции у него хватит прибить меня задолго до того, как я этот круг закончу.

— Знаешь, как хреново когда тебя облучают жёсткой радиацией? — с рычащим клокотом произнёс бывший мексиканец, — человек такую боль выдержать не сможет, она заставляет агонизировать каждую клетку твоего тела. Одновременно. Но я выжил. Потому что уже не человек. А вот ты — человек. И поэтому сейчас умрёшь.

Тут его взгляд упал на меч в моей руке, стиснутый до побеления пальцев и супер язвительно хохотнул:

— Ты думаешь убить меня этой ковырялкой? Меня расстреливали, взрывали, жгли, и всё бестолку. Я живее всех живых. Но ужели ты думаешь, что ткнув меня ею, сможешь добиться большего?

В голосе его было столько превосходства и самодовольства, что я только пожал плечами и ткнул. Не делая каких-то финтов и замахов, просто шагнул вперёд и, вытянув руку, погрузил клинок до половины, прямо ему в грудь.

Он даже не сопротивлялся, продолжая кривить фиолетовые губы в ухмылке. Но мгновение спустя ему стало не до смеха. Будто волна прошла по всему его телу, концентрическими кругами расходясь от меча.

— Что⁈ — прохрипел он.

Попытался выпустить из руки какой-то фиолетовый сгусток, но даже толком не смог прицелиться и тот улетел куда-то в угол, сильно левее меня. А затем просто взял и осыпался внутрь сложившегося бесформенной кучкой дождевика.

— Мда… — почесал я затылок, осторожно отодвигая одежду носком ботинка в сторону и рассматривая кучку фиолетового праха на полу, всё что осталось от недолго пробывшего суперзлодеем Эльвио, — а понтов-то было. Молодой, неопытный.

Тут я поймал себя на мысли, что это уже второй супер на моём личном счету. И опять никому нельзя об этом рассказать. Обидно даже. Хотя мне не привыкать. Как там в девизе СВР говорится — нет права на славу.

Вздохнул, затем оглянулся и с некоторым сомнением произнёс, — вроде бы где-то должен был быть веник.

Глава 25

Вот только обернувшись, я разом забыл про совок и веник, потому что тот фиолетовый сгусток, от которого мне даже не пришлось уворачиваться, влетел прямо в системный блок компьютера, оставив от него рожки да ножки. С руганью на успевшего, таки, сделать мне гадость напоследок, Эльвио, я принялся шуровать в том что осталось, ища диски. Нашёл один, который не влез в расположенную вверху блока каретку и располагался на самом дне. Только поэтому и выжил. Выдернув из него остатки проводов, подул, с двух сторон, сдувая лёгкую пыль, и положил в карман.

Выводы, однако, были не совсем утешительные. Папка с видео, на рабочем столе была, значит автоматом диск «С». А ему точно кирдык, всё что я успел, это просмотреть первое видео из примерно десяти, да и то, не полностью. Программа дешифровки тоже, скорее всего была там же, итого три месяца работы в минус. Единственно, уцелевший диск, даже не прикрученный к самому системнику, скорее всего, подключался отдельно, а не шёл в комплекте, поэтому с большей долей вероятности был тем самым диском «F» на котором располагался непонятный архив. Его ещё можно попытаться подключить снова и заново запустить взлом.