Вот только…

Тут я опустился в кресло, крепко задумавшись. Информация, озвученная Пирсоном, была не просто жареной, это, мать его, бомба, которая, при правильной подаче, может устроить натуральный бунт суперов и хаос, с полномасштабными боевыми действиями по всей территории США. Вот только доказательств у меня нет, даже видео записанных Ваншотом не осталось. Если, конечно, Дерек Коэн не сделал копии и не припрятал ещё где-то. Ну или в том самом архиве, который он так хотел взломать, нет каких-то ещё более веских доказательств.

Но, тут второй момент, попытка эти сведения обнародовать тут же сделает меня врагом государства номер один, нарисовав на моей спине мишень величиной с дом. Ваншота гасили целой толпой — спецназ, эскадра ВМФ, суперы и никакие его улучшения суперсолдата не спасли. Просто задавили массой. Не факт, что островок, где была его база, вообще не приголубили чем-нибудь тактическим ядерным напоследок. Когда убедились, что он точно там. Чтоб наверняка.

А я не суперсолдат. Как, к слову, и Дерек Коэн. Был.

Зачем он копал это всё? Что ему сказал тогда Пирсон такого, что парень, уволившись со службы, не забыл всё произошедшее как страшный сон, а принялся действовать, прекрасно понимая, что ходит даже не по краю, а уже самую малость за ним? А работающий комп с архивом, видео, маска, меч — всё это говорит о том, что он вёл целенаправленную работу. Очень упорно и настойчиво. В этом у меня сомнений не было. Ведь с момента как он уволился прошло семь лет, а архив, судя по всему, в свои руки он получил недавно. Уже в период работы на Бакрэм Секъюритис. И это означает что? Что контора куда он устроился бухгалтером, была выбрана совсем не случайно. И добыл он этот архив или там или через неё ещё где-то. Может быть у кого-то из клиентов, которых он вёл.

С одной стороны это всё вилами по воде писано, с другой, выстраивается во вполне логичную и чёткую систему. И женитьба на Найтгейл, в этой системе совсем не случайна. Дерек явно знал, что под маской суперши скрывается Джессика. Кстати, так и не удосужился узнать её девичью фамилию.

А теперь вопрос на миллион.

Зачем всё это мне? У прошлого Коэна явно был личный мотив. Месть там или ещё какой, уже не так важно, главное у меня этого мотива нет. Плюсом, я, как вполне обычный человек, в поле зрения чистильщиков никогда не попаду, а значит могу жить-поживать и добра наживать. Как там в русских сказках говорилось.

Но… есть ещё Джессика. Она супер, причём, популярный и достаточно сильный. К тому же, вступивший в Уравнители. Их фаза началась относительно недавно, и прежде чем их сменит кто-то ещё, пройдёт лет десять.

С одной стороны — аж целых десять, с другой, это жалкие 3650± дней. Пролетят — заметить не успеешь, в круговороте семейного быта и рабочих будней. И допустить гибели Джессики я не хотел. Она была ровно такой, какой я её представлял, сильной, смелой, но немного наивной. И бившееся в груди молодое сердце, при мысли о ней, начинало стучать чуточку сильнее.

А её зачистят. Без вариантов. И значит, мне надо сделать так, чтобы этого не произошло. Как? Это уже другой вопрос. Но сделать.

* * *

— Ричардс, к помощнику директора!

Не ожидавшая подобного вызова Алисия подскочила из-за стола, наспех поправила блузку и тут же поспешила в офис главы Нью-Йоркского отделения ФБР.

Дженис Федарчик была женщиной суровой, начинавшей службу спецагентом тогда, когда Алисия ещё пешком под стол ходила, и прослыла за два года на должности главы отделения руководителем жёстким и не терпящим непрофессионализма в работе. Несколько, по её мнению, не соответствующих званию специального агента сотрудников, она выперла со службы безо всякого сожаления. До этого момента девушка к ней на личный разговор не попадала и теперь слегка внутренне вибрировала, не зная чего ждать, но прозорливо полагая, что ничего хорошего ей там точно не скажут.

Глава Нью-Йоркского отделения была не слишком красивой женщиной, с короткой причёской окрашенных в тёмный цвет волос. Простые золотые серьги, чёрный пиджак с воротом стойкой, с едва видимым белым воротником рубашки под ним, дополняли строгий образ, отшибая малейшее желание с этой женщиной спорить. Мешки под глазами и загибающиеся книзу уголки губ, дополняли образ, придавая её лицу вид одновременно усталый и недовольный.

Собственно и взгляд, которым она наградила замершую перед её столом сотрудницу был далёк от дружелюбного.

— Мэм, специальный агент Ричардс, — тут же представилась Алисия, едва заметно ежась от ещё большего ощущения грядущих неприятностей.

— Специальный агент Ричардс… — хмуро повторила за ней Федарчик, — и как долго вы уже специальный агент?

— Шесть лет, мэм.

— Шесть лет… — вновь повторила за ней глава отделения, опуская взгляд вниз на бумагу лежавшую перед ней на столе, — плохо.

— Что, плохо? — не поняла девушка.

— Плохо, что вы работаете уже шесть лет, и пишете подобные административные запросы. — Женщина брезгливо взяла лист бумаги двумя пальцами и швырнула его в сторону подчинённой так, что тот, проскользив по столу, улетел на пол, куда-то под ноги девушке.

Алисия, наклонившись, поспешно его подобрала и вновь застыла, поедая глазами начальницу.

— Я прочитала его трижды, но так и не увидела, на основании чего вам понадобилось проверять деятельность этой компании. Всё, что я увидела, это какие-то ваши домыслы, предположения и притягивание фактов за уши. Нельзя просто взять и организовать проверку кого-либо. Просто оттого, что вам это захотелось. Потратить непонятно на что ресурсы отделения, задействовать кучу сотрудников и всё это, чтобы получить что? — приподняв брови, вбуравила взгляд в девушку глава отделения.

— Ну, — опустив глаза, тихо произнесла Ричардс, — проверка бы могла помочь найти что-то.

— Вы даже не знаете, что собрались искать, — Федарчик осуждающе покачала головой, — нет, не такого я жду от сотрудников своего отделения.

Выпустив с шумом воздух сквозь раздувшиеся ноздри, она отвернула голову в сторону, больше на Алисию не смотря, и холодным тоном произнесла:

— Идите и работайте. Пока я ограничусь устным предупреждением, но если мне на стол попадёт ещё один подобным образом оформленный запрос, отправлю на переаттестацию.

К себе Ричардс вернулась почти полностью морально раздавленной. Впрочем, понимая одно — она действительно поспешила. Помощник директора была во всём права. Для проверки нет веских оснований, кроме ощущений самой Ричардс, что с этой компанией что-то не чисто.

Усевшись на стул, она невидящим взглядом уставилась в экран, затем тяжело вздохнула и подумала:

«Надо выпить кофе».

Мысли вновь перескочили на мужа Джессики — Дерека Коэна. Профессиональный командос был явно замешан в каких-то тёмных делишках, значит придётся и дальше за ним наблюдать и собирать факты. Ещё раз прикинув всё, что у неё было на данный момент, она, снова пришла к выводу, что в обоих известных ей случаях он, скорее всего, действовал не сам по себе, а был лишь исполнителем. И в то же время, связать между собой бегство Симмонса и латиносов в форте Тилден никак не получалось. Между ними не было совершенно никакой связи. Но в то же время, что-то объединяющее их и Бакрэм Секъюритис, должно было быть, обязано было.

Тут на столе зазвонил рабочий телефон и подняв трубку, девушка на автомате, продолжая думать о своём, произнесла:

— Специальный агент Ричардс.

И тут же услышала в ответ, взволнованный мужской голос:

— Это Дерек, помните меня?

На секунду девушку переклинило мыслью, что это звонит муж Джессики, но мозг, чуть забуксовав, всё же определил, что голос на Коэна совсем не похож.

— Какой Дерек? — уточнила она.

— Дерек Маккормик, директор «Бест Элит Секьюрити Форс Корп», вы были у меня пару недель назад, брали запись с камеры на рынке Хантс-Пойнта, — торопливо пояснил тот.