— Нашли тело? — предположил я.

— Нет, тела, как раз, не нашли, но ночью кто-то устроил в банде Змей переворот, сместив Эль Матадо. По описанию это был антропоморфный гуманоид фиолетового цвета, который назвал себя Эльвио и объявил, что теперь он будет главарём Змей. Сожрал полдесятка несогласных, превратившись в желе, правда сам Эль Матадо успел сбежать.

— То есть, эта падла, теперь, стала супером⁈

Разочарование на моём лице было неподдельным. Мало того, что он остался жив, так теперь ещё и грёбанный суперзлодей, давший прикурить Уравнителям. А подмяв под себя немалых размеров банду и вовсе становится нешуточной угрозой, в том числе и для меня лично. Было глупо считать, что он, став супером, отбросит мысли о мщении. Наоборот, теперь ему явно хочется убить меня ещё сильней.

— Мы, пока, не можем сказать, что это тот самый Эльвио, — заметил Мешер, — сначала надо выяснить его место жительства и проверить, не появлялся ли он там.

— Я знаю, где он жил, — ответил я хмуро.

— Откуда? — удивлённо переспросил Стив, всю беседу до этого старавшийся не отсвечивать.

— Скажем так, — покосился я на него, — тоже работал над устранением проблемы. Чуть, чуть не успел.

Взгляд риск-менеджера стал внимательно-заинтересованным, а вылезшая на лице ухмылка какой-то хищной.

— Слушай, — посмотрел он на Хайза, — а отдай его мне, у парня хорошие задатки для нашей службы.

— Он и в бухгалтерах неплох, — буркнул Стив, в свою очередь глядя на меня с проснувшейся во взгляде толикой уважения и опаски.

— Если перестанет изображать из себя ковбоя Мальборо. Ладно, — мужчина поднялся с места, — я пока у себя.

Ещё раз посмотрел на меня, добавил:

— Парня пока домой, нечего ему тут светиться. Скажем, денька на три. Отдохнёт, восстановится, а мы пока определимся с этим Эльвио. И да, — он взял со стола лист бумаги и ручку, положил передо мной, — черкани адресок.

Затем внимательно посмотрел на Хайза.

— Ах да, — спохватился тот, доставая пухлый конверт из ящика стола, — это твои премиальные. За риск. Пятьдесят тысяч.

Однако неплохо. Я принял конверт, а затем уточнил:

— А что с машиной и оружием?

— Пока побудут у нас, — ответил Мэшер, — вокруг форта идёт нездоровое шевеление, там всё плотно обложено вояками и ФБР, поэтому прибрать за тобой не получилось. Юридический отдел я уже озадачил, на случай если у кого-то появятся вопросы. Ничего серьёзного нам предъявить не смогут, но нервы потрепать попробуют. Впрочем, откусаемся, не впервой.

* * *

Домой возвращался я в смешанных чувствах. С одной стороны было облегчение, что вопрос с перестрелкой достаточно легко разрешился, с другой — досада, потому что скажи я этим деятелям сразу, об Эльвио давно можно было бы забыть. Перемудрил. Но тут меня извиняет тотальное незнание обстановки и привычка, что никому доверять нельзя, а проблемы желательно решать самостоятельно.

Но больше, конечно, корил я себя, что, невольно, своими руками вылепил из ублюдка супера, да ещё и чертовски неудобного, как противника.

Повернув ключ в замке, дёрнул дверь, открывая и уставился на замершую на пороге, только с той стороны, жену.

— Дерек?

— Джессика?

Произнесли мы одновременно. Затем я, хмыкнув, спросил:

— Ты туда или сюда?

— Пока сюда, — с явным недовольством ответила моя благоверная, — мне сообщили, что тему с Фиолетовым освещать будет Кристалл, и я в студии не нужна.

«А вернее, — подумал я, — в штабе Уравнителей тебя просветили, что твои силы против него не сработают и отправили отдыхать».

— Да, — внезапно добавила она, с некоторой растерянностью в взглянув мне в глаза, — сказали, что Марксман погиб, там, в форте.

Вот и ещё одно изменение канона. А ведь он был хоть и второстепенным, но, периодически появляющимся героем в комиксах.

— А я, ведь, видела его вчера, — как-то потерянно произнесла жена, — он шутил, смеялся, говорил, что с такой командой им никто не страшен. А потом раз, и его нет.

Я вспомнил, что она собиралась к ним в штаб-квартиру, для сюжета о прославленных защитниках города. Вздохнув, привлёк к себе, крепко обнимая, постарался утешить:

— Так бывает. Быть супергероем почётно, но опасно. На любую суперсилу всегда найдётся контрсила. Ну и от случайности никто не застрахован.

Джессика шмыгнула носом, уткнувшись мне в грудь, грустно произнесла:

— Просто это уже третий супер за последнее время. Сначала Трясогузка погиб в бою с Вселенусом, затем куда-то пропал Порождение, теперь вот Марксман.

Стало чуточку неловко. Куда пропал второй я бы мог рассказать, но этот рассказ ей бы точно не понравился.

Суперы, как бы друг к другу не относились, в силу объективных причин, варились в одной среде, среди себе подобных. Были даже несколько баров и клубов с входом только для суперов. И пропажа кого-то или смерть сразу становились известны всем остальным. Не мудрено, что Джессика узнавала об этом одной из первых.

— Это печально, но жизнь продолжается. Одни герои уходят, им на смену приходят новые.

— Да, ты прав, — слабо улыбнувшись, жена отстранилась, а затем спросила уже сама, — а ты что домой так рано?

— У меня три дня отгула, с сохранением зарплаты, — ответил я как можно непринуждённей, — начальство расщедрилось после вчерашней сделки. Похвалили за отличную работу и даже премию дали.

— Везёт, — Джессика вздохнула, — а у меня сюжет про Уравнителей, из-за всех событий, придержали, и, может даже отменят, и из-за того, что всю ночь работала, тоже в приказном порядке отгул устроилидали, и отправили домой. А я не хочу весь день здесь сидеть. Не могу.

Я почувствовал в этой фразе крик души, и тут же предложил, озарённый внезапной идеей:

— А давай, на пару дней куда-нибудь съездим? Позагораем на пляже, поплаваем в тёплом море, попьём коктейли в шезлонгах? Премиальные мне хорошие заплатили, можем ни в чём себе не отказывать.

— Пир во время чумы? — оставаясь всё ещё смурной, но с проснувшимся интересом во взгляде, уточнила жена.

— А почему бы и нет? — улыбнулся я, — жизнь-то продолжается.

— И куда именно?

— А давай в Майами, — я достал телефон, забивая поиск в сети, — вот, из аэропорта Кеннеди, Америкэн Эйрлайнс. Каких-то три часа и мы там. Ближайший рейс в одиннадцать, если поедем туда прямо сейчас — успеем.

— Всё бросить и побежать? — слабо улыбнулась Джессика, — а вещи собрать?

— Да всё там купим, — махнул я рукой, взял ключи от хонды и вновь притянул жену к себе, жарко целуя, — готова к небольшому пляжному приключению?

— Ох, Дерек! — только и произнесла она, с любовью во взгляде, и мы, захлопнув дверь, направились к лифту.

Глава 20

Майами… Бывал я тут. Сфера моих интересов, конечно, простиралась несколько северней, на мыс Канаверал и американскую космическую программу, которой, одно время, очень плотно занимался.

С комфортом расположившись на шезлонге и поймав губами соломинку торчащую из высокого бокала, я потянул холодный коктейль и невольно окунулся в очередные воспоминания из прошлой жизни, вспоминая одну из самых серьёзных своих операций.

В 1960-м произошел взрыв ракеты Р-16 на Байконуре, в котором погиб главнокомандующий РВСН Неделин, и ещё почти восемьдесят человек команды. Данные о взрыве были засекречены, расследование шло долго, но в 1965-м окончательные результаты были переданы мне, как резиденту работавшему по линии разведки ракетных проектов США, вместе с задачей, проработать возможность проведения диверсии на одном из комплексов американских МБР. Как уже понятно, в ходе расследования выяснилось, что взрыв в 1960-м не был случайностью, а результатом деятельности группы агентов ЦРУ. «Чёрных оперативников», как их называли. Они не были неграми, как можно было бы подумать, исходя из названия, нет, так называли нечто вроде нештатного подразделения, для грязной работы.