Поместье охраняла пара местных некромантов, откликнувшихся на призыв Файне из провинции, некие Корхорены. Ульфир уже поговорил с ними накануне, нашел их адекватными… для охраны купеческих караванов — не более того. Им помогал расчет городской стражи непосредственно у ворот. Все это вместе, по его мнению, не могло считаться охраной, а больше напоминало некоторое вежливое обозначение границ. Шелки, похоже, полагался на свою репутацию — и зря. Когда Ульфир подходил к дому, прямо на глазах городские стражники они отгоняли тупыми концами алебард группу, похоже, городских сумасшедших, которые явились что-то просить у мэтра Шелки.

— Я — охранник мэтра, — холодно обратился к ним Ульфир, доставая из ножен палаш. — Что вы хотели?

Группа тут же рассыпалась и разбежалась по подворотням.

— Спасибо, господин некромант! — воскликнул глава расчета. — Магистр Бьер велел нам никого не убивать, если первые оружие не выхватят. Тяжко!

— Магистр Бьер не имел в виду, что вы не можете угрожать им убийством, — заметил Ульфир. — Учитывайте это.

Видимо, с охраны периметра и стоит начать. Но сначала все же найти, во-первых, их с Хенриком вещи — он очень надеялся, что бестолковые умертвия и временные слуги не выбросили все, приводя резиденцию в порядок для своих господ. Во-вторых, найти, кто тут занимается хозяйством. Он сделал вчера ошибку, обратившись к мэтрессе Воды как к явной старшей женщине дома — но быстро понял, что, во-первых, она очень молода, практически неприлично молода для стихийной магессы в свите Чумного Доктора. Во-вторых, чем бы она ни занималась при Шелки, в ее функции управление повседневной жизнью его свиты не входит. Потом он предположил, что, возможно, Хьялмар Агрим выполняет функции секретаря и управляющего Шелки, даже если это выглядело как разбазаривание навыков и возможностей легендарного некроманта, — но нет, он уже знал, что магистр Агрим работает в Академии над научным проектом.

Возможно, мэтресса Бьер занимается домом? Или законная супруга мэтра?

Ульфир прибыл в город только вчера, и они с Хенриком потратили лишь минимум времени на сбор городских слухов перед тем, как явиться к Шелки. Но слухи уже распространились далеко за пределы Альвидры. Так что Ульфир знал, что Шелки полностью взял город под свой контроль, и что его представителями в ратуше являются его жена и его любовница — госпожа Шелки и мэтресса Бьер. И что они обе на сносях, поэтому Шелки поместил их в жесткий карантин. Как это сочетается с работой в ратуше, Ульфиру сложно было представить, но раз Чумной Доктор и знаменитый магистр Агрим считают, что принятых мер достаточно, ему не стоит встревать: его интерес к научным и медицинским вопросам никогда не выходил за рамки легкого чтения.

В общем, раз госпожа Шелки и мэтресса Бьер работают с бургомистром Тассе, вряд ли у них есть время на многочисленные задачи, связанные с организацией быта поместья.

Когда Ульфир миновал ворота, его встретила Анна Корхорен — миловидная и довольно молодая немертвая дама, на взгляд Ульфира, безобидная, примерно как горный лев (животное, обязанное своей смертельной славой в основном авторам любовных романов).

— Господин Ботольф. Госпожа Шелки просила передать, что хочет с вами поговорить. Специально сегодня пораньше вернулась из ратуши. Только вам сначала нужно пройти поверхностную дезинфекцию.

— Вот как? — спросил Ульфир. — Ну что ж.

Естественно, прежде чем начать разыскивать свои тряпки и оружие, Ульфир должен был сперва засвидетельствовать почтение жене мэтра Шелки. Которая, оказывается, все же оказалась в поместье!

Корхоран привела его в бывший кабинет Матильды Эйген — надо же! В нем было чисто, прибрано, некоторые папки переложены с места на место, пара приходно-расходных книг раскрыта на столе, и отдельно — книга правил мэтрессы Гилли. Перед книгой лежала тетрадь с пометками. Неужто госпожа Шелки изучала ее, как учебник?

Самой госпожи Шелки в кабинете не оказалось, зато в нем парило крошечное, с ладонь величиной, золотистое солнышко.

Ульфир уже видел их, и, конечно, слышал. Сперва они с Хенриком не поверили слухам, но эти же солнышки встретили их даже на карантинных постах по дороге в Альвидру!

Так они и убедились, что мэтр Шелки действительно был Зажигателем Звезд. Редчайший титул! Либо он получил его в последние шесть лет, за промежуток после того, как они покинули Метрополию. Либо он — один из двух магов Огня, имевших право на этот титул, о которых Ульфир слышал. Имен ему никогда не говорили, но он знал, что один из этих магов очень стар, старше мэтрессы Гилли, другой — сравнительно молод, но не моложе самого Ульфира. Возможно, Шелки именно этот второй. Хотя Ульфир никогда не слышал, чтобы один из Зажигателей Звезд был еще и Чумным Доктором! Но Ульфир не считал себя особенно образованным в этой области. Сплетни, слухи и прочие реалии высшего света всегда больше интересовали Хенрика, и они с удовольствием поделили эти зоны ответственности.

При первой встрече Шелки производил странное впечатление. Он мало говорил, и речь его была достаточно странной, чтобы предположить некий устаревший или региональный диалект. Однако все же складывалось впечатление, что Шелки довольно молод. Как будто бы он еще даже не проходил омоложения — или проходил только однажды, учитывая его юную внешность.

— Когда плазмоид начнет мигать синим, закройте глаза и пять минут подождите. Да, и перчатку, пожалуйста, протрите спиртом.

Бутылочку со спиртом и тканевую салфетку Корхоран ему протянула.

— Этого достаточно? — уточнил Ульфир.

— Если вы не будете входить с госпожой Шелки в тесный физический контакт, то да, — серьезно сказала Анна. — Если бы вам пришлось находиться с ней и с мэтрессой долго в одной комнате, то лучше бы еще раздеться, а потом сменить одежду. Но у вас, я так понимаю, запасной сегодня с собой нет?

Ульфир покачал головой. Тут в особняке должно быть полным-полно его нарядов на все случаи жизни — им с Хенриком выделили отдельную гардеробную, и хотя Хенрик был большим модником, одежда Ульфира по необходимости занимала примерно треть этого довольно щедрого пространства. Хотя он никогда не наряжался сверх того, о чем просила мэтресса Гилли.

Однако кто знает, что случилось с этой одеждой! Ульфиру было все равно.

Ульфир никогда не видел плазмоидов вблизи. Он подошел к столу. Плазмоид висел метрах в двух над ним, у самого потолка, как приклеенный. Ульфир мог бы забраться на стол, хорошенько подпрыгнуть и достать его. Или даже оттолкнуться от стены и допрыгнуть. Или метнуть нож. Но он не стал ничего этого делать: не дурак. Когда плазмоид замигал синим — а это случилось минуты через две — то послушно закрыл глаза и послушно отсчитал пять минут по внутреннему таймеру. Когда они истекли, он вновь оглядел кабинет, стол, бухгалтерские книги. Где же госпожа Шелки?

— Как скоро подойдет госпожа? — уточнил он у Корхоран.

— Должна была уже явиться, — сказала телохранительница. — Подождите минуту, разыщу ее. Должно быть, что-то отвлекло. Обычно госпожа очень пунктуальна.

Олла Шелки появилась еще минуты через две — вошла в кабинет с еще одной амбарной книгой в руках. Двигалась она быстро, деловой, твердой походкой женщины, не привыкшей к балам и светским приемам. Нечто неуловимое в лице и рабочие, хотя и не натруженные руки выдавали представительницу скорее купеческой, чем аристократической семьи. В отличие от мэтрессы Нейгарт — высокородной аристократки с первого же слова. Госпожа Шелки отличалась весьма приятной внешностью даже на самый взыскательный вкус, однако же сравниться внешне с Водницей или даже некромантшей Глерви, в которой Ульфир с первого взгляда заподозрил родственную Офейгру душу, никак не могла. Вероятно, Шелки приблизил ее к себе за иные качества.

Одета она была довольно скромно для супруги Огненного мэтра, но держалась с большим достоинством.

— Доброго дня, — радушно сказала жена нового работодателя Ульфира, остановившись чуть поодаль от него. — Господин Ботольф?