— Боже…, — отвернулась я и слепо уставилась в окно, за которым продолжалась размеренная жизнь, тогда как моя рушилась на глазах.

Потому что ее отбойным, шипастым молотком разносил до состояния пыли мой парень. Человек, который только что признавался мне в любви, а теперь предлагал за бабки подарить себя какому-то левому мужику. Просто потому, что он родился с золотой ложкой в заднице!

— Ты закроешь глаза и представишь, что с тобой я. А потом просто выбросишь все это из головы, как мусор. И все! Мы будем жить дальше, будто ничего и не было. Представим, что ты выиграла в лотерею. Или тебе оставил наследство какой-то неизвестный родственник. Делов-то. Деньги ведь не пахнут, Настя!

Он почти меня умолял.

Сложил руки на груди и взирал на меня, как побитый котенок.

— А если бы я тебе такое предложила, Максим? — тихо, едва слышно прошелестела я. — Поставила бы твою гордость выше своих меркантильных ожиданий и желания лучшей жизни? Что тогда?

— Я бы согласился! — заорал он. — Согласился, понятно! Ну и что? Это же просто секс! Пять минут или сколько там ему понадобится, чтобы кончить. Зато у тебя будет буст! Ускорение!

— Ты сам себе не противен, Макс? — безжизненно выдохнула я.

Сердце мое, кажется, перестало стучать. Легкие застопорились, превращаясь в стекловату. И воздух явно наполнился гарью тотального разочарования. В человеке. В его ориентирах. В его ценностях. Во всем!

Как он мог вообще рот открыть и такое мне выдать?

— Нет! Если бы от подобного поступка зависело твое будущее материальное благополучие, то я бы пошел на такой шаг, Настя. Пошел, чтобы тебе сделать лучше!

— Изменив мне с другой? — устало улыбнулась я.

— Ради тебя — да! И не надо смотреть на меня, как на отвратительное насекомое! Просто он от тебя не отстанет — это же очевидно! А так ты с него поимеешь на максимум. И вся эта история наконец-то закончится! Он отвалит, а мы будем жить дальше. Счастливые и при бабках!

Он допил остатки своего пойла. А я кивнула на дверь.

— Уходи, Макс.

— Переспи с ним, Настя, — перешел парень на жалобный скулеж, — иначе он просто не позволит нам быть вместе. Не позволит! Ты слышишь?

— Уходи сейчас же! — надавила я сильнее.

И Харитонов все же встал на ноги. Пощатнулся, но двинул прочь. Правда, уже у двери тормознул и посмотрел на меня так, будто бы со мной прощался.

А затем зафиналил:

— Если ты не дашь ему, то он поимеет нас обоих, Настюш. Только уже забесплатно...

Усмехнулся и перешагнул порог, громко хлопнув дверью.

А я осталась стоять. И обтекать.

А потом легла на свою узкую койку, укрылась одеялом с головой и горько расплакалась. Потому что я испугалась, черт возьми!

До дрожи!

Ибо не надо быть семи пядей во лбу, чтобы постичь ужасную суть происходящего — просто так, даже под приличной мухой, Максим Харитонов никогда бы не посмел наговорить мне подобного дерьма.

Просто НИКОГДА!!! И все тут!

Вывод?

Это могло значить только одно — Сергей каким-то образом заставил моего парня пойти на такой отчаянный шаг. Выкрутил ему руки! Не оставил права выбора! Загнал в угол!

Шантажировал? Запугал? Угрожал?

Как хотите.

И нет, я не верила, что Макс ему продался со всеми потрохами за тридцать сребреников. Быть того не может!

Но тогда оставался открытым главный вопрос: за какую ниточку дернул этот мерзкий столичный воротила, чтобы сделать из Харитонова послушную марионетку?

И на что еще он способен?

Вот только гадать мне долго не пришлось. Ведь я даже не догадывалась, что Сергей еще даже не начинал с нами играть по-крупному.

Все, что было до — было разминкой. Гребаными цветочками! А ягодки мне пришлось собирать уже на следующий день...

Глава 12 – Интермальчик

Сергей

— Сергей Александрович, к вам Щербаков просится. Говорит, что вы его ждете, — послышался голос секретаря из селектора, а я двумя пальцами потер переносицу и улыбнулся.

— Жду, Марго. Пусти ребят.

Тело тут же загудело в предвкушении. Не то, чтобы соперник мне был по зубам. Пф-ф-ф, куда там. Щенок. Но я уже себя внутренне накрутил до невменоза. И готов был согласиться с тем, что я немного, так скажем, на моей Кукле, ебанулся.

Совсем чуть-чуть.

С одной стороны, смаковал эту занимательную игру, хоть и знал, что останусь победителем. А с другой — уже хотел поскорее вонзить в жертву свои зубы. И трепать ее, пока хотя бы немного не притухнет мой дикий голод. И да, как и любой хищник, в данной ситуации лишь сильнее заводился, когда от меня убегали.

Настя бегала быстро.

И пока еще не выдохлась.

Я даже где-то в глубине души ее немного зауважал. Хотя это и не умаляло того, что она, бесспорно, была совсем еще зеленой романтической дурочкой, рьяно вцепившейся в эфемерные чувства с широко закрытыми глазами.

Хотя бабы и в зрелом возрасте могли точно так же троить и выпадать в ошибку. Их же хлебом не корми, дай ради любви задницу свою надорвать. Это же так благородно! Не то, что передницу и ради денег, да?

А потом ревут, соли на кулак наматывая.

Ну, хуй знает. По мне, так лить слезы в элитных столичных апартаментах хочется будто бы немного поменьше. Чем с голой жопой. Но женскую логику умом не понять, вот и приходилось объяснять некоторым девам красным на практике, как этот мир на самом деле устроен.

И что не все то золото, что блестит.

Дверь в кабинет распахнулась. На пороге появились мои ребята и старый знакомый — Харитонов.

У-у-у...

Кто-то вчера знатно бухал. Небось, еще и с горя.

Весь потный. Рожа опухшая, разукрашенная. Видимо, спускал пар, размахивая кулаками. Белки глаз воспаленные, красные. Но смотрел на меня с вызовом, будто бы даже не обосрался от страха уже пару раз, пока парни его сюда доставляли.

Но оно же видно невооруженным взглядом.

Усадили касатика в кресло напротив меня. Даже услужливо стакан воды перед ним поставили. Мол, вот же — чувствуешь себя как дома. Но не забывай, что ты в гостях.

— Ну, чем порадуешь, Макс?

— Она не согласилась, — злобно прошипел парень. — Послала меня.

А я улыбнулся, потирая указательным пальцем переносицу. А затем вовсе откинул голову назад и рассмеялся. И все — начался праздничный салют!

— Смешно тебе, урод? Смешно, да? — подскочил на ноги Харитонов. Но не для того, чтобы морду мне набить. Нет! Просто, как шавка, потявкать. Типа как, смотри, что могу!

Вай!

— Смешно, — кивнул я.

— Я своей девушке такое предложил из-за тебя...

— Из-за себя, — слегка поправил я этого героя-любовника.

— Да пошел ты! — заорал пацан, а затем снова упал в кресло, тяжело дыша и потирая красное лицо дрожащими ладонями. — Пошел ты! Ясно? Насте на тебя плевать! Она все твои подачки своей подружке отдала. Все эти сумки, браслетики, хуетики. Ей ничего от тебя не надо!

— Видишь, мы еще раз убедились, что ты ей не пара, — спокойно выдал я, а у Харитонова вновь говно пригорело.

— Это был просто секс! Она бы никогда не узнала! — горлопанил он, но тут же закашлявшись.

— Что ты так орешь, Максим? Думаешь, я глухой?

— Все, что я думаю о тебе, так это то, что ты конченый! — зарычал пацан, а я снова захохотал.

— Блядь, ну ты мне этой информацией, конечно, капитально так качество жизни испортил, — и к моему веселью присоединились еще и ребята из службы безопасности.

И пока мы ржали, один конкретный юморист все-таки схватил стакан со стола и жадно выхлестал его, поглядывая на меня с презрением.

— Все, любезности закончились, малой? — сложил я на столе пальцы в замок. — Теперь можем переходить к разговору по существу?

— Я тебе все уже сказал, — огрызнулся парень.

— Нет, не все. Например, ты не рассказал мне, на кой вообще полез к Насте с этим дебильным предложением переспать со мной? У тебя что, совсем крыша поехала?

— В смысле? — в момент выпал в нерастворимый осадок мой собеседник, а я едва глаза не закатил от его «зашкаливающих» дедуктивных способностей.