— Ничего! Стой смирно, а то не получится… Сейчас гайку на восемь закрутим.

Охранница только хмыкнула. А я, послюнявив пальцы, принялся совершать движения, как будто кручу гайку где-нибудь под капотом, до которой хрен доберешься. Она вроде и не затянута, но достать ее можно лишь кончиками пальцев.

Бывает, гайка забивается пылью, и ее надо смазать. Но с этим тут проблем не было. Мои «жигулевые приемчики» оказались для дамы в новинку. Она слегка пискнула и отстранилась.

— Ты что там творишь?! Кто тебя научил? — растерянно ахнула женщина.

— Книга «Устройство автомобилей серии Ваз» девяносто пятого года издания.

— Это сексуальная литература такая?

— Сексуальнее не бывает! — выпалил я, вспомнив, как в бешенстве бросал эту книгу, тщетно пытаясь починить свою ласточку в минус двадцать.

Кто бы знал, что епля с машиной поможет в реальном сексе! Век живи — век учись. Хорошие тачки ведь были. Не то, что сейчас — электроника. Попадет современный водитель вот так… в другой мир, руками ничего сделать не сможет. Будет на кнопку жать, как дурак и ждать помощи эвакуатора…

Мои ласки длились пару минут или больше. От новизны ощущений девушка вскоре заохала.

— Давай, еще! Я хочу! — закричала она, и ударила в дверь кулаками. — Нас никто не услышит! Не бойся.

— Я вообще-то все слышу… — донесся издалека голос парня.

— Закройся, ты не считаешься!

Я усмехнулся с такой реплики, но процесс прерывать не спешил, а напротив, немного ускорился, представляя, что пальцы замёрзли, и чинить Жигуль надо как можно шустрее.

Этот странный «ремонт» пробудил во мне зверя. Хотелось разорвать надзирательницу прям тут. Но будет ли продолжение банкета, кто знает. Если нет, то это место станет камерой пыток.

Вскоре дамочка отошла от двери и промямлила, что я молодец. Казалось, она просто уйдет, ведь необходимый «массаж» получила, а свободного времени на дежурстве не так уж и много.

«Надеюсь, хоть матрас теперь выдадут», — подумал с разочарованием, представляя, как ночью он превратится в дуршлаг.

Создалась напряженная пауза. Стало как-то не по себе. Я решил высунуться в кормушку, чтоб все разведать. Тогда мне в лицо ткнулась большая женская задница.

Я отскочил от проема, не веря своим глазам. Слегка полные, но вполне аппетитные ягодицы просунулись прямо в камеру. На них виднелись следы от трусов и складки целлюлита внизу. Но меня это совсем не смущало.

— Дай-ка по-быстрому! — прозвучало за дверью.

Контраст между грубым голосом и аппетитными булками был очень большой. Казалось, говорит не она! Находясь в легком шоке, я подошел к «аппарату» и принялся нежно гладить.

— Не надо! Тут госпожей нет… Вставляй член поскорее! — скомандовала охранница.

Она не представляла, настолько сильно я хотел это сделать. Тюремная обстановка, действительно, возбуждает. Понятно, почему в порнухе часто применяют такие декорации.

Смена обстановки сработала круче Виагры, я погрузился в работу так резко, что охранница даже вскрикнула.

— Осторожней, твоего отца! — заорала она.

— Терпи, детка! Это гаремный хардкор, — процедил я, и чуть не свалился в обморок от бури эмоций. Пришлось облокотиться на дверь, чтобы ноги не подкосились.

«Вот это да! Лильку бы сюда привести! Кто бы знал…» — думал я, по полной вставляя охраннице.

Сначала она лишь стонала, потом стала охать, а после откровенно орала. В конце концов, дама резко убрала свою задницу, но я смог завершить начатое, слегонца побелив дверь изнутри.

Не успел отдышаться, как кормушка резко захлопнулась, послышался шорох одежды и кряхтение женщины.

— Эй, чего там… такое? — задыхаясь, спросил через дверь.

Ответа мне не последовало. А секунд через десять раздался голос совсем другой дамы.

— Доложите текущую обстановку, сотрудница.

— Без замечаний и происшествий, госпожа полковница! — отчеканила дамочка.

Ее дыхание лишь немного сбивалось. Казалось, она просто шла бодрым шагом, а не трахалась во всю с молоденьким заключенным.

— Хммм, по вам и не скажешь, — пробурчала полковница. — Доложить ничего не забыли?

— Так точно, забыла.

— Как это понимать, что случилось?

— Виновата, госпожа! Слышала странные звуки, бежала быстрей, чтоб проверить.

— Звуки… я тоже кое-что слышала. Думаете, как бы на член насадиться, вместо несения службы, — прорычала полковница. — За неуставные отношения с заключенными полагается трибунал. Если преступление было доказано…

— Так точно, госпожа полковница.

— Что там у тебя стряслось, — спокойней процедила начальница.

— У заключенного из тридцать пятой нет постельных принадлежностей для сна.

«Вот же стерва! Говорит, будто робот. А только что отлизать заставляла…», — подумал, и тут же услышал слова:

— У этого что ли? Открой.

Я вытянулся по струнке и поправил одежду, чтобы не смотреться потрепанным. Тут раздалась команда «Встать в центр камеры», дверь слегка приоткрылась, и на меня уставилась толстая баба с грудью, как два арбуза, причем это совсем не метафора.

Она была хитрым генералом из анекдота, только женского пола. Женщина прищурилась, посмотрев на меня и деловито спросила:

— Это тебе, красавчик, белья не хватает?

— Да, — сухо ответил я.

— А оно тебе и не нужно. Мальчики без белья красивее.

Я ничего не сказал, а охранница наигранно усмехнулась. Полковница поняла, что сморозила чушь и обещала все выдать, после чего вновь спросила:

— Не обижают тебя тут а, цыпленок?

— Нет, все нормально.

Можно было ныть про незаконное обвинение, но это сейчас не поможет.

— Ясно, а я бы тебя обидела, пару разиков… точно, — промямлила под нос главная, но я все равно расслышал.

Она окинула меня вожделеющим взглядом, после чего, наконец, удалилась. Спустя пару минут, я вздохнул с облегчением. Страшно представить, что было бы, если б полковница увидела «побелку» двери.

Но, к счастью, все обошлось. Спустя где-то час мне принесли матрас с тряпкой, напоминающей старое одеяло. Подушку пока что не дали, но это уже не беда. Несмотря на внешность, я не был сладеньким юношей, потому спартанские условия не смущали.

От радости я проспал полдня, даже не заметил, как дали обед. Перекусив, как следует, понял, что в тюрьме можно жить. Причем, лучше, чем работая в офисе или на заводе.

Лежишь себе как король, еду получаешь бесплатно, бабы тебя регулярно «насилуют». Телевизора с интернетом нет, но это, считай, даже лучше. В последнее время, в моду вошел экстрим: уезжать куда-нибудь за город и, о боже, не пользоваться там интернетом. Можно считать, что я так отдыхаю. При таком раскладе сиди в тюряге хоть вечность.

Но покоя мне все же не дали. На следующий день в камеру вломилась охранница. Она была немного сутулая, рыжая и весьма не красивая. На такую наверно не встанет. Хотя, конечно же, встанет, просто принято так говорить… Ведь на фоне местных красоток она была не фонтан.

Правда, под кружечку нефильтрованного я б ее осчастливил. Но она сама гнала свое счастье. Вместо заигрываний (или хотя б комплиментов) назвала меня проститутом, и чуть ли не пинками повела на допрос.

Когда мы поднялись наверх, то рыжуха толкнула меня в кабинет, чуть не порвав одежду. Хотелось послать ее матом, но это могла быть специальная провокация. Потому я вел себя адекватно и старался использовать логику.

Допрос — это дело хорошее. Значит, мной уже занимаются. Валяться в камере не так уж и плохо, но лучше развязать этот узел. К тому ж, я могу сказать свое мнение. С вероятность пара процентов это может сработать.

— Талион Серж, заключённый из тридцать пятой, — шипящим голосом пробубнила охранница, когда мы пришли в кабинет.

— Свободна, — сказала барышня, сидящая за столом, и рыжуха свалила.

Кабинет был довольно приветливым, чистым и светлым. Здесь росли комнатные растения, стояли большие шкафы, был стол со стульями, на котором валялись бумаги.