Циклон долго бросал наш самолет во все стороны и отпустил только после посадки. Солнце было черным, а небо – ярко-желтым. Этот остров похож на Гавайи, но более тропический. На пляжах лежит тяжелый черный песок, а низовые подводные течения здесь еще хуже, чем на Сикрет-Бич. К счастью, нас ожидали. Китаянка, подруга французского художника, встретила нас в аэропорту и отвезла в красивейший отель на пляже. Работая в сфере туризма, она разбиралась в таких вещах. Вместе со своим японским мужем она оказала нам королевский прием. Три дня они придумывали для нас всевозможные удовольствия и возили по острову к своим друзьям, которым я читал лекции по-французски.

Новая Зеландия

Новая Зеландия – это северная Англия, которую воссоздали в Южном полушарии до того, как мир сошел с ума и в метрополию потянулось все население бывших колоний. Хотя здесь было больше по-спортивному красных коленок, чем эротических вибраций (даже чиновники ходили в шортах), страна все-таки производила приятное, освежающее впечатление. Все было чистым, а люди – высокими, светловолосыми и сильными. Их захватило повальное строительство небоскребов, в чьем цветном стекле отражались летящие облака. На северном острове, в центре Кагью города Окленда, не происходило ничего. Поэтому, переночевав на молодежной турбазе, мы поехали, сначала на поезде, а затем на пароме, на Южный остров. По пути встречались совершенно уникальные пейзажи; а обитатели Крайстчерч жили среди поразительных географических формаций. Хотя интервью, анонсирующее мою первую лекцию, вышло с опозданием на день, все места в зале были заняты. Эти люди обладали европейской силой концентрации. На следующий день я давал Прибежище в доме Морин, где мы жили. Так около десятка хороших друзей положили начало группе Кармапы в этом городе. Когда они получили опыт нашей передачи и познакомились с линией преемственности, пришло время дать им медитацию на Шестнадцатого Кармапу и освобождающие поучения, которые применяются в повседневной жизни. Некоторые даже пожелали приступить к Основополагающим практикам – своевременный культурный скачок.

Австралия

Нам повезло миновать Нумеа – еще одну безумно дорогую французскую колонию. Так у нас образовалось два дополнительных дня в Австралии, и чувствовалось, что это правильно.

В аэропорту ждал Джон на желтом джипе. Он был ангелом сиднейских трущоб и спасал множество бездомных мальчишек, которые иначе очень быстро опустились бы на дно. В архитектуре города смешаны разные европейские стили, и живет здесь три миллиона человек. Нас снова ждала удача. Ютта и Петер пригласили нас к себе на северное побережье, в роскошное предместье под названием Мона Вале. Это было самое удобное место для работы над рукописями. Наши хозяева торговали деньгами и товарами и были круглосуточно заняты телефонными звонками и факсами со всего мира. До пляжа было пару минут езды на машине, а из дома, стоящего на высоком хребте, открывался потрясающий вид на многокилометровое побережье, простирающееся с юга на север.

^{С Ламой Триджамом в Сиднее}

Нас очень обрадовала встреча с Ламой Триджамом. Мы по– дружились с ним еще в начале семидесятых годов в Дарджилинге, и Кармапа сделал Австралии большой подарок, отправив его туда учить. К сожалению, тибетцам свойственно опаздывать: они приехал на четыре года позже, чем планировали. Это подвергло преданность ожидавшей его группы суровому испытанию. Как и во многих других местах, где селились традиционные учителя, нашей задачей было сократить культурный разрыв между ламой и его учениками. Нам хотелось, чтобы связь с ним принесла пользу большому числу людей.

Все купалось в ярком свете начала марта – здешней осени, – и я прочитал первые лекции в Сиднейском университете. Несколько десятков человек подошли за Прибежищем. Один профессиональный крикун пытался меня прервать – он был этим знаменит, но в тот вечер сделал это лишь однажды. У меня есть один старый недостаток: когда мне приходится сознательно ставить на место людей, которые слишком лезут на рожон, я делаю это не без удовольствия. Собственно, они даже полезны. Ведь единственное, ради чего Будда учил, – чтобы мы лучше жили, умирали и перерождались. Поэтому очень важно показывать неуязвимость Учения и улаживать разные вопросы, пока мы вместе. Невозможно защитить людей, если отправлять их в трудный мир с порцией сладких слов на ушах. Все становится еще более затруднительным, если «врагами» оказываются люди, которых ты благословлял или вместе с которыми получал посвящения.

Ютта когда-то сама представила местным друзьям Согьяла Ринпоче. Она рассказывала нам, что по дороге на свои лекции он штудировал книги Трунгпы Тулку. Я надеюсь, что влияние Трунгпы Тулку на него невелико, потому что у нас с Согьялом были общие ученики. Люди, которых привлекала его ступенчатая система учебных курсов и мягкая, психологичная манера, часто приходили ко мне за моим дерзким примером и благословением. Добавляя отца к матери, которая у них уже была, они придавали целостность своему духовному миру.

^{Пхова в Голубых Горах}

Вечеринка в саду центра превратилась в длинное интервью. Журналистка, которой удавалось ловить даже Леха Валенсу в дни польской «Солидарности», хотела написать статью для крупнейшего австралийского еженедельника.

Группа подготовила курс «умирания в сознании» недалеко от Голубых Гор, которые находятся в часе езды от города и сравнимы с Большим Каньоном в Америке. Либо все участники курса были прирожденными йогинами, либо моя передача стала сильнее – но знаки успеха практики появились у всех очень быстро. В перерывах Петер и Ютта возили нас на своем «Мазерати» и показывали древние ландшафты. Кроме новых друзей, у нас в Австралии были и старые. Мы познакомились с Кэролин в Индии в начале 1970-х, а с Вивианой – в Копенгагене, еще в контрабандистские 1960-е. В какой-то момент Вивиана и Малколм предоставили монахам Тхеравады удобные и традиционные условия для практики. Однако чрезмерное удобство превратилось в препятствие для их учительской деятельности. Избыток роскоши не всегда способствует стойкости духа.

Сингапур

Закончив этот успешный визит в Австралию, прямо в аэропорту мы пообещали всем приезжать ежегодно и вылетели в Сингапур. Туда приехали из Малайзии китайские друзья Ханны. Однако они не получили от Томека номер нашего рейса, и в результате мы ночевали в отеле. Этот город – не что иное, как огромный торговый центр. Педро купил там видеокамеру для Курта. Два президента сингапурской группы Кармапы – прежний и нынешний – отвезли нас в центр. Когда-то он был боулинговой дорожкой нынешнего президента, а теперь они там медитировали. Они уже были наслышаны о моем ужасном йогическом стиле и поначалу держали ухо востро. Но ценность линии преемственности и благословения вскоре взяли верх над моногамией и буржуазным стилем, и внезапно они захотели устроить лекции и провести пхову – курс «умирания в сознании». Правда, организовать это было бы нелегко. Малайские законы не разрешают людям иметь дополнительные отпуска, даже если те находят себе замену, – фактически, у них всего несколько выходных в году.

Малайзия

Рано утром друзья Ханны ждали в очередном «Вольво», совершенно неуничтожаемом на вид. Мост в Малайзию мертво стоял в пробке, а потом несколько часов мы наблюдали только плантации масличных пальм и бананов. Затем появился центр Патубахат, где Ханна часто и подолгу переводила лекции лам. Он был доступен только для китайцев. Малайзия официально является мусульманской страной, и малайскому населению запрещено посещать буддийские храмы. У них также действует закон о правовой защите исторически ущемленных групп, как в США. Закон определяет пропорцию между рабочими из разных рас. Хотя малайцам платили очень мало, трудолюбивые китайцы все равно чувствовали дискриминацию со стороны тех, кто работает спустя рукава.