Глава 38

Фэй

Если до сих пор это было неочевидно: ничего глупее самца во время брачного танца я в жизни своей не видела.

ДАО СУВАН, альфа стаи Белый Бивень, Таиланд

— Я не знаю никакого Вэнса, — ответила мне на следующий день Морган, тоже через экран. — По его описанию… Не знаю, никого не напоминает. Наша организация огромна, я не могу знать всех металюдей, состоящих в ней. К тому же многие приходят и уходят: поддерживают связь какое-то время, а потом пропадают по собственным причинам. Членство у нас сугубо добровольное, и мы не в силах следить за каждым. — Её лицо тронула виноватая гримаса: — Мне очень жаль.

— Вот досада, — процедила я.

— Если он заговорил о ментальных щитах, то вероятнее всего, он телепат. Именно они их выстраивают. Мои способности в этой области слишком слабы, я не умею делать это сама, но один из наших друзей помог мне в своё время. Если захочешь, мы можем поставить тебе такой же.

Я задумалась на пару мгновений. Рядом со мной Инайя негромко постукивала по клавиатуре своего компьютера. Мы планировали навести порядок в её лекарственной кладовой, чтобы с пользой провести ещё один день штормовой блокады.

— А для чего они нужны, если точно?

— Для взаимной защиты между металюдьми, — пояснила женщина. — Это стало насущной необходимостью, когда нас начало собираться много — особенно тех, кто ещё не до конца подчинил себе собственные силы. Ну и ради личных границ, само собой: на случай встречи с телепатами, которые не утруждают себя просьбой о разрешении влезть в твою голову.

Лично встретиться с организацией Морган пока было невозможно, хоть мне и до смерти не терпелось познакомиться с другими металюдьми. И пожать руку Химене Уолш, попутно поскулив от восторга, словно экзальтированная фанатка.

Мысли неизбежно вернулись к Вэнсу. Джунипер выяснила, что парень умудрился зашить номер телефона прямо в шифровальный ключ видеосвязи. Из-за этого она вздыхала по нему с ещё большим трепетом, одновременно осыпая его проклятиями за то, что тот сумел нащупать крошечную брешь в её системах безопасности.

Вэнс всё ещё лелеял надежду, что Черные Клыки передумают. Реми не сомневался, что он попытается склонить на свою сторону Кровавую Землю и Серые Лапы, но пока новостей об этом не было. Человек, способный столько времени продержаться в шкуре крота в Black Edge, дураком точно не был; он прекрасно понимал: откажет одна стая — точно так же поступят и остальные.

Разговор с ним оставил горький осадок. Ведь всё могло сложиться удачно. Мы могли бы выведать координаты лаборатории с его помощью, но…

Вспышка молнии затопила кабинет Инайи мертвенно-белым светом. Буквально через полсекунды ударил гром, сотрясая мир до самого основания. На полках зазвенели стеклянные склянки, задрожали карандаши и рамки с фотографиями. Целительница поморщилась: громкие резкие звуки причиняли кошачьим физическую боль.

— Гроза прямо над нами, — пробормотала я. Я уже почти привыкла засыпать под шум дождя, хлещущего в стены и стекла, и под вой внезапных порывов ветра, ломавших ветви деревьев в лесу.

Для меня это было куда лучше, чем оставаться наедине с собственными мыслями в тишине.

— Возвращаясь к тебе: мы по-прежнему ночуем в ванне? — поинтересовалась Морган. — Вид у тебя неважный.

И она, и Инайя были в курсе моих ночных привычек. От целительницы вообще невозможно было скрыть ни единой мелочи, а Морган я рассказала сама — на случай, если это окажется как-то связано с моей психической природой. Хотя я так не считала. Я всё отчётливее понимала, что это просто въевшийся рефлекс, расплата за всю мою прошлую жизнь.

— Пора признать, что матрасы созданы не для меня.

— Уверена? Больше ничего?

Я не могла винить её за подозрительность. Они обе присматривали за мной, чтобы я снова не сорвалась в саморазрушение.

— Мне немного не по себе, — призналась я.

Я повернулась к окну как раз в тот миг, когда полоснула очередная молния. Свинцовое, затянутое тяжёлыми тучами небо над Уилламеттом вспыхнуло и погасло в тысячную долю секунды. Кроны сосен раскачивались со страшной силой.

Зрелище завораживало бы, не скреби у меня на душе необъяснимая тревога. Это могло быть что угодно — банальный отголосок пережитого стресса, догнавший меня с опозданием. Но после всего, через что мне пришлось пройти, имела ли я право отмахиваться от дурных предчувствий?

— Как твои погружения в видение Аманды?

С этим процессом я действовала методично, превратив его в контролируемый эксперимент. Если инициатива оставалась в моих руках, меня это не пугало. Я проводила хотя бы одну короткую проверку в день, рассудив: пока видение продолжает накрывать меня, значит, худшее ещё не произошло. Значит, у нас ещё остаётся время.

— Продвигаюсь мучительно медленно. Мне невероятно тяжело выходить за установленные рамки, но вчера я хотя бы увидела, как доктор набирает код на панели лифта.

— Это же отличная новость!

Я тяжело вздохнула:

— Да, но этого катастрофически мало, и я понятия не имею, какой толк в том, чтобы просто следовать за ней по коридорам. Мне нужно поймать в видении учёного или охранника, поднимающегося на поверхность, чтобы засечь выход наружу и понять, где именно спрятана лаборатория. Но так это не работает. Доктор Моро живёт в комплексе и никогда не поднимается выше минус второго этажа, так что…

Я осеклась, наткнувшись на одинаково строгие взгляды Морган и Инайи.

— Что?

— Ты слишком многого от себя требуешь, — мягко отчитала меня Морган. — Напомнить тебе, что полтора месяца назад ты была беспомощной куклой в руках собственного психического дара?

Вот только это означало, что Аманда гниёт там уже целых полтора месяца. В застенках Black Edge она наверняка растеряла все те силы и здоровье, которые я успела восстановить у Черных Клыков.

Прежде чем кто-то успел продолжить разговор, в дверях кабинета показалась голова Реми. Сердце сделало кульбит при виде него. Всё моё тело мгновенно отозвалось на его присутствие — словно мы были двумя высоковольтными приборами, которые начинали осыпать друг друга искрами от одного лишь сближения. Ощущение было настолько же электрическим, насколько бушевавшая за окном лесная стихия.

Он одарил меня тёплым взглядом. Уголки его губ дрогнули в усмешке, и в моей памяти тут же вспыхнули самые непотребные, самые бесстыдные воспоминания. Особенно неуместные сейчас — в полуметре от целительницы стаи.

Казалось, я с абсолютной точностью знаю, какие мысли крутятся в его голове прямо сейчас. Да к чёрту сомнения — я знала наверняка.

«Рядом с тобой я теряю всякий контроль, цветочек».

«Либо ты останавливаешься прямо сейчас, либо я кончу».

И моя безоговорочно любимая:

«Держи ноги плотно сжатыми».

Дыхание у меня перехватило, а этот наглец лишь расплылся в ещё более самодовольной усмешке. Я не умела транслировать мысли прямо в чужую голову, как Морган, но в этом и нужды не было. Он непомерно гордился тем, какое действие на меня оказывает.

Пусть даже огромная часть его естества отчаянно сдерживалась.

Я не была дурой и уже начала складывать два и два. Хищники могли беречь для себя сколько угодно тайн — особенно когда дело касалось любовных уз, — но я очень сильно сомневалась, что поведение Реми со мной укладывалось в рамки нормы.

Да, он признался, что я ему нравлюсь. Но за этим пряталось нечто куда более масштабное, о чём он упорно молчал.

Едва уловимый пряный запах приятно защекотал мне ноздри.

Инайя демонстративно и громко прочистила горло. Она усердно тёрла переносицу, не отрывая немигающего взгляда от монитора.

Челюсти Реми сомкнулись с глухим стуком.