Я сжал ладонями её бёдра снаружи, сдвигая их вместе.

— Держи ноги плотно сжатыми, — глухо прорычал я. — Да, вот так.

Она повернула голову ко мне. Раскрасневшиеся щёки и крошечные капли слёз в уголках её глаз вызвали во мне непреодолимое желание победно взреветь во всё горло.

— По… почему?

— Чтобы мой запах впитался глубже.

У неё перехватило дыхание:

— Но…

— Мне это необходимо. Пока я не смогу… — Я мягко скользнул пальцами между её нежными бёдрами, туда, где смешались наши соки. Затем поднялся к самому её лону и погладил с предельной бережностью, прекрасно зная, насколько чувствительной была сейчас её кожа. Фэй прерывисто выдохнула и откинулась спиной на мою грудь. — …пока я не смогу поставить на тебе свою метку так, как я этого хочу.

— У тебя есть полное моё разрешение.

— Не говори так.

— Почему нет?

— Потому что ты не понимаешь, о чём говоришь.

И вовсе не потому, что ей нравилось играть с самцами. Она просто ещё не знала всех последствий этого шага.

А я — знал. И именно поэтому я должен был оставаться тем, кто мыслит здраво.

Пусть даже прямо сейчас это казалось верхом идиотизма — пока мои пальцы втирали моё семя в её лоно, будто это могло хоть что-то изменить.

Фэй испепелила меня взглядом.

В ушах отдался посторонний звук.

— Прошу прощения, что встреваю, тут у вас потрясающе пахнет и всё такое…

По коридору приближался Фабиан.

Дверь в комнату была распахнута настежь, но мы с Фэй стояли сразу за ней. Проклятье, я её даже не прикрыл. Ни один из нас ни на секунду не вспомнил об остальных морфах в доме.

— Только посмей сюда сунуться, — глухо выдохнул я.

Фэй шлёпнула меня по руке и вывернулась из объятий, требуя свободы. Я разжал хватку с явной неохотой.

— Придержи свои инстинкты.

Я не отрывал от неё взгляда, прекрасно зная, что в моих глазах полыхает хищное пламя:

— Поздно.

— Поверь мне, Рем, я бы не припёрся, не будь дело срочным, — заверил Фабиан, благоразумно оставаясь в коридоре ради собственного спасения. В его голосе отчётливо слышалась ухмылка. — У нас входящий вызов по внешней линии. Мужчина. Требует альфу. Говорит, что звонит из Монреаля.

Лицо Фэй мгновенно озарилось надеждой. Она в спешке натянула бельё и легинсы:

— Это он.

***

Монреаль даже не попытался скрыть своё лицо. Он появился на экране прямо по центру, при хорошем освещении. Задний план был невзрачным и не давал ни малейших зацепок о том, где именно он находится.

— Кто ты такой и на кого работаешь? — без предисловий прорычал я.

Я был не в лучшем расположении духа. Всего пять минут назад я доставлял удовольствие своей паре. Нам пришлось отмываться в жуткой спешке, и мой ягуар был вне себя от ярости из-за того, что Фэй смывала мой запах.

И это при том, что от нас разило феромонами и удовлетворённой самкой за версту.

— Как вы наверняка понимаете, ни на один из этих вопросов я ответить не могу. — Парень был молод. На вид — примерно нашего возраста, чуть за двадцать. Худощавое лицо, тёмные глаза, чёрные волосы и широкие плечи. Хоть он и был объективно привлекателен, ничего примечательного во внешности не наблюдалось, но в то же время что-то в нём заставляло мои внутренние колокольчики бить тревогу. — Для вас я — Вэнс, и всё, что я могу сказать: у нас общие цели. Моя организация не выступает ни за ваш вид, ни против него, но намерена уничтожить Black Edge.

Значит, всё подтверждалось. Существовала другая структура, которая вела расследование и шла по следу Коваленко. И я готов был поставить на кон собственную шкуру: Вэнс — далеко не настоящее его имя.

— Сложно доверять тому, кто скрывает личность и, насколько нам известно, работает на Black Edge.

— Что ж, я проявляю невероятную вежливость, закрывая глаза на ваши попытки отследить звонок. Можете и дальше упираться, конечно, но лучше бы нам сосредоточиться на главном.

Сидя за столом, заваленным мониторами и аппаратурой, Джунипер со свирепым видом показала экрану средний палец. Мы вывели видеосвязь в её рабочем углу, как делали всегда при подозрительных звонках.

Я расслабленно положил локти на бёдра. Фэй сидела рядом со мной, а Майка молча слушал, привалившись к стене.

— И в чём же это главное?

— В том, как нам объединить силы, чтобы раз и навсегда стереть в порошок Black Edge и упечь за решётку Валентина Коваленко.

Я совсем не был уверен, что Коваленко закончит свои дни за решёткой, но парню об этом знать не полагалось.

— Ты внедрён в структуру и до сих пор не выяснил, как это провернуть?

— Будь всё так просто, этого человека уничтожили бы ещё много лет назад.

Я задумчиво кивнул. Он был прав.

— Давай устроим личную встречу.

— Нет. — Отказ прозвучал резко и безапелляционно.

— Ты не доверяешь нам, мы не доверяем тебе. Как, по-твоему, мы должны сотрудничать?

— Мне стоило огромных трудов убедить их, будто я выжил после вашего нападения, и с грехом пополам остаться в штате. Но теперь они станут ещё параноидальнее. — В его голосе зазвучали обвинительные нотки, словно он ставил нам в вину наш собственный план. — Я не имею права даже на полшага оступиться.

Фэй прочистила горло, пытаясь сгладить острые углы:

— Что именно ты предлагаешь?

Откуда бы он ни звонил, Вэнс шумно выдохнул и откинулся спиной на гладкую, покрытую сырыми потёками стену.

— Мои возможности для манёвра ограничены, но скоро меня повысят до водителя. И, как вы наверняка догадываетесь, просто знать координаты лаборатории недостаточно.

— Нам — достаточно, — отрезал я.

— Ага, представляю, какую кровавую кашу вы там заварите. — Вэнс провёл рукой по волосам, взъерошив длинные тёмные пряди. — Вы ворвётесь внутрь, сровняете всё с землёй и гарантированно создадите колоссальную юридическую проблему. Не то чтобы я имел что-то против работы бульдозером — в этом есть свой шарм, — но в долгосрочной перспективе это не выход.

Рядом со мной Фэй согласно кивнула, и мне пришлось стиснуть зубы. Возможно, она чувствовала с ним некую общность из-за того, что опознала в нём метачеловека, а тот не причинил ей вреда в коллекторах. Но меня это заставляло лишь ещё сильнее насторожиться.

— Нужно найти улики, связывающие моего отца с Black Edge, и списки всех причастных, иначе мы просто отрубим гидре одну из голов.

Вэнс с одобрением посмотрел на неё:

— Именно. Ты — тайная дочь Коваленко, и мы оба знаем, что ты далеко не обычный человек.

Фэй слегка поджала губы:

— Как и ты.

Парень чуть склонил голову набок:

— Как только мне передадут координаты лаборатории, у нас останется совсем мало времени на операцию. Они не держат одного человека на этой должности подолгу, и мне не хотелось бы упустить шанс. — Это мы уже знали со слов допрошенных охотников, но получить подтверждение было нелишне. — Мой изначальный план заключался в том, чтобы использовать рейсы в лабораторию для сбора максимума данных, но моим… нанимателям, — я подметил его запинку на этом слове; было очевидно, что он боится выдать хоть крупицу лишней информации, — нужны железобетонные доказательства. А это не то, что можно достать между делом. Меня схватят за шкирку прежде, чем я доберусь до любого компьютера, и я уверен, что внутри режим секретности драконовский. Мне нужно время внутри комплекса и гарантия, что я выйду оттуда со всем необходимым для уничтожения этой конторы. Так что мне чертовски повезло наткнуться на родную дочь Коваленко, которая к тому же связана с влиятельными стаями, спящими и видящими крах Black Edge.

То, как немигающе он уставился на Фэй, вздыбило мои чувства. Ягуар внутри глухо зарычал.

— Я не знаю паролей от его баз и понятий не имею, где хранятся критические данные, — скривилась Фэй. — Тут я ничем не помогу.

— В этом плане — нет. Но ты можешь сделать так, чтобы твой отец оказался в лаборатории именно в тот момент, когда мы нанесём удар. Это станет неопровержимой уликой, прямо как…