— Тут есть кое-кто, кто разберётся получше. — Локлан поднялся на ноги и рявкнул на весь зал: — Где Бьёрн?

Пока несколько медведей тыкали пальцами в сторону бильярдной, в дальнем углу раздался звонкий грохот. На полу брызнула осколками пивная кружка, а Джунипер подскочила с места как ошпаренная. Остальные самки тоже засуетились, на пару мучительных секунд заслонив от меня обзор.

Я сорвался с места, переходя на широкий шаг.

— Реми! — надрывно крикнула Джунипер.

Зверь внутри сорвал поводок, и я без церемоний растолкал застывших на пути сородичей. Фэй лежала на дощатом полу возле столика, прямо среди осколков разбитого стекла, и крик Джунипер утонул в глухом, натужном стоне, сорвавшемся с губ моей пары.

Сердце пропустило удар и замерло. Я рухнул перед ней на колени ровно в ту секунду, когда из уголков её глаз выкатились две густые тёмные капли крови и медленно потекли к вискам.

— Фэй! — заорал я. — Что с ней? Что происходит?!

Мир вокруг покачнулся, распадаясь на замедленную и бешеную съёмку одновременно. Я бережно сгреб Фэй в охапку, прижимая к себе, но она не реагировала. Её веки конвульсивно вздрагивали, распахиваясь и вновь смыкаясь, а кровь ручейками струилась по коже, теряясь в тёмных волосах. Дыхание вырывалось из груди рваными хрипами.

Спустя мгновение рядом упали на колени Бьёрн и Инайя. Они даже не попытались вырвать её из моих рук — прекрасно понимали, что это бесполезно, — и тут же принялись за дело.

— Живо тащите мой саквояж из машины! — скомандовал Бьёрн.

Инайя прижала ладонь к груди Фэй, зажмурившись. Морщина между её бровей становилась всё глубже, пока она вела руками вниз, запуская пальцы под одежду моей пары, прощупывая, ощупывая, проверяя…

Она резко распахнула глаза, побелев от немого ужаса:

— Этого не может быть.

— Что с ней такое?! — рявкнул я в отчаянии.

— Срочно переверни её на живот!

Перед глазами с чудовищной ясностью вновь вспыхнула та ночь на смотровой площадке.

Инайя, осматривающая её на заднем сиденье машины, и…

Мы перенесли её в кабинет Лэндона в глубине бара. Праздник мгновенно оборвался, воздух между стаями звенел от бешеного напряжения. Мы смели всё со стола, и я уложил Фэй с предельной осторожностью, на какую только был способен. Из моих пальцев непроизвольно вырвались когти, и я никак не мог втянуть их обратно.

Второй раз с момента нашей встречи мне пришлось отступить назад, уступая место двум целителям. Они безжалостно вспороли её одежду хирургическими ножницами, обнажая спину, и я из чувства уважения захлопнул за собой дверь, оставив внутри только Морган и Джунипер.

Фэй больше не страдала от истощения, как в тот день, когда мы только познакомились, но вновь видеть её столь беззащитной… Кровь вокруг её глаз действовала мне на блядские нервы. Я метался из угла в угол тесной комнаты, пока Бьёрн подключал свои портативные приборы, и они вдвоём обследовали мою пару.

Писк аппаратуры и их приглушённый шёпот намертво въедались в мозг.

Спустя несколько минут кромешного ада Инайя наконец повернулась к нам:

— Всё подтвердилось. Именно то, чего я боялась. Там… там второй имплант.

— Что? — выдохнула Джунипер, отказываясь верить ушам.

— Это невозможно, вы же прогоняли её через все тесты!

— Значит, он остался незамеченным, — отрезала целительница.

Её голос… Она была в бешенстве на саму себя. От происходящего у меня внутри всё скрутило ледяным узлом. Я ведь днями напролёт чувствовал неладное в запахе Фэй…

— Как вы узнали об этом только сейчас?

Бьёрн указал на один из экранов:

— Он был спрятан в её предплечье. Это биогибридный имплант с мягкой архитектурой, поэтому сканеры принимали его за обычную рубцовую ткань. Они сработали тонко: вживили его в то же самое место, где раньше стояло другое устройство, оттого он и оставался невидимым. На МРТ и УЗИ нет и следа инородного тела — лишь привычные неровности старого шрама.

Я подошёл к столу на подгибающихся ногах. Кожа на руке Фэй покраснела и слегка припухла. Я почувствовал, как тяжёлая, удушливая волна подкатывает к горлу, и с силой сглотнул. Сейчас нельзя… Я не имел права раскисать.

Я провёл ладонью по волосам моей пары. Она не спала до конца, но и в сознании не была. Время от времени с её губ срывались тихие стоны, а тело сотрясали мелкие судороги.

— Какого чёрта там делает этот имплант? Это ещё один чип слежения с механизмом самоуничтожения?

Бьёрн покачал головой:

— Вряд ли, он не излучает радиосигналов. Он… Его назначение схоже с медицинской капсулой. — Оцепенев, я взглянул на целителя и прочёл в глазах медведя неприкрытую жалость, ярость и бессилие: — Кто-то активировал его дистанционно, запустив выброс содержимого. И… это произошло не сегодня.

Я яростно заморгал, прогоняя пелену перед глазами:

— Я чуял неладное в её запахе ещё несколько дней назад. Но я же не знал… Чёрт побери. — Я в полном раздрае опустился на корточки возле стола. Джунипер тут же подскочила и положила руку мне на плечо: — Её что, днями напролёт?.. Что с ней делали? Травили?

— Нам нужно провести расширенные тесты. Это не классический яд, скорее некий модулирующий состав. Судя по показаниям… — Инайя вгляделась в экран медицинского планшета: — Он методично вмешивается в её метаболизм.

Я уставился в пол, изо всех сил стараясь не потерять рассудок прямо на месте.

Опять? Коваленко снова манипулировал собственной дочерью и пытал её — теперь уже на расстоянии?

— Что это значит простыми словами? — вмешалась Морган.

— Он блокирует способность организма усваивать и расходовать энергию. Фэй нормально питалась, высыпалась и пила достаточно жидкости, и тем не менее…

«И тем не менее она заболела.

Он методично истощал её, день за днём».

Джунипер хлопнула в ладоши:

— Отлично, значит, будем лечить. Сколько у нас есть времени, чтобы?..

Дверь с грохотом распахнулась. На пороге возник Майка с предельно мрачным лицом:

— В наше воздушное пространство вторгся несанкционированный дрон.

Джунипер шагнула к нему:

— Пилотируемый?

— Нет. Несёт посылку.

Оба моих стража уставились на меня. Фэй падает без сил, и следом нарушают наши границы. Таких совпадений попросту не бывало.

— Разберитесь, — выдохнул я пересохшими губами: — Подключите Локлана.

Я остался с целителями, которые без конца подключали и отключали провода от тела Фэй, и с Морган. Метачеловек то и дело судорожно сжимала и разжимала кулаки.

— Ты способна что-нибудь сделать? — спросил я её.

— Я не психомедик. Но если ты позволишь мне прощупать её сознание…

Я медленно поднялся на ноги. Пространство вокруг плыло какими-то рывками, с лёгким опозданием реагируя на мои движения. Внутри меня ягуар в щепки разносил всё на своём пути.

— Действуй.

Пока Инайя спешно брала кровь для экспресс-анализа, Морган вперилась в Фэй немигающим взглядом. Я понятия не имел, ощущалась ли телепатия этой женщины так же, как нейрокинез Фэй — те пальцы-фантомы, что без спроса ворошили нутро черепной коробки, — но моя пара никак внешне не отреагировала на ментальный контакт.

Закончив, Морган шумно сглотнула:

— Она дезориентирована, но… она слышит. Если хочешь, можешь заговорить с ней.

У меня перехватило дух.

Что я мог ей сказать? Я снова не уберёг её.

— Реми, — позвала меня Инайя: — Ты прав. Состав уже несколько дней постепенно выбрасывается в кровь Фэй. У неё наверняка проявлялись смазанные симптомы, которые мы благополучно проглядели… скорее всего, списав всё на адаптацию к ферменту и банальную простуду. Полагаю, таков и был расчёт: чтобы вещество действовало скрытно. Накапливаясь.

— Накапливаясь до чего?! — взревел я: — Какова их конечная цель?!

Инайя отвела глаза.

Моё сердце рухнуло в пустоту.

Дверь распахнулась во второй раз. Майка нёс в руках металлический кейс размером с армейскую аптечку:

— Посылка от Коваленко.