— Скажите честно, Хироси, сколько человек уже пробовало искать излучатель?

— Много, — ответил Хироси, — Приговоренных к смертной казни везут сюда. Если найдут излучатель, получат помилование.

— И как успехи?

— Не знаю, как успехи. Ни один не вышел и об успехах не рассказал. Только даром переводим дорогостоящее оборудование… так что скажете, Вик? Вы-то к смертной казни не приговорены. Можете отказаться.

— Могу, — согласился я, — Но отказываться не стану.

— Не могу понять, Вик, вы смельчак или дурак? — серьезно спросил Хироси, глядя на меня из-под насупленных бровей.

— Думаю, и то, и другое.

— Вот и я так думаю.

На этом разговор сам собою иссяк. Хироси было не интересно разговаривать с человеком, которого он больше никогда не увидит. Я начал облачаться в костюм. Пулеметчики закурили, решив устроить себе перекур. Наверно думают, если из пучины вылезет очередной краб, у них будет время спокойно докурить, пока краб харчуется мною.

Хироси помог мне надеть на плечи акваланг и прикрепить дыхательную трубку к маске. На этом свою собственную миссию он посчитал исполненной, и не попрощавшись, направился обратно. Два недокуренных бычка шлепнулись в воду. Через пять минут все трое планируют забыть обо мне навсегда. Я открыл вентиль подачи воздушной смеси и зашел в море.

Как грести ластами я себе представлял очень приблизительно, но как-то погреб, а через пару минут даже немного приспособился, и мне стало это нравиться. Забавный способ передвижения в плотной среде. Мои сверх адаптивные зерговские глаза все больше привыкали видеть под водой. Я стал различать предметы метрах в двадцати от себя.

Первым живым существом, встретившим меня в море, стал еще один краб. Я заметил его по поднятой со дна мути. Крабик терзал своей клешней тело предыдущего искателя АД-излучателя, уже изрядно поеденное.

Я думал, что краб не захочет отвлекаться от трапезы, но тот решил иначе. Своими глазками — бусинками на ножках меня заметил и засеменил по дну в мою сторону. Боком, зато очень резво. Я решил, что мое спасение в маневре и начал грести к поверхности. Крабика это расстроило. Плавал он не очень хорошо, поэтому попытался уязвить меня снизу своей громадной клешней: «дай краба» — как бы предложил он мне, протягивая конечность для пожатия.

«Краба не дам, но кайлом поприветствую» — мысленно ответил я, заныривая ему за спину, а затем врубил сбор ресурсов, откачав из мутанта кислород. Крабик от расстройства помер. В мою копилочку осело еще пять сотен единиц адаманта. Такая рыбалка мне начинает нравиться.

Поплыл дальше, продолжая осваиваться в новой среде. Если к вечеру не сожрут, буду чувствовать себя как рыба в воде… зря я подумал про рыбу, она тут же приплыла. Громадная тварь размером с акулу… барабулька, наверно.

Сволочь попыталась мною закусить, но вместо себя я сунул ей в пасть клюв кайла: «начать сбор ресурсов» — на этот раз настроил харвестер на сбор сразу двух элементов: кислорода и кальция. Башка у рыбы оказалась очень кальцинированной. После сбора ресурсов, от нее мало что осталось. Кстати, слышал, что в рыбе много фосфора, может, еще и фосфор пособирать? Неизвестно только, на кой он мне нужен.

Лишенная головы рыба почему-то не утонула, а всплыла на поверхность брюхом вверх. Забрал еще семьсот адаманта и поплыл дальше. Если подводная охота будет продолжаться в том же темпе, за пару недель свой запас удвою.

Следующего морского обитателя принял за затонувший парашют. Подумал, что если есть парашют, то должен быть и парашютист. Но парашютиста не было, предполагаемым парашютистом в этой инсталляции должен был стать я, потому что парашют оказался медузой, потянувшей свои стрекала к моему телу, когда я подплыл поближе.

Спас прорезиненный костюм, яд медузы сквозь него не проник. А когда безмозглая тварь потащила меня к себе в рот, я повторил стандартную процедуру откачки кислорода. Без кислорода морские обитатели долго не живут. Медуза не осела на дно как краб и не всплыла на поверхность как рыба. Она осталась болтаться в воде. Получив с нее свою порцию адаманта, поплыл дальше.

Мне продолжали попадаться рыбы и медузы. Мое чудесное кайло с ними прекрасно справлялось. Немного попортил нервов морской червь, которого я радостно принял за толстый гофрированный шланг, подумав, что если есть в инопланетных кораблях шланги, то непременно вот такие.

Был неприятно удивлен, когда этот якобы шланг попытался меня проглотить. Он, скотина тупая, не имел центральной нервной системы, поэтому уничтожение отдельных его частей не приводило к смерти всего организма. Одним словом, хапнул слегка адреналина.

Чем дальше я отплывал от берега, тем больше становилась глубина моря и тем крупнее попадались его обитатели. Я начал подумывать о том, что для первого пробного раза достаточно. Даже организму зерга надо постепенно адаптироваться к большим глубинам.

Окончательно решил поворачивать назад, когда увидел перед собой метрах в пятнадцати темный силуэт, сравнимый габаритами с длинномерной фурой. На мое счастье длинномер «проехал» мимо и меня не заметил. Хватит на сегодня. Не все сразу.

На обратном пути расправился еще с несколькими обитателями моря, включая небольую колонию гигантских моллюсков, обогативших меня сразу на две тысячи единиц адаманта.

Первый заплыв в Судакскую бухту прошел без особых накладок, если не считать самого последнего момента, когда я начал выходить из воды. Я не учел, что пулеметчики на скале меня не ждут и любое выходящее на берег существо автоматически определяют как цель.

— Вы охренели, идиоты⁈ — заорал я, увидев, как пулемётчик привычно прильнул к прицелу, — Если мне башку прострелите, фиговы пулемёты, Миномет вас самих нырять заставит!

Пулемётчики по-русски не понимали, но посыл считали верно. Не вставая с корячек, забились в извинительных поклонах. Выбравшись на песок, стянул с себя акваланг. Тащить его на себе наверх не имею желания, пусть Хироси тащит, он здоровый, и ему за это деньги платят.

Ласты и маску тоже бросил на берегу и босиком стал подниматься по деревянным ступенькам. Оба пулеметчика что-то восторженно лопотали мне вслед. В их глазах я совершил нечто невозможное из разряда хождения по воде.

Когда вошел в здание дайверского склада, Хироси посмотрел на меня так, словно увидел привидение.

— Живой⁈ — поразился Хироси.

— Нет, я тень отца Гамлета. Хироси, не тупите. Лучше скажите мне, есть хоть какие-то соображения, где конкретно искать излучатель? Бухта большая, в ней годами можно нырять.

— Постараюсь что-то узнать, — пообещал сумоист, преисполнившись ко мне уважением, — Вы извините, Вик, до этого как-то не видел смысла.

— Понимаю. Но теперь смысл есть… я вернусь завтра.

Приняв душ, переоделся в свою одежду и пешком отправился к пограничному пункту. Видимо, никто не предполагал, что меня понадобится везти обратно. Малой дожидался меня там, где я его оставил.

— В город?

— В город.

Через полтора часа зашел в свою приемную, не рассчитывая кого-то застать. Рабочий день закончился, а слуги народа сверхурочно трудиться не привыкли. Однако Ксюша Витальевна, оставленная мною за старшего, была на посту и с возложенной на нее задачей отлично справилась: приняла еще несколько заявлений на увольнение.

Все заявления я тут же подписал.

— Ксюша Витальевна, отнесите, пожалуйста, в канцелярию, пусть заверят. Потом можете быть свободны, — отпустил я свою секретаршу.

— Шеф, вас дожидается Коннор Кайман, — доложила Ксюша.

— Вот как, а где он?

— Наверно, в буфете сидит. Сейчас его найду. Приглашать?

— Приглашайте.

Зайдя к себе в кабинет, прибавил мощности кондиционера. В машине Малого было душновато и жарковато. Пока с ним ехал, успел соскучиться по морю.

— Вы позволите, Вик? — на пороге кабинета возник британский резидент, заставив меня обернутся.

— Проходите, Коннор. Присаживайтесь, — его появление не стало неожиданностью, хотя не думал, что нарисуется так скоро, — Чем обязан?