Поняв, что от кипения жизни кипит и моя голова (ну не привык я ощущать одновременно такое количество живых существ), я перестал сосредотачиваться, и зона снова стала привычной фоновой и комфортной. С этим надо что-то делать, иначе моя психика пострадает. На помощь опять же пришёл Капитан. Не то чтобы он сказал словами, просто я вдруг понял, как лучше управлять способностью, что можно поставить его сознание в качестве фильтра, а я буду сосредоточен только на тварях Роя и квазижидкости. Если бы на этом всё остановилось — я бы не удивился. Потому что он подкинул ещё одну идею, от которой у меня резко поползли мурашки по коже.

— Я же ненавижу марионеток! А ты добровольно предлагаешь мне ей стать⁈

Моё возмущение прорвалось голосом. Капитан на моё возмущение начал пояснять. И мне потребовалось время, чтобы осознать. Я, ради интереса, как-то читал краткую сводку, как именно и за счёт чего управляет Королева марионетками и создаёт их. Тогда мне это напомнило что-то похожее на перенос сознания. С мистическими путями, связями, органами, принимающими сигнал, и вот этим всем. В моей ситуации было всё очень похоже. Внутри Капитана, внутри его Сердца, существовал орган. Хотя скорее всё Сердце и было тем принимающим органом. Основным. Капитан мог связаться с Королевой. Корзу. Маро. Окари. Те, кого создал Эйн. Да даже с самим Эйном и попросить об усилении. И его дадут. Эта возможность… пугала. Что-то как-то не хотелось становиться марионеткой, даже если кратно меня усилит. Я не настолько отчаялся. С другой стороны — по образам, что мне дал Капитан, я и не становился марионеткой в полном смысле этого слова. Скорее они подключались ко мне и усиливали то, что есть, а также давали доступ к своим способностям. И получался я чем-то похожим на ретранслятор.

Откинув предложение Капитана, я вновь сосредоточился на способности и попробовал максимально её растянуть. Получилось… впечатляюще. Без системы я до конца не мог оценить точное расстояние, но там точно было за сотню километров в диаметре. А по глубине чуть больше километра. А где-то далеко, за периферией чувствительности, висело нечто огромное, слегка зловещее. Архвеск. Видимо, сильных тварей я могу ощущать даже за пределами основной зоны.

Приняв все изменения, я полетел вперёд, в сторону претора. Как-то очень не хотелось бы летать и знать, что в нём поселилась квазижидкость.

— Это…

— Помощник и правая рука Хоффмана, керр Хаус, — представила Скарлет главу делегации из одного человека, за которой моталась в Город Механоидов, пока я обыскивал Фалор.

Смотрящий на меня парень возрастом явно меньше восемнадцати лет, имел проблемы с речью, выглядел бледным и как будто недоедающим. Высокий, долговязый. Лёгкий защитный костюм с откинутым на спину шлемом сидел на нём как будто не по размеру.

Видимо, на моём лице читалось всё, что я об этом думаю, поэтому Скарлет принялась объяснять.

— Керр Хоффман прибыть не сумел. Слишком занят разработкой множества проектов, в частности стабилизации системы, чтобы механоиды не вылетали из сети в Империю в разгар боя.

— Настолько всё плохо?

— За последние часа три я получила с полсотни сообщений об этих вылетах. Некоторые пачками отлетали прям во время битвы с Роем. Сам понимаешь, что случилось с их механоидами.

Я понимал. Потеря корпуса, потеря ядра и невозможность больше вернуться в проект возможно никогда.

— Плохо, — оценил я.

— Именно. Поэтому у Ксандра сейчас очередь из желающих поучаствовать в зачистке Асцаина.

— Понял.

Я перевёл взгляд на парня и только заметил, что он держал в руках странный кейс. Он правильно истолковал мой взгляд.

— З-здесь у-у-устройство с-с-связи.

Парень заикался. При этом он выглядел вполне уверенно. Значит, заикания — это что-то психологическое, а не простое волнение.

Он достал кейс. Внутри нашлось устройство, размером с адаптатор, что я носил на ухе, но раза в три больше и массивнее. Вытащив его, он протянул мне.

— Р-разработка м-мастера Хоффмана, Ксандра. И меня, — последнее слово парень произнёс гордо выпятив грудь колесом.

— И что это?

— С-сквадрон. Из-за м-множества квадратных деталей в-внутри, — пояснил Хаус. — Р-работает на сетях Т-Нуль-П-п-п-ространства и системы «Немезиса». Одновременно. Из-за того, что и-и-используются н-новейшие мистические технологии — ему не нужно в-внедряться в тело, как чипу. Д-достаточно быть закреплённым на виске. П-проецирует перед глазами голограмму, умеет от-тслеживать взгляд, понимать г-голосовые команды.

Я присвистнул. Мне очень захотелось его попробовать вот прям сейчас, о чём я и сообщил.

— П-пробуйте. С-сквадрон обладает высокой скоростью о-обработки данных. Р-рассчитан на боевые условия: высокое п-псивоздействие, п-помехи, перегрузки. К-корпус из карбиона. М-мастер для проверки бросал п-прототип в лавовую печь. И в п-пресс.

— И как?

— П-пресс пришлось чинить.

Я поднес устройство к виску. Сначала ничего не произошло, и я уже хотел было спросить, как оно крепится, но устройство зажужжало. Затем завибрировало в руке.

— П-подержите у-у вис-с-ка.

Я так и сделал. Через десять секунд устройство само присосалось к коже. А перед моими глазами появился голубой интерфейс системы. Дизайн был непривычен.

Чтобы разобраться в основах устройства, потребовалось не больше получаса, из которых я больше времени потратил на то, чтобы связать все профили воедино. Затем протестировал связь. Нашёл в записной книжке Скарлет и позвонил ей через «Немезис». Затем позвонил Хаусу, используя сеть Т-Нуль-Пространства. Сигнал и звук были отличными. Видеовызов также работал. Как и мелкая камера на устройстве, что позволяла мне снимать в хорошем качестве.

— Спасибо. Отличная вещь. Как вы сумели её сделать меньше чем за пару суток?

— Основная п-плата уже была р-разработана Ксандром, а дальше мы в п-приоритете её доработали.

Ксандром, значит. Даже здесь Элейн постаралась.

— И что теперь, полетишь опять сканировать Фалор? — поинтересовалась Скарлет.

— Да.

— То есть эти двое суток, что ты его излетал вдоль и поперёк — мало?

— Остались ещё подводные базы.

— Заброшенные. Ты и так сделал тройную норму по поиску, но ничего не нашёл.

— И что ты предлагаешь?

— Поспать для начала. Забыл, что ты вообще-то человек и что эссенции давно не получал. И, кстати, тебе её больше нельзя.

— Я сам разберусь, что мне делать.

Развернувшись, я направился к выходу из корабля. Да, я действительно не нашёл ничего за эти несколько суток. Но попробуй обыщи всю планету. Даже с моей высокой чувствительностью это весьма проблематично. Верил ли я, что найду там улики, ведущие к тем, кто виновен в заражении квазижидкостью? Верил, но с каждым часом всё меньше. Но и бросить всё не мог на половине пути.

Чувство опасности ударило по телу. Раньше, чем я понял, уже стоял в образе механоида, глядя каркасным зрением сквозь корабль в точку в космосе.

— Маилз? Ты чего?

Но я молчал и смотрел в мрачный чёрный космос.

И не прогадал. По чувствам ударило применение способностей, и недалеко от перевалочной базы Орлов появилась аура «Левиафана».

Заражённого «Левиафана»

— Вашу Бездну! «Левиафан» заражён! Готовьтесь к бою!

— Какой «Левиафан»⁈

Это было последнее, что я услышал. Телепортация — и вот я уже лечу в космосе на перехват вражеского корабля. Проблема была ещё и в том, что корабль Ксилусов был скрыт маскировкой. Я его видел каркасным зрением, но, возможно, системы сканирования Орлов не уловили.

Врубив на максимум модулятор и используя мерцание, я в считаные секунды оказался в зоне поражения «Левиафана» и атаковал Печатью. Луч белой энергии выстрелил в середину корпуса, но вражеский корабль тоже использовал мерцание, телепортировался уже за станцией Орлов и сам атаковал. Лимфатический луч вырвался из двух клешней спереди его вытянутого тела.

Я попытался позвонить Мяснику. Насколько помню, он тут главный сейчас. Нужно организовать оборону и предупредить об опасности. Но связи внезапно не оказалось. Устройство, что крепко висело на виске и позволяло устанавливать связь, напрочь отказывалось работать, когда моё тело было неизвестно где.