Раньше — это когда?

Теон не знал, но у него не было времени об этом беспокоиться. Однажды Аксель поймет. Однажды его брат осознает, что он его защищал. Однажды он увидит, что все, что он делал, было направлено на спасение тех немногих, кого он действительно любил: брата, Луку, Кэрис и Пен. Пока они в безопасности, ему было неважно, какую цену придется заплатить. Если для этого нужно время от времени их разочаровывать — пусть будет так. Контролируй ситуацию — и ты будешь контролировать результат. Этому он учился. Делай все возможное, чтобы сохранить контроль, потому что контроль означал безопасность для всех.

Поэтому, когда он снова взглянул на часы, он начал собирать вещи в свою сумку-портфель. Книга. Планшет. Ручка. Он трижды проверил, на месте ли телефон. Он лишь однажды совершил ошибку, потеряв его, и отец позаботился о том, чтобы он это запомнил.

Оставив Акселя пинать мяч, Теон отправился к дому. По пути он читал про себя имена всех советников отца, места их проживания, их родословные, дары и роли, которые они играли в королевстве. Затем он перешел к правящим Лордам и Леди, их Наследникам и тем, кого они присматривали в качестве потенциальных Источников. Затем — история Деврама. Все, что должен знать будущий Лорд королевства Ариуса.

Все то, что он зубрил, чтобы не почувствовать уколов шипов на лианах Эвианы, которыми отец порол его, чтобы помочь «запомнить». Лианы обвивали его конечности и горло, лишая возможности пошевелиться. Если он что-то забудет сегодня днем, эти удары вскроют раны, которые еще заживали после утренней порки. Аксель оставил свою сумку в вестибюле вместо того, чтобы отнести в комнату, и Теон сказал отцу, что сумка принадлежит ему.

Но это только сейчас.

Однажды он станет таким же могущественным, как отец. Однажды у него будет собственный Источник. Однажды он возглавит Королевство Ариус, его отец станет лишь далеким кошмаром из прошлого, и они будут процветать, признает их остальной Деврам или нет.

Однажды.

Но не сегодня.

Он замер, дойдя до этажа, где располагался кабинет отца, поправил галстук и манжеты пиджака. Он уже поднял руку, чтобы постучать, когда услышал шаги.

— Когда ты вернулся? — спросил он, когда Лука остановился рядом с ним, тоже поправляя манжеты. На нем не было пиджака, но была рубашка и галстук.

— Только что, — ответил друг. — Был вызван прямо сюда.

Волоски на загривке Теона встали дыбом. Это никогда не было хорошим знаком.

— Готов? — спросил он Луку через пару секунд.

Лука кивнул.

— Войдите! — отозвался отец на стук Теона.

Он вошел первым, Лука шел следом. Эвиана сидела в своем обычном кресле, ее бирюзовые глаза скользнули с него на Луку и обратно. Здесь также были двое советников отца — Юлиус и Мансель. Теон подавил страх. Он знал, на что способны их дары.

— Садитесь, — это было все, что сказал отец.

Настоящее время.

Звонок телефона вырвал Теона из воспоминаний. Он вздохнул, увидев, кто звонит.

— Здравствуй, мама, — ответил он, продолжая смотреть в окно.

Небо было серым, как и всегда в последнее время. Этой зимой уже выпало рекордное количество снега из-за некой… была ли она богиней? Он не знал, но знал, что она в ответе за погоду, даже если большую часть времени проводила в Фавене. Каким-то образом Акрополь все равно ощущал на себе всю мощь ее гнева.

— Теон? Слуги сказали, ты сегодня был здесь, — в голосе Крессиды звучали тревога и разочарование.

Он потер бровь. Разик перенес их обратно в поместье за пределами Акрополя, едва удостоив его взглядом, прежде чем переместиться куда-то еще вместе с Элизой. Это было час назад. С тех пор он так и стоял на одном месте в кабинете.

— Да, я был там, — ответил Теон.

— Был? — переспросила Крессида.

— Да. Прости, у меня не было времени зайти.

— Теон Сент-Оркас, твой отец пропал. Твой брат пропал. А ты не можешь выделить и минуты, чтобы проведать мать, когда возвращаешься домой?

Он поморщился, потому что, если выставить это так…

Но кого она обманывает? Она никогда не относилась к нему с материнской теплотой. К тому же Аксель всегда был ее любимчиком.

— Есть новости о брате? Об отце? — продолжала Крессида.

— Несколько зацепок, но ничего конкретного, — ответил он.

— И это то, чем ты там занимался?

— Нет. Я был там, чтобы встретиться с Лукой и Тессой.

В ответ воцарилась тишина. Она длилась так долго, что он убрал телефон от уха, чтобы проверить, не оборвался ли звонок.

— Мама? — наконец позвал он.

— Тесса была здесь?

Ее голос стал холодным и серьезным, каким он его никогда не слышал.

— С Лукой. Да.

Странное состояние матери, казалось, исчезло, голос вернул привычную женственную певучесть, но ледяной тон никуда не делся.

— С ней все было хорошо?

— Что ты имеешь в виду?

— Она выглядела… невредимой?

— С ней был Лука. Конечно, она была невредима. Почему ты расстроена?

— Она поступила с тобой несправедливо, Теон. Мать имеет право расстраиваться, когда ее сына обижают, — наставительно произнесла она.

— Она все еще мой Источник, мама, — ответил он, оборачиваясь на стук в дверь.

— Да, но я ни на секунду не поверю, что исчезновение твоего отца и брата вскоре после ее заявления о свободе — просто совпадение. Думаешь, она что-то с ними сделала?

Теон закатил глаза, услышав тревогу в ее голосе, хотя она и была небезосновательной. Тесса действительно кое-что сделала с его отцом, и он жалел, что она не довела дело до конца.

— Она не причинит вреда Акселю, мама, — ответил он, когда дверь открылась и вошел Тристин Блэкхарт.

Теон поднял палец, давая знак, что освободится через минуту. Тристин кивнул и принялся изучать книжные полки.

— И она не может навредить твоему отцу, — продолжала тараторить мать. — Он Лорд Ариуса. Она сможет причинить ему вред, только если ей поможет Лорд Ахаза. Что ты предпринимаешь, Теон?

— Я работаю над этим, — процедил он.

— Где ты?

— Вернулся в Акрополь.

— Как ты добрался туда так быстро? — и прежде, чем он успел придумать ответ, она добавила: — О! Ты научился ходить сквозь тени? Как это чудесно, Теон. Но будь осторожен, пока с Тессой не будет покончено.

— Никто не будет заниматься Тессой, кроме меня, — отрезал он. — Или ты знаешь что-то, чего не знаю я?

— Конечно нет, — цокнула мать. — Ты наследник Ариуса, Теон.

Но что-то в ее расспросах и тоне не давало ему покоя.

— Мама, если отец сказал тебе что-то… что угодно, мне нужно знать.

Он заметил, как Тристин медленно повернулся к нему, явно подслушивая разговор.

— Все, что я знаю — это то, что мой сын вернулся домой и не удосужился даже взглянуть на мать, — сказала Крессида, ее тон стал почти истеричным.

Ради Ариуса.

— Я постараюсь найти время, чтобы увидеться в ближайшие дни, — ответил он, игнорируя нетерпеливый жест Тристина, призывающий закругляться.

— Очень на это надеюсь.

— До свидания, мама.

Он повесил трубку раньше, чем она успела ответить. Убрав телефон в карман, он спросил Тристина:

— Сегодня все прошло нормально?

Обычно этот мужчина просто доставлял фейри и уходил. Он задерживался только тогда, когда у него была информация.

— Насколько мне известно, — ответил Тристин.

— Ты остаешься? Тесса была здесь утром, и…

— Тесса была здесь? — перебил Тристин. — Как она?

Теон моргнул от такой неприкрытой заботы.

— Я бы сказал, что сегодня утром в ней проснулась кровь Ариуса, потому что она была богиней, воплощением самой смерти. Но вскоре после этого она узнала, что статус самой могущественной не всегда гарантирует победу. Мягко говоря, день был долгим.

Он кратко пересказал события, и когда закончил, Тристин спросил:

— Роан в стабильном состоянии?

— Сиенна еще была там, когда я уходил.