— Не хочу. Я не голодна. Днем поела немного "поминальной" халвы. — говорю я тихо.

— Сафи, пожалуйста, пойдём сядем за стол. Хоть чаю попьём. И вообще Наида так старалась, готовила, она обидится если мы не поедим. — уговаривает он меня как ребёнка

Наида! Что будет с ней? Найдёт себе другую работу или останется здесь? Если дедушка, реально все завещал Зареме, оставит ли Наиля Руслановна её здесь? Она работает и живёт тут уже лет 18–20. Ей наверное не легко будет уйти отсюда. Да и уходить ей скорее всего не куда, она все это время жила в доме для прислуги, можно сказать это её дом.

— Ладно, пойдём. — встаю я и спускаюсь вниз на оставшиеся три ступеньки. Иду в гостиную, Карим идёт за мной. Не успеваю даже сесть за стол, как в комнату заходит охранник.

— Добрый вечер. Приятного аппетита. — кивает Усману Асимовичу, который сидит за столом. — Извините, София Рустамовна, там приехал какой то мужчина, он не представился. Хочет вас увидеть. Заходить внутрь отказался. — говорит он. Кто это может быть? Почему не зашёл в дом? Сегодня у нас открыты двери для всех... Пойду посмотрю кто там. Выхожу из гостиной, у входной двери меня догоняет Карим.

— Я с тобой! Мало ли кто это может быть — объясняет он свое появление. Я киваю. Пусть идёт если хочет, мне все равно. Вместе с Каримом выходим за ворота. Там возле машины стоит Максим. Когда замечает нас он быстро подбегает и обнимает меня.

— Софий, ты как? Соболезную. Я только пару часов назад узнал... - говорит он прижимая меня к себе.

— Нормально. Спасибо. — отвечаю я.

— Может отпустишь её уже?! — слышу за спиной злой голос Карима. Но Максим не обращает на него внимания.

— Почему не сказала? Может я могу помочь чем то? ты только скажи... - говорит он выпуская меня из объятий. Рассматривает меня с головы до ног, заправляет за ухо выбившуюся из косички прядь, потом начинает застегивать пуговицы на моем кардигане. — Холодно! — поясняет он свои действия. Я бы не сказала что холодно, но блин, это оказывается так приятно, когда заботятся.

Ответить ему ничего не могу, потому что начинаю плакать. Сама не знаю почему, то-ли из-за смерти дедушки, то-ли из-за действий Максима...

— Ну ты чего? — Максим снова обнимает меня. — Ш Ш _шш, тише, я и не знал, что ты такая плакса — пытается шутить он.

— Сафи, может зайдём уже в дом? — Карим подходит ближе к нам. Не успеваю я ему что-то ответить, как

— Сонь, а поехали со мной! Прокатимся по ночному городу. Тебе надо немного разгрузиться, а то впадешь в депрессию. — предлагает Максим, смотрит в глаза проводит рукой по моим волосам. Я наконец прихожу в себя, делаю шаг назад от Максима, вытираю ладонями свои слезы. Перевожу взгляд с Карима на Макса и обратно, незнаю что сказать...

— Я... я незнаю — говорю я в итоге, даже сама не знаю кому и на что я ответила.

— Зато я знаю! Поехали! Ещё и накормлю тебя. Я знаю место где божественно готовят рыбу, я знаю, ты обожаешь рыбу! — говоря это он подходит ко мне и положив руку на спину направляет к своей машине. А я не сопротивляюсь, иду с ним. Кажется я ему в переписке все про себя выложила, про любимые цветы, про любимую еду... и ведь запомнил же!

— Сафи! — слышу за спиной голос Карима, и мне сразу становится как то не по себе. Как будто я делаю что-то постыдное, плохое. Но блин! Я всего лишь иду на ужин с другом! А он мой бывший муж. Я не должна чувствовать себя виноватой... Но как объяснить это моей совести? Оборачиваюсь, смотрю на Карима.

— Извини, я хочу поехать — говорю я. Где-то в глубине души мне хочется попрощаться с Максимом и зайти с Каримом в дом, но я отгоняю такие мысли. Я конечно безмерно благодарна Кариму за все, и за то что, взял на себя все хлопоты относительно похорон, и за то, что поддерживал меня последние сутки, за то, что он рядом. Но!! Всегда остаётся "но", потому что по сути он чужой для меня человек, мы за пять лет брака даже подружиться не смогли. А с Максимом мы уже почти год дружим, постоянно на связи. Правда с тех пор как узнала, что дедушки больше нет, я даже не брала телефон в руки, но он все равно узнал и пришёл поддержать.

После моих слов Карим меняется в лице. Он злится, я даже отсюда вижу как у него выступают вены на висках, он сжимает кулаки. Но он ничего не говорит, и я сажусь в машину, а через минуту мы с Максимом уезжаем.

Карим.

У меня словно дежавю. Похожая ситуация уже кажется была. Моя жена садится в машину и уезжает от меня, а я ничего не могу сделать, просто стою и провожаю автомобиль взглядом.

Машина уже давно скрылась с моего поля зрения, но я так же стою на месте. Не хочу заходить в дом, потому что её там нет. Ещё я злюсь! Сильно злюсь, на себя, на неё, на этого мужика с которым она уехала, да и вообще на ситуацию в целом. Но опять таки _ я сам виноват. Пять лет! Пять лет она была моей женой, а я не замечал её. А теперь... Почему так получается, что начинаешь ценить, когда теряешь? Что за закон подлости такой?

В добавок ко всему меня душит ревность. Я ревную, ужасно ревную Софию к этому мужику. Что если они все эти месяцы были вместе? Что если, та ночь в отеле была не единственной? Что если София любит его? Боже! он обнимал её при мне, гладил по волосам, увёз в конце концов!!! А я ничего не смог сделать, потому что потерял всякое право на неё. И родители конечно удружили, пока я лежал в больнице после аварии, подсунули мне бумаги на развод вместе с остальными документами из компании, которые привезли мне на подпись. О том, что я развёлся я узнал уже после того как меня выписали, увидел документы в домашнем кабинете отца. Тогда я сильно поссорился с родителями и переехал жить в свою городскую квартиру.

В тот же день поехал к Аслану Ахмедовичу узнать где София, я должен был с ней поговорить, объяснить, что не хочу разводиться. Но он сказал, что Сафи уехала в штаты, хочет путешествовать год. Что она просила дать ей этот год свободы. И я согласился с этим. Подумал, что этот год ей нужен, особенно после пяти лет нашего, так сказать, брака.

Эти 8 месяцев, что мы с Сафи в разводе, я работал над собой. Решил стать лучшей версией себя. Начал ходить к психологу, сначала конечно это были вынужденные сеансы, навязаные отцом, из-за моей попытки суицида. Но потом я понял, что в этом есть для меня польза. Ограничил общение с друзьями. Нет! полностью не перестал общаться, всего лишь перестал быть с ними на одной волне. Если раньше я совершенно спокойно относился к тому, что мы с друзьями, будучи женатыми мужчинами, могли каждые выходные проводить с разными левыми бабами. То сейчас у меня это вызывает отвращение. Оказывается окружение человека сильно влияет на его поведение, на его сознание... Я перестал пить, начал больше времени уделять спорту. С головой ушёл в работу. Сделал ремонт в квартире. Просто сидел однажды вечером на кресле в гостиной, где сидела София, когда я привёз её сюда и вспомнил что она сказала, что ей здесь не нравится. Решил сделать ремонт. Правда была проблема_я не знал что ей может понравится, я вообще про неё ничего не знал. Пришлось попросить дизайнера сделать что-то, что кординально отличается от того что было.

А этот мудак, кажется, знает мою жену лучше чем я. Как он там сказал? "Я знаю, что ты обожаешь рыбу!"? А я не знаю, то есть не знал... Откуда он знает? Значит ли это, что они вместе? София сказала, что не была заграницей, она была с ним? У него?

Конечно уже май месяц, но еще не на столько тепло, чтобы ночью так долго стоять на улице в одной рубашке...Захожу в дом. В гостиной на диване сидит отец с бутылкой коньяка, и пьёт прямо из горла.

— Где она? — спрашивает он у меня. Я подхожу ближе, сажусь на кресло напротив него.

— Уехала! — шумно выдыхаю я и провожу ладонями по лицу.

— Куда это? — папа делает глоток своего напитка и морщится прикрывая рот тыльной стороной ладони.

— В ресторан, кажется, есть рыбу... - говорю я, мой голос звучит спокойно, но внутри меня все кипит, я стараюсь не показывать это отцу. Он выгибает бровь. Смотрит на меня.