- Тихо, всё закончилось. Как вас зовут?

- Агата… - выдохнула она сквозь рыдания, прижимая малышку к груди. - А дочки… старшая Вейла, младшая Ниоль…

- Агата, вы можете идти? У вас есть родные в городе, кто может вас защитить?

Она лишь безнадежно покачала головой:

- Никого… Совсем одни… Он раньше не пил, а как дела пошли под откос, стал бить каждый день…

Эрик обернулся через плечо, вопросительно глядя на меня.

- Мы забираем их на корабль, - сказала я без тени сомнений. - Прямо сейчас.

- Разумеется, - без лишних слов согласился он. - Здесь они не останутся.

Эрик нажал на лопатку прижатого к стене мужика чуть сильнее, заставив того прикусить язык:

- Считай, что тебе сказочно повезло: я не люблю пачкать руки об пьяный мусор. Но если ты еще хоть раз приблизишься к жене или дочерям - живым ты из порта не уйдешь. Ты меня понял?

Мужик в ответ только сипло захрипел.

Эрик брезгливо разжал пальцы и толкнул его на пол. Пьяница мешком осел на грязные доски, баюкая вывихнутую кисть.

- Уходим, - скомандовал Эрик.

Агата смотрела на меня широко раскрытыми, полными недоверия глазами:

- Вы… правда нас заберете? Чужих людей?

Я протянула ей руку, помогая подняться:

- Правда. Вы и девочки больше сюда не вернетесь.

Эрик на секунду задержал меня у выхода и тихо шепнул на ухо:

- Этот трус может поднять местных бродяг. Ты уверена?

- Абсолютно, - твердо ответила я, глядя ему в глаза. - Если Агата согласится, в Ольцеге для них найдется и крыша, и работа. Мой новый дом станет убежищем не только для меня.

Эрик едва заметно улыбнулся - тепло и с явным уважением:

- Тогда идем.

Мы вышли на ночную улицу Эйрсхейвена: я, крепко державшая за руку маленькую Вейлу, Агата с плачущей Ниоль на руках и Эрик, прикрывавший нас сзади.

Глава 19.

Мы быстрым шагом пробирались через лабиринт полутемных кварталов.

Маленькая Вейла семенила рядом со мной, изо всех сил сжимая мою ладонь своими ледяными пальчиками. Агата едва поспевала следом, бережно кутая младшую дочь в лохмотья платка. Эрик замыкал шествие: он двигался бесшумно и плавно, держа руку на рукояти кинжала и внимательно сканируя каждую подворотню.

Ночной город потерял весь свой праздничный лоск. Разноцветные фонари теперь казались тревожными маяками, выхватывающими из темноты бледные, испуганные лица беглянок.

Внутри меня клокотала глухая, яростная злость. Это чувство было мне отлично знакомо: точно так же прежняя хозяйка этого тела годами терпела унижения, искренне веря, что заслужила удары мужа. Но теперь во мне не было ни капли прежней покорности жертвы. Была лишь холодная решимость взрослой женщины, способной дать сдачи.

- Госпожа… - задыхаясь, прошептала Агата сзади. - Зачем вам это? Мы ведь для вас никто… Обуза…

Я обернулась на ходу, глядя ей прямо в глаза:

- Потому что я сама слишком долго жила там, где насилие считали нормой. И больше ни одной женщине рядом со мной я не позволю поверить, что она виновата в чужой жестокости.

Эрик бросил на меня быстрый взгляд из-под темных бровей. В его глазах мелькнуло что-то глубокое и теплое, но сказать он ничего не успел.

Когда до широкой набережной оставалось всего пара поворотов, из бокового переулка донесся хриплый, налитый яростью крик:

- Агата! Стой, сука! А ну пошла сюда!

Из-за угла, пошатываясь, вывалился тот самый дебошир. Лицо его было перекошено от бешенства, а за спиной маячили двое таких же нетрезвых портовых забулдыг с обломками досок в руках.

- Стойте позади меня, - коротко бросил Эрик, шагая навстречу троице.

Первый дружок с размаху попытался достать его дубиной, но принц легко уклонился, перехватил замах и сокрушительным ударом в челюсть отправил противника в глубокий нокаут на мостовую. Второй попытался броситься наперерез - Эрик встретил его жестким тычком локтя под дых, заставив согнуться пополам и задарма ловить воздух ртом.

Сам глава семейства с диким ревом кинулся вперед, выставив вперед уцелевший кулак.

Эрик даже не достал оружия. Он перехватил пьяницу за ворот рубахи и с такой силой приложил о каменную стену ближайшего склада, что у того подогнулись колени:

- Я ведь предупреждал тебя по-хорошему, - прорычал Эрик низким, опасным голосом, от которого у нападавшего мгновенно протрезвел взгляд. - Я - Эрик Ривенфолл, наследный принц Эйры. Еще хоть раз оскалишься в сторону этих женщин - и до конца своих дней будешь гнить в каменоломнях королевства. Проваливай, пока я не передумал.

Он разжал пальцы. Мужик кулем осел в дорожную пыль, судорожно глотая воздух и глядя на принца с первобытным ужасом. Его приятели уже на четвереньках расползались в темноту подворотен.

Эрик вернулся к нам, вытер испачканную ладонь и спокойно протянул мне руку:

- Идем. Пока порт не всполошился.

Через десять минут мы уже поднимались по трапу на «Лунную тень».

Элиас встретил нас у борта. Опытный воин, он оценил ситуацию за долю секунды: бросил один взгляд на окровавленное лицо Агаты, на детей и коротко кивнул без единого лишнего вопроса:

- В гостевом отсеке есть две свободные каюты рядом с покоями миледи. Сейчас велю коку разогреть бульон и принести бадью с горячей водой.

Агата замерла на палубе, благоговейно оглядывая мачты и чистые полированные доски:

- Это не сон?.. Мы правда в безопасности?

Маленькая Ниоль на руках матери наконец перестала плакать и с любопытством потянулась ко мне маленькими ручками. Я перехватила малышку, прижав к себе теплое, легкое тельце:

- В полной безопасности, Агата. Отдыхайте. Завтра начнется совсем другая жизнь.

Эрик стоял рядом, его плечо слегка касалось моего:

- Утром я отправлю распоряжение начальнику портовой стражи. Этого ублюдка внесут в списки буянов, к пирсам его больше на пушечный выстрел не подпустят.

Я повернулась к нему, чувствуя, как в груди разливается искренняя благодарность:

- Спасибо, Эрик. За девочек. За Агату. За всё.

Он посмотрел на меня с едва заметной лукавой улыбкой, от которой внутри сладко защемило:

- Я ведь только начал доказывать, что на меня можно положиться, Элира.

Глава 20.

На корабле наконец наступила долгожданная тишина.

Агата с девочками устроились в соседней каюте. Мила принесла им чистую одежду, кувшин с горячей водой и кувшин теплого травяного отвара, снимающего нервную дрожь.

Перед сном я тихо заглянула к ним. Старшая, Вейла, уже спала, свернувшись калачиком под шерстяным одеялом, а крошка Ниоль посапывала, уткнувшись носом в плечо матери.

Агата перехватила мою руку, когда я уже собиралась прикрыть дверь. Ее пальцы всё еще мелко подрагивали, но во взгляде больше не было смертельного отчаяния:

- Госпожа… Я не знаю, какими словами благодарить вас… Я ведь думала, что это до самой могилы. Что выхода нет…

- Выход есть всегда, Агата, - мягко ответила я, сжав ее ладонь в ответ. - Главное - сделать первый шаг. Теперь вы не одни. Спите, завтра начнется совсем другой день.

Я вернулась к себе.

В каюте было свежо. У распахнутого иллюминатора стоял Эрик, вглядываясь в темные силуэты городских крыш. В руках он держал две дымящиеся глиняные кружки:

- Решил, что горячий настой нам обоим сейчас не повредит, - негромко произнес он, поворачиваясь и протягивая мне одну.

Наши пальцы соприкоснулись. От его кожи исходило приятное, сухое тепло, но я не стала отдергивать руку.

- Ты всегда так поступаешь? - спросил Эрик, внимательно глядя на меня поверх кружки. - Без раздумий бросаешься на защиту тех, кого видишь впервые в жизни?

Я сделала глоток. Настой пах мятой и вереском, прогоняя остатки вечерней усталости.

- Раньше - нет, - честно призналась я. - В прошлой жизни я часто проходила мимо, думая, что меня это не касается. А в этом теле слишком долго терпела сама, ожидая, что кто-то вступится. Но никто не пришел. Теперь я знаю: если можешь помочь - помогай. Иначе грош цена твоей свободе.