— Так и знал, — Себастьян сокрушённо покачал головой.

— Адмирал, — Антон, который тут же осознал всю ситуацию целиком, обратился к Кейт, — Советникам понадобиться поддержка, разрешите помочь им?

— С чего ты взял? Думаешь, жизни Гидеона угрожает опасность?

— Уверен, что так и есть, — вмешался Себастьян.

— Я тоже, — поддержал Антон. — Будет проще, если я возьму Советников на борт, мы отсканируем «Аврору» и, если всё в порядке, вернёмся. Туда и обратно.

— А если не в порядке? — ехидно уточнила Кейт.

— Тогда я помогу им вытащить его. Я ни раз выполнял миссии подобного рода, Первый Советник нам не враг.

Адмирал вздохнула так, будто ей приходилось объяснять несмысшлённому ребёнку одно и то же в десятый раз.

— «Пегас» никогда не был кораблём поддержки, и ты не полетишь один.

— Пегас выполняет функцию поддержки лучше кого бы то ни было. Мы не собираемся обстреливать станцию, нам лишь необходимо проверить, где Советник Донаван и при случае вытащить его. И я буду не один. Со мной полетит техник.

— Кристина Камо? — с сомнением уточнила адмирал.

— Да, — Антон был настроен серьёзно, — Ты не читала её дело? Она отличный боец.

— Кэтрин, — вмешалась Аннет, — это действительно ускорит задачу. Возможно, нам придётся просить у вас защиты, если на «Авроре»…

Кейт слушала её, сцепив руки перед собой, но вдруг не выдержала, и долбанула кулаком по столу так, что вздрогнули все. Никто не позволял себе вести себя так с Советниками, но она могла.

— Второй человек, о котором упоминает Эмилия Фармер, вовсе не Блумфилд, так? — задала Кейт прямой вопрос. — Это Томпсон, ваш бывший наблюдатель, прежде работавший в паре с Джоном Фармером. В связи с этим хочу задать вопрос… Как вы могли проворонить вашего личного наблюдателя? Как можно было не знать, что он метит на место командующего?

— А как его проворонил Нейтан, Фармер, Чехов и Леоновенс? — попыталась защититься Аннет. — Он и сейчас… прямых доказательств нет.

— Он занял высокий пост без всякой на то причины! Вразрез с параметрами своего характера! Этого мало? — возмутилась Кейт.

— Если он Ауро, мы бы при всём желании не смогли бы… — вступился Себастьян.

— Господа… — перебил Антон, не желающий слушать перепалки. Ссоры всё равно ни к чему хорошему не могли привести, — какая разница как это случилось и кто виноват? Есть проблема и её нужно решать. Я предлагаю решение. Я беру своего техника и Советников, мы вместе сканируем Аврору, проясняем обстановку, действуем по ситуации максимально тихо, потом возвращаемся сюда.

Адмирал хотела возразить, но Аннет остановила её.

— При всём уважении, адмирал, это необходимо. У Гидеона нет наследников, мы не можем рисковать, пока он не выбрал преемника. Если что-то случится с Первым Советником, подозрения упадут на КРИ, и тогда…

Кейт поджала губы.

— И что мне сказать госпоже Октавии Асмирату, когда мой резерв прибудет к Ауро-эс без «Пегаса»?

— Почему без? Мы успеем вернуться до вылета и приведём с собой Гидеона, — ответил Себастьян, — клянусь честью.

— Не клянитесь, — Кейт вздохнула, — слишком много переменных. — Она вышла из-за стола, пересекла кабинет и там остановилась у панорамного окна, заложив руки за спину. Аннет, Антон и Себастьян не стали ей мешать. — Ну, что ж, — наконец, произнесла Кейт, судя по тону, смирившаяся с неизбежным, — раз вы решили… мне нечего сказать.

* * *

Нина сидела среди угасших цветов под мерцающим светом защитного купола и смотрела, как Мэйксанейро совершает ритуал прощания. Она не мешала ему, лишь думала об Антоне, о его бабушке и о себе — какая паутина космических связей опутывает человечество.

— Нина, — Мэйксанейро, снова обернувшись человеком, склонился к ней и протянул руку. — Я провожу вас к Маргарите, а позже, когда принц Ларсион немного окрепнет, мы вместе откроем вам портал. К сожалению, после этого, — он качнул головой в сторону Луча Возрождения, — мне тяжело совершить такое одному.

Нина вложила свою ладонь в его и легко поднялась на ноги, Мэйксанейро передвинул её руку чуть выше, так, чтобы она держала его под локоть, и мягко потянул в ту сторону, откуда они пришли.

— Получается, — осторожно начала Нина, когда они свернули с их прежнего маршрута, — Антон Чехов — хранитель, поэтому у него тот засохший цветок? А я, выходит, носитель кулона, ребёнок человека и Флёрсарин.

— Я ждал, когда ты спросишь, — Мэйксанейро улыбнулся и пошёл медленнее. — Нет, ты слушала невнимательно. Ривелис си Лео не был полноценным Флёрсарин. Са-О-Ри умела воссоздать любые образы, и она вложила в него слишком много человеческого. Он не помнил своей природы, не помнил Флёрсарин, лишь видел нас в самом начале своего пути, но со временем забыл и это. Ты не полукровка, как принц Ларсион.

Нина кивнула, но у неё ещё были вопросы, и она поспешила их задать.

— Королева ушла…

— Пусть светом звёзд ляжет её путь… — Мэйксанейро склонил голову.

— Да, — сказала Нина, — но что теперь будет со мной? Я больше не смогу понимать другие языки, использовать очарование или…

— Ты обычный человек. Мне жаль, что наша королева отняла часть твоей жизни, не позволив насладиться своим истинным я.

Нина мотнула головой.

— Нет-нет, она мне очень помогла, я просто хотела понять… Понять, кто я.

Мэйксанейро не ответил. От него шла очень благодатная и тёплая аура, и Нина решила, что может спрашивать ещё.

— А то письмо… которое Антон Чехов забрал у вас в вашу последнюю встречу? Вы его расшифровали? И… что случилось с моим отцом?

— Это не шифр, это координаты, — спокойно сказал Мэйксанейро и, предваряя новый вопрос, добавил. — Хранителю я этого не сказал. Тогда было не время, но, когда ты явишься к нему, это время настанет.

— А папа… — она так по-детски произнесла это, что даже сама удивилась своей наивности.

Мэйксанейро как-то по-человечески вздохнул и пошёл ещё медленнее.

— Ривелис выбрал женщину, которая не могла иметь детей, и чуть не разрушил все наши планы. Он очень её… — принц задумался, — любил? Так вы это называете? Я видел рождение твоего отца, но когда встретился с ним снова, то едва узнал. Он стал человеком, а мы не различаем человеческих лиц, лишь можем узнать по каким-то косвенным признакам, если знакомы. Они с женой попали в космическую бурю, и их выбросило к чёрной бездне, но Ривелис интуитивно помнил, как выжить тут, как спасти и себя, и корабль. Тогда мы встретились. При нём было письмо, и мы, надеясь, что так королева передала нам послание, попросили копию письма для расшифровки, а взамен пообещали дать его жене то, чего она так хочет.

— Меня, — сказала Нина. — Получается, вы оказали ему двойную услугу, взамен получив лишь письмо?

— Не совсем. Я не знал, что с ним стало от жизни среди людей, опасался доверять ему, беспокоился о безопасности своего народа, и решил, что если он вернётся, никому не сообщив о нашем местоположении, мы сможем наладить контакт. Что именно в письме мы поняли сразу, как только взяли его в работу, и намеревались сообщить Ревелису всё без исключений, но на пути к нам его корабль перехватили, до нас добрался только чудом уцелевший техник, которого, впрочем, мы не смогли спасти.

— Корабль отца расстреляли свои?

— Нет, — Мэйксанейро поправил руку Нины так, чтобы им обоим было удобнее, — те, кто находятся среди людей. Враги, носящие маски…

— Это те, о ком не успела сказать королева? Кто они?

— Одни из самых опасных существ во вселенной. Ауро…

* * *

— Что произошло на «Авроре» после того, как я улетел? — спросил Антон.

Он сидел в кают-компании «Пегаса» вместе с Кристиной, Аннет и Себастьяном. МАРИ, скрыв корабль на небольшом расстоянии от «Авроры», беззастенчиво сканировала её уже второй час, попеременно сообщая капитану об успехах и неудачах.

— Блумфилд высказался за Томпосона, привёл серьёзные аргументы, — ответила Аннет, — многие согласились, и мы в том числе. Кто мог заподозрить в человеке, без нареканий служившем Совету, предателя… Жаль, мы не поняли, что принц Флёрсарин предупреждал нас именно о нём.