Этот процесс также хорошо работает и между людьми, если

рекурсивная петля находится между двумя (и более) людьми. В одном из примеров Вацлавика (54, стр. 103 -104) жена постоянно просила мужа подтвердить, что он ее любит и выражала свой страх, что он ее бросит. Постоянные подтверждения мужа были эффективны очень непродолжительное время. Ему сказали, что в следующий раз он должен ответить по-другому: «Конечно, я тебя не люблю и скоро уйду от тебя». Дальше был «только смех», как сказал Вацлавик, и проблема исчезла.

Другим способом понять реакцию жены будет понимание того, что предыдущие ответы мужа не были убедительными для переживаний жены — интонация голоса или жест, или что-то еще соответствовало ее беспокойству, только усиливая его. Поскольку у нее не было необходимости оспаривать то, что он говорил, то более полезно было бы взглянуть со стороны и понять, что ее опасения беспочвенны.

С другой стороны, возможно жена думала, что находится в некотором противоборстве с мужем, оспаривая все, что он говорил и делал. В этом случае его согласие с ней будет вызывать противоположную реакцию. К сожалению, записанные сеансы терапии и общения с клиентами исключают большинство невербального поведения. Т.к. именно в области невербальной коммуникации лежит очень важная информация, нам трудно с полной уверенностью говорить, что же на самом деле произошло в описываемой ситуации.

Часто люди терпят в чем-то неудачу, потому что они переполнены ожиданием неудачи, что является хорошим примером «самоисполняющегося пророчества». Когда кто-то жалуется, что всегда терпит неудачу, то им можно сказать, что они должны специально стараться потерпеть неудачу. Если они на самом деле потерпят неудачу, то они справятся с задачей, что будет противоположностью того, что они никогда с ней не справляются.

Если же они не справятся с задачей потерпеть неудачу, несмотря на их ожидания, то они достигнут успеха в том, что они хотели сделать (несмотря на провал задания). Это изменяет альтернативу «или-или» — или достичь успеха или провалиться в ситуацию «и-и», когда независимо от результата, клиент достиг успеха в одной задаче и провалился в другой.

Эриксон часто подобным образом работал с проблемой им

потенции у клиентов — клиенту давали задание не испытывать эрекцию, трансформируя неудачу в успех.

Несмотря на название этого метода, единственная его парадоксальность в свободном значении выполнения того, что необычно, неожиданно, а не в логическом парадоксе.

Логическая двойная связка

Вследствие своей структуры есть некоторые коммуникации, из которых нет логического выхода. И есть только одна возможная реакция. Например, в ответ на что-то сказанное отцом, дочь подросток с ударением произнесла: «Это глупо».

На это отец сказал: «Я понимаю, почему ты это говоришь. Как подросток ты же не можешь не спорить. Можешь?» Дочь пришла в замешательство и вошла в транс. Отец в это время сделал несколько позитивных предложений о ее поведении.

Этот пример стоит рассмотреть подробно.

Ее утверждение «это глупо» — это выразительное утверждение несогласия с тем, что сказал отец.

Ее отец категоризировал это утверждение как «несогласие» и затем сказал, что, как подросток, она должна не соглашаться (спорить). «Ты не можешь не» — это сложная форма фразы «ты должна». Двойное отрицание делает это более сложным для обработки и понимания дочерью смысла сообщения отца.

Вопрос «можешь?» добавляет сложности. Ей еще труднее становится понять значение предложения, и это приводит к неоднозначности. Если она ответит «да» (или «нет»), то на какую часть фразы будет этот ответ — ответ на утверждение «ты не можешь не спорить» или ответ на вопрос «можешь?»?

Если дочь спорит, то это подтверждает его утверждение, что она должна спорить.

Если она соглашается, то это также подтверждает его утверждение, что она должна спорить.

А если она молчит, то это означает согласие с утверждением по определению.

В одном из мультфильмов я видел укороченный вариант этого паттерна. Муж говорит жене: «Чтобы я не говорил, ты всегда со мной не согласна».

Если она не согласна, то это подтверждает слова мужа.

Если она согласна, то она подтверждает, что всегда не согласна.

Если она молчит и оставляет фразу без ответа, то это тоже будет расценено как согласие с фразой, о том, что она не согласна.

Этот паттерн особенно полезен с тем, кто находится «в оппозиции» и с большой вероятностью будет не согласен с тем, что скажут, будучи «типичным подростком» или «сопротивляющимся клиентом». Когда вы предвидите, что с вами не согласятся, и клиент попробует опровергнуть это, то он поймет, что нет выхода из подобной ситуации — клиент должен будет не согласиться, как вы предвидели, что будет согласием с вами на более общем логическом уровне.

Чтобы легко это обработать, надо быть хорошим лингвистом, заметить ловушку и сказать: «Я вынужден не согласиться». Это потребует дополнительной степени гибкости мысли, чтобы использовать тот же паттерн в ответе, говоря: «И вы не можете не спорить с этим. Можете?»

Возможно, из примера этого не было ясно, но этот паттерн можно использовать с любым содержанием, а не только с несогласием. «Я думаю, что ты прекрасный ребенок, но ты конечно со мной не согласишься». «Я сильно люблю тебя, но ты же не можешь не спорить с этим? Сможешь?» Чтобы понять коммуникацию и обнаружить, что он не может согласиться и должен не соглашаться, внимание клиента отвлечено от содержания, что будет, скорее всего, принято на подсознательном уровне также, как подтекст или пресуппозиция.

У Бэндлера и Гриндера в группе гештальт-терапии была клиентка, которая не могла сказать «нет», что создавало ей множество проблем. В детстве, отец попросил ее остаться с ним дома, но она ушла к друзьям. Вернувшись домой вечером, она увидела, что отец умер. Поскольку она была маленьким ребенком, то этот травматический эпизод создал у нее в голове причинно-следственную связь и убеждение, что, если она скажет кому-то «нет», то человек может умереть. И это убеждение преследовало ее всю ее жизнь.

В этом случае терапевт решил использовать технику терапевтической «двойной связки». Терапевт велел женщине подойти к каждому члену группы и по какому-либо поводу

сказать человеку «НЕТ». Клиентка очень сильно отреагировала на такое указание: «НЕТ. Для меня просто невозможно сказать кому-то «НЕТ». И не думайте, что я это сделаю, потому что вы меня об этом просите».

Клиентка сопротивлялась так некоторое время, отказываясь выполнить инструкцию терапевта, пока терапевт не указал ей на то, что она уже некоторое время постоянно говорит ему «НЕТ». Терапевт также отметил, что он из-за этого не умер и никак не пострадал, что противоречит обобщению клиентки. Это было для клиентки настолько сильным переживанием, что она легко прошла по всей группе, говоря «НЕТ» каждому участнику.

Давайте рассмотрим положение, в которое терапевт поставил клиентку, потребовав от нее сказать каждому участнику группы «НЕТ».

Клиентка заявила свое утверждение: «Я никому не могу сказать «НЕТ».

Терапевт применил терапевтическую «двойную связку», потребовав, чтобы клиентка сказала «НЕТ» каждому участнику группы.

Обратите внимание на то, какие у клиентки появились выборы:

3.1. Сказать «НЕТ» каждому члену группы или

3.2. Сказать «НЕТ» терапевту.

Какой бы выбор не сделала бы клиентка, она создала бы переживание, которое противоречило бы ее первоначальному обобщению (16, стр. 170— 171).

Когда вы создаете такую ситуацию, в которой клиент не осознает, что уже сделал то, что ранее считал невозможным, итоговое поведение клиента является противоположным примером тому, в чем он был уверен раньше. И этот пример является для клиента более мощным аргументом, чем попытка изменения убеждений вербально. К сожалению, данное конкретное вмешательство имеет очень узкий круг применения — некоторые ситуации, когда клиент не может сказать «нет» или отказать в просьбе.