Нужно будет взглянуть поближе. Я ненадолго попытался прислушаться к ощущению живы уже внутри разлома. Оно было каким-то странным…неправильным. Нет, я мог использовать живу, но вот концентрация самой живы в воздухе была ничтожно мала.

— Итак, и где вы расположились? — спросил Грэм, оглядывая заболоченный берег, когда мы встали внизу.

Рыхлый молча указал более-менее просторное пространство вдоль реки, где почва была плотной. Либо вновь янтарь, либо просто скальное образование.

Мы пошли по узкой кромке берега. По обе стороны от нас возвышались глухие стены из застывшего мутного янтаря. Было очень тихо. Действительно, похоже впитывает звуки.

— Так как ты собираешься отсюда убегать, если прижмут? — не унимался дед.

— Тут есть проход. — невозмутимо ответил Рыхлый.

Вдруг Грэм застыл, как и я. Потом что со земляной стороны разлома спускался, совсем не таясь, Нурл, и держал в руках по небольшому бревнышку.

Завидев нас он улыбнулся. Во всяком случае это походило на улыбку.

Вскоре он стоял напротив нас.

— Элиас. Грэм, — кивнул он нам. — Рад видеть в нашем…кхм…новом доме.

— Дома не вижу, — хмыкнул Грэм.

— А ты хочешь всё и сразу. — ответил Нурл и бросил бревна на землю.

— Показывал им проход?

— Еще нет. Веду.

Нурл повел нас к стене. Только подойдя вплотную, я заметил искусно скрытый за нависающими корнями зев тоннеля.

— Вы сами пробили? — поразился я, глядя на небольшие своды прохода, который словно…прогрызли?

— Есть у меня один вид червей, — подал голос Рыхлый, — Который особенно любит янтарь и легко его…пережевывает. Тут им пришлось потяжелее, но работают они очень быстро. Им он даже на пользу пошел. Вот там, где в этом янтаре встречаются разные камни, застывшая земля и кости — там им…неприятно.

Грэм прикоснулся к стене, ударил рукой, стукнул костяшками и сказал:

— Да, руками бы вы хрен проделали такой проход.

— Полагаю, — поделился мыслями Рыхлый, — эти корни когда-то давно выделяли смолу, и вот так образовались эти плотные стены провала.

— Да, я слышал, что янтарь так и появляется. — иронично хмыкнул Грэм.

На удивление, под самим проходом не было «янтарного», слоя. Там была вполне обычная земля. Ну да, со своим Даром и червями Рыхлый эту землю под ногами легко превратит в смертельную ловушку.

Короткий проход вывел нас в пространство, от которого у меня захватило дух.

Это был колоссальный грот. Стены состояли из полупрозрачного янтаря, сквозь который просвечивали застывшие навечно сероватые корни. Внутри было светло, пол и своды густо поросли светящимся мхом и фосфоресцирующими лишайниками. Полноценных растений здесь не было, но и этого хватало, чтобы заливать пещеру мягким, призрачно-зеленым светом, от которого застывший янтарь просвечивался.

— Нашел это место когда обследовал всё тут, — с довольной улыбкой сказал Рыхлый.

— Красота, — искренне признал Грэм, озираясь.

— И из этой красоты, — добавил Рыхлый, — будут вести глубокие подземные ходы туда, куда нам нужно. За пределы разлома. Ходы, которые я легко смогу…обрушить.

— Сможешь такие пробить? — усомнился Грэм.

— Смогу, но не сам. У Гнуса есть парень с Даром Земли, он поможет укрепить своды. Поэтому я и выбрал это место.

— Неплохо. — признал Грэм, — Можно пересидеть осаду. Но твои ходы должны вести куда-то далеко и в безопасные места.

— Я уже знаю, куда они будут вести, — ответил он.

Мы с Грэмом пошли осматривать пещеру. В самом ее центре возвышался странный объект — огромный овальный булыжник. На нем рос только светящийся мох.

Выглядело так, будто именно вокруг него и образовался этот грот.

Я подошел вплотную, положил руку на холодный, гладкий камень купола и пустил в ход Анализ.

Строки системы заставили меня затаить дыхание.

[Мертвое Семя Каменного Древа (Окаменевшее).

Редкость: Легендарная.

Состояние: Полностью высосано. Возрождение невозможно.]

Значит это семя того самого Каменного мутанта. И оно было мертво окончательно. Система никогда не писала слов «возрождение невозможно».

Учитывая, что я пробуждал даже мертвые семена, пусть и сорняков, это было неприятно.

— Рыхлый, тебе не кажется этот камень немного…странным? — я указал на камень.

— Ты тоже заметил? — хмыкнул гнилодарец и подошел ближе. — Мои черви обследовали этот камень. Мне он тоже сразу показался…странным. Особенно то, что пещера той же формы, что и он. Я его простукивал, и прислушивался к нему, но ничего. А ты, ты что-то почувствовал?

— Нет, не почувствовал, но думаю, когда-то это могло быть нечто большее, чем просто камень. — сказал я полуправду.

В принципе, остальное знать ему не нужно. Семя мертво окончательно, поэтому даже будь у меня возможность и желание, сделать с ним ничего невозможно — теперь оно действительно просто огромный овальный камень.

Пока Рыхлый с Грэмом обходили пещеру, я незаметно уколол палец острием кинжала прямо над семенем. Капля крови тут же пала на окаменевшее семя.

Я замер, ожидая эффекта. Хоть какого-то. Да, это было слишком самонадеянно, но, а вдруг? Все-таки кровь Симбионта — это кровь Симбионта.

И…ничего.

Кровь просто впиталась в камень, оставив темное пятнышко.

Да, это было бы слишком просто, — мысленно усмехнулся я. — Но попробовать стоило.

Я вышел из грота наружу, к реке, и еще раз окинул взглядом нависающие над разломом корни.

— Послушай, Рыхлый, — окликнул я его, когда он вышел следом. — Если тут наверху только корни, то где сам ствол этого Древа?

— Глубоко в земле, — ответил он, указывая рукой на склон, ведущий в Глубины. — Могу показать, где он начинается. Есть место, где видно только самое начало ствола.

— Давай, — кивнул я.

Вот это мне было интересно.

Рыхлый и Нурл сначала показали нам размеченные площадки под будущие домики, приютившиеся под янтарными навесами. В этот момент из заросшей ряской воды с шумом вынырнул Мокрец.

— Ооо… Элиас! Грэм! — радостно замахал он своими перепончатыми руками.

— Вижу, тебе уже лучше, — улыбнулся я.

— Да! Наконец-то родная среда! — он с наслаждением откинулся на спину, плавая в ледяной воде.

Мы с Рыхлым и Грэмом начали подъем. Далось это, естественно, тяжелее, чем спуск вниз, но мне хотелось увидеть ствол этого древа.

Пришли мы к нему минут через десять, он располагался чуть в стороне от разлома.

Из земли выступал исполинский кусок ствола, остальной был скрыт. По структуре коры он был один в один как корни вокруг.

— Да уж… — тяжело вздохнул Грэм, опираясь на секиру и глядя на мертвого гиганта. — Помню это место. Ходили мы тут детьми. Всю Кромку тогда облазили. Шальные были…нам запрещали, но когда и кого это останавливало?

Он повернулся к Рыхлому.

— Ты мог бы просто сказать, где вы сделали новый дом. Я бы по описанию понял, где искать.

Рыхлый вздохнул.

— Я хотел показать и пещеру, и скрытый ход. Тем более… это ты знаешь, где искать. А Элиас? Не всегда же ты будешь с ним ходить. Он-то этих мест не знает.

Грэм неохотно кивнул, признавая правоту гнилодарца.

— Он должен знать дорогу к нам. — добавил Рыхлый. — Мало ли что…

Пока они продолжали разговаривать, я сделал несколько шагов в сторону и подошел вплотную к мертвому стволу. Меня интересовало, покажет ли прикосновение к стволу древа информацию, отличающуюся от Анализа корней?

Анализ.

И вновь этот анализ мощно ударил по сознанию, пришлось опереться второй рукой, чтобы не упасть. Да уж, тряхнуло так тряхнуло.

Голова закружилась, но информацию я получил.

[Исполинское Каменное Древо (Аномальная мутация неконтролируемого роста).

Редкость: Уникальное.

Свойства: Сверхвысокая плотность. Отсутствие пределов роста. Искусственно измененный генный код.]

Я почувствовал, как из носа потекли несколько капель крови. Я вытер их рукой и застыл.

Ну да…а почему нет?