— Эффективно, — произнёс Кималь Саренто, сглотнув. У всех остальных даже слов не было, чтобы описать весь шок от произошедшего. Только что была уничтожена треть элиты армии Заракской империи. Конечно, это не далось легко и нашему стражу — он ополовинил запасы дорима и бурзы. Теперь мы могли позволить себе ещё одну такую демонстрацию силы, но потом наши ресурсы закончатся.

Мне срочно требовались разломы! Желательно двадцать пятого уровня и выше.

Однако страж посчитал, что ещё не до конца выполнил возложенную на него задачу. Главные ворота открылись и из них выбралось несколько десятков странных механизмов. Они в чём-то походили на механоида — такие же лысые ёжики. Разве что размерами уступали, да каждый из них тащил за собой внушительную тележку. Эти мини-стражники принялись делать то, что вызвало у нашего противника рёв бессильной злобы — механоиды складывали на тележки то, что осталось от латников. Доспехи, пояса, содержимое кошельков, оружие — всё отправлялось на тележки, а потом и в Кострищ. Бойцы из армии генерала Хабенского пробовали этому помешать. Стрелки устроили ещё одно представление, демонстрируя эффективность стрел из вирмы и, стоит признать, у них это получилось — шесть наших сборщиков оказались сломаны. Их пришлось утаскивать обратно в город вместе с добычей. Что касается простых латников, они тоже не дремали. Определив расстояние, на которое защита города не действует, они подошли к краю и принялись бросать в сторону стен крюки-кошки, привязанные к длинной верёвке. Цепляя доспехи, бойцы подтаскивали их к себе, не позволяя моим сборщиком заполучить добычу. Это было довольно неприятно — идея одеть в стальные латы всех своих подданых мне нравилась. Да и торговать полным целым доспехом куда прибыльней, чем какой-то его частью.

— Полагаю, на сегодня веселье закончилось, — резюмировал Кималь Саренто, когда мы потеряли ещё одного сборщика. Страж справедливо решил, что добычи достаточно и вернул всех своих детей обратно. — Скажи мне, мой ленивый наставник, ты собираешься спускаться с башни ножками или используешь портал? Полагаю, в Кострище нам с тобой делать больше нечего — защита справится и без нас. Ввязываться в бессмысленную драку с предводителями сего безумия сейчас крайне не рекомендую — нас ждут и окажут весьма тёплый приём. Боюсь, после него мы уже мало что сможем сделать в этой жизни.

— Я не собираюсь прыгать к генералу Хабенскому, — произнёс я. В лагере наших противников началось движение — они вновь начали устанавливать катапульты. Видимо, чёрный дым, что устроила Элеонора, не давал им покоя и показался хорошим знаком. Раз штурм не удался, нужно закидать город камнями и горящими бочками. Вояки явно не собирались отказываться от своих планов.

— Однако прыгать ты всё же собираешься и, что-то мне подсказывает, явно не в столицу, — уточнил Кималь Саренто.

— Почему же? Именно в столицу, — я перевёл кровожадный взгляд на своего ученика. — Если граф Вяземский и граф Шубной действительно явились к стенам Кострища, помогая генералу Хабенскому стереть нас с лица земли, настало время сходить к ним в гости. Эти два гада сильно пожалеют о том дне, когда решились на такой шаг. Меня всё время спрашивали, готов ли я к открытому противостоянию с сильными противниками? Полагаю, пришло время ответить. Кималь Саренто — мы отправляемся в гости в имения графов Вяземского и Шубного, а потом к Зургану Первому. Будем брать пленников. Много пленников. Элеонора, готовь проект указа — Кострищ объявляет войну Заракской империи! Настало время вернуть Миральде Лертан её законный трон.

— Графиня, боюсь, вам придётся пройти с нами, — Кималь Саренто был сама учтивость. Улыбка на лице моего ученика не сходила ни на секунду, даже когда он уничтожал слуг и охранников поместья десятками. Стоит отдать им должное — они пытались защищать свою госпожу до последнего, вот только что простые люди могут сделать двум высокоуровневым магам, явившимся сюда не для того, чтобы выпить бокал прекрасного вина? Граф Вяземский за время нашего недолгого общения умудрился сделать чудовищную ошибку, которая будет стоить ему многого — он пригласил меня в гости в своё личное имение. Даже граф Шубной, с которым нас связывало несколько договоров, и тот проводил встречи в своём рабочем офисе.

— Граф Саренто, прошу немедленно покинуть мой дом! — супруга графа Вяземского стояла у стены, закрывая собой двух младших детей. Георгия Вяземского, того самого наследника, что мне всегда нравился, в поместье не было. Вполне возможно, он где-то в городе, на учёбе в гвардейской академии, в ресторане со своей женой, да Свет знает где ещё он мог быть! Вот только упрямая логика подсказывала, что Георгий находится рядом со своим отцом под стенами Кострища. Ибо Серлена, теперь уже Вяземская, стояла позади графини и испуганно прижимала к груди кулачки. Ни о каком сопротивлении даже речи не шло. Те, то рискнул нас атаковать, безжизненно лежали на полу. Сегодня жалеть мы никого не собирались.

— К сожалению, графиня, это невозможно. Ваш супруг напал на Кострищ, город моего наставника. Поводов к столь вероломному нападению мы не давали, в открытую конфронтацию никогда не вступали. Все мелкие недоразумения, что постоянно между нами возникали, мы умудрялись решать с помощью разумных доводов и переговоров. Однако сегодня разум оставил этот мир. На Кострищ было совершено вероломное нападение. Сожалею, но вам, вашим детям, а также прекрасной Серлене, что, я просто уверен, уже носит наследника рода Вяземских, придётся пройти через портал и стать нашими гостями.

— Только не говорите, что примените к нам силу, если мы откажемся, — графиня посмотрела на Кималя Саренто как на последнего слизняка. У меня даже невольно уважение к этой женщине возникло. Она прекрасно видела, во что мы превратили её дом — ни я, ни Кималь Саренто не сдерживались. «Тёмный шип», который начал чувствовать себя позабытым-позаброшенным, порезвился как надо — он не только уничтожал противников, но также наносил чудовищные повреждения строению. Раз мой город закидывали камнями и бочками с горючим, так почему я должен проявлять великодушие?

— Если вы не подчинитесь, мне придётся использовать силу, — произнёс я. Переговоры, что вёл Кималь Саренто, могли длиться сутками. Графиня Вяземская явно была подкована в умении выстраивать словесные конструкции и в любой другой ситуации я бы с удовольствием послушал её прения с моим учеником. Но не сегодня.

— Эрцгерцог Валевский, — презрительно произнесла женщина, смерив меня не менее презрительным взглядом. — Неужели вы думаете, что…

Договорить она не смогла — усли с пятого уровня разлома заставил всех представителей рода Вяземский упасть на пол. Кималь Саренто только вздохнул, явно не приветствуя столь резкий подход. Подождав минуту, дав возможность Вяземским сполна насладиться тёмной аурой, я задвинул заглушку и произнёс, обращаясь к валяющимся на полу людям:

— Если мне не понравится ваше поведение ещё раз, то вам придётся находиться под тёмной аурой уже две минуты. Вы уверены, графиня, что ваши дети смогут выдержать такую боль? Готовы рискнуть их здоровьем? Разумом? Наследником рода, если на то пошло? Мне не доставляет удовольствия причинять вам боль, но у меня не дрогнет рука, если мне придётся это делать.

— Ты чудовище, — прошептала Серлена. Она попыталась подняться на ноги, но дрожь в теле не позволили этого сделать.

— Мне без разницы, как ты меня назовёшь. Я тот, кто защищает свой дом. Повторю ещё раз — отныне вы все являетесь моими пленниками. Будете вести себя разумно — никто не пострадает. Начнёте дерзить, мешать, пытаться сбежать — наказание будет мгновенным и жёстким. Очень надеюсь, что первоначальной демонстрации вам хватило и мне не потребуется ещё раз прибегать к столь неприятной процедуре. Все в портал!

С этими словами я открыл кровавый мерцающий круг и жестом указал собравшимся в него входить. К текущему моменту уже стало понятно, что до тех пор, пока в открытый портал не войдёт тот, кто его создал, закрываться мерцающая пелена не будет. Не нужно водить всех и каждого за ручку.