— Ты же знаешь, что сейчас будет, Валевский? — довольно протянул вредный старик, попивая чай из красивой чашки. Даже не знал, что он таскает такое с собой.

— Знаю, плевать. Алию похитили.

Брови старика поднялись — новость показалась ему удивительной. Он уточнил:

— Речь же о твоей беременной женщине, верно? У которой был полный доспех из набора «Громовержца»? Достаточно интересный, чтобы даже меня заинтересовать.

— Всё верно. Сейчас Цитадель, Храм Скрона и мои люди делают всё, чтобы её найти. Безрезультатно. У неё есть символ связи. Можно по нему определить, где находится человек?

— То есть связаться с ней не получается?

— Она не отвечает. Общение идёт, но ответа нет.

— Ты не думал, что она просто сбежала от тебя и не хочет больше общаться? С девушками такое иногда случается.

— Её похитили. Моя управляющая нашла дом, где прошло сражение между ней и неизвестным. У Алии камни двадцатого уровня и набор «Громовержца». Тем не менее она проиграла.

— Уже интересней. Ладно, допустим, что она хочет с тобой связаться, но не может. Либо находится без сознания, либо у неё связаны руки, и она просто не может положить ладонь на символ.

— У неё есть строка состояния и артефакт «Записная книга», интегрированный с моим. Если бы она была в сознании, уже написала бы туда хоть пару слов.

— В таком случае, Валевский, ничем помочь не могу. Нельзя определить человека, когда он находится без сознания. Одно из немногочисленных ограничений символьной магии. Ей требуется сознание. Но это не избавляет тебя от наказания. Ты опоздал и какие-то нелепые оправдания тебя не спасут. Фарди, вылезай! У вас наказание!

— Чтоб ты сдох, Валевский! — с ненавистью прошипела Карина. Судя по её состоянию, она всю ночь занималась формированием символов и, как обычно, у неё ничего не получилось. Я подавил первый порыв вылечить девушку и сжался, как пружина, готовый к экзекуции. Избежать её не получится — мастер Мерам упивался своей властью. В спину прилетели символы и на долгое время мир перестал существовать. Последнее, о чём я успел подумать, прежде чем боль заполонила сознание — нужно сказать Элеоноре, что я готов привлечь Дознавателя. Плевать на всё! На цену, на наказание, на мнение Цитадели. Если мне не может помочь мастер Мерам, обращусь к Хаосу. Даром он, что ли, третья по силе сущность этого мира?

— Цитадель отказалась использовать Дознавателя. Она не может жертвовать людьми, даже несмотря на статус пропавшего человека. Со всеми потенциальными похитителями уже поговорили, никто, якобы, не в курсе произошедшего. Проверить, говорят ли они правду, нельзя. Нужен Дознаватель, но его использование сейчас невозможно. Инквизитор не может определить, говорят ли светлые правду.

— Понял. Скоро вернусь и разберёмся с использованием Дознавателя. Просто так я это не оставлю. Мы практически на месте.

Информация от Элеоноры мне не нравилась, но прямо сейчас я с ней поделать ничего не мог. С момента посещения Бездны прошло уже четыре дня, но Алию так и не нашли. В Кострище её не было. Похититель не обозначался, а все попытки связаться с девушкой заканчивались одним и тем же результатом — полным молчанием. После последней экзекуции, связанной с моим опозданием, рунописец немного успокоился и стал вести себя более разумно. Даже ни разу не сорвался ни на меня, ни на Фарди. Причём чем ближе мы подходили к цели нашего путешествия, тем более собранным старик становился. Дошло до того, что сегодня даже ехидных замечаний в наш адрес не было. При том, что у меня три символа привычно не получались. Да и Фарди со своей двойкой не справлялась.

— Все на выход! — приказал мастер Мерам и первым выбрался из повозки. Спрыгнув на землю, я нахмурился — впереди, примерно метрах в ста, начиналась странная территория, что имела тёмно-красный оттенок. Этот цвет был везде, но не им одним территория вызывала неприятные чувства. Внутри локации оказалось искажено всё, что только можно. Деревья, камни, даже сама земля. Описать то, что я видел, оказалось весьма трудно — даже записная книжка, куда начали попадать данные, оперировала словом «искажение». Например, ни одно из деревьев не имело прямой линии — ствол и ветки были скручены, завинчены, изогнуты, причём на всём протяжении своего роста. Да и сам ствол выглядел довольно странно — изъеденный, местами насквозь, то широкий, то тонкий, как спица. Полное безумие, помноженное на жуть.

— Мы добрались сюда незамеченными? — удивилась Фарди

— Кто такое сказал? — мастер Мерам кивнул назад. На отдалении находился целый отряд тёмных, среди которых имелись несколько кронов. Те самые тёмные твари на службе заградительных отрядов. Нас не трогали — печать Храма Скрона давала право перемещаться по всей локации Керукса. Теперь я знал, что она была огромной, но не бесконечной — с двух сторон Керукс граничил ещё с двумя гигантскими империями тёмных. Правда, на карте не было названий. Просто «Империя 1» и «Империя 2». Но, что меня больше всего заинтересовало — там тоже имелись разломы. Творения Бездны наводнили этот мир целиком и полностью.

— Итак! Вариантов, на самом деле, не так много, — мастер Мерам сделал несколько движений, разминая верхнюю часть тела. — Оставляем верховных обращённых и повозку здесь, дальше идём пешком. Здешняя граница максимально близко расположена к болоту, уже к утру должны быть на месте. Валевский — на тебе иномирцы. Фарди — на тебе поклажа.

— Да, наставник, — Карина недовольно посмотрела в мою сторону, но без вопросов взгромоздила на плечи огромный мешок с провизией и палаткой. Одним днём наше путешествие не закончится, а мастер Мерам обожал комфорт. Мне тоже выдали рюкзак, но поменьше. Потому что у меня иная задача — ликвидация иномирцев во всех их проявлениях. Сам наставник пошёл налегке, умудрившись сорвать по пути какой-то цветок. Он с интересом рассматривал лепестки, что тоже начали искажаться из-за близости чуждой нашему миру зоны.

Граница между двумя мирами была резкой. Никаких плавных переходов — пространство мгновенно приобретало тёмно-красный цвет, а буквально в сантиметре от этого росла зелёная трава.

— Выключаем защиту, — потребовал наставник. — Магическими камнями внутри не пользоваться. Только после проверки, как они себя поведут. Валевский, чего встал? Тебе особое приглашение требуется? Вперёд. Как только войдёшь, твари сразу полезут. Не смотри, что их нет. Вся эта область, как единый туман Фарафо — иномирцы лезут со всех сторон.

Нехотя деактивировав «Золотистый купол защиты», став, по сути, голым, я занёс ногу, чтобы сделать судьбоносный шаг. Ещё полгода назад я даже мечтать не мог о том, что когда-нибудь мне доведётся путешествовать по местам, даже близко непохожим на наш мир. Сейчас для меня это становится обыденностью — арена Туманника, Бездна, её разломы, теперь вот земли иномирцев.

— Да иди ты уже! — даже Фарди не выдержала, недовольная тем, что я колебался. Решив, что доставлять ей удовольствие своей нерешительностью нельзя, я опустил ногу на красную землю и перенёс на неё тяжесть тела, окунаясь в тёмно-красную зону. Сразу стало… необычно. Появилось ощущение нереальной свободы. Хотелось летать и почему-то была чёткая уверенность, что если я захочу, то полечу. Не сразу, для этого потребуется некая подготовка, но полечу! Голова пошла кругом и пришлось приложить немалые усилия, чтобы удержаться от какого-нибудь безумства. Здесь было другое всё — воздух, ощущения, даже мысли бегали как-то по-иному. Словно принимать решения начала не голова, а та часть спины, что чуть ниже поясницы. Наклонившись, я поднял тяжёлый на вид камень. Он показался мне сотканным из воздуха — совсем ничего не весил. Я отпустил камень и какое-то время тот висел в воздухе, нехотя начав возвращаться обратно на землю. Однако я перехватил булыжник в воздухе и развернул, уставившись на символ. На камне оказался начертан сложный магический символ, отдалённо напоминающий пентаграммы тёмных из учебника Керукса. Подняв следующий камень, я обнаружил на нём похожий символ. Как и на следующем булыжнике. Записная книжка тут же сделала кучу пометок по локации, но магической печати с камня в ней не появилось. Это показалось мне странно — я всматривался в символ достаточно долго. Даже «Анализом» прошёлся по камню, но анализатор ничего странного в булыжнике не заметил. Для него магического символа не существовало.