В обеденной зале, куда меня привели, находился огромный стол. Судя по тому, что практически все места уже были заняты, ждали только меня. Во главе стола сидел сам падишах. Баязид Третий сильно отличался от своей картинки на пластине. Реальный хозяин поместья оказался весьма упитанным мужчиной пятидесяти лет с реденькими волосами, не имеющими ничего общего с той густой шевелюрой, что имелась на пластине. Сразу бросились в глаза источающие красную ауру перстни — Баязид Третий демонстрировал своё величие, богатство и связи с тёмными кланами всем окружающим. Других мест, где он ещё мог достать перстни, просто не было. Пёстрый халат, расцветкой похожий на мантию Папы, скрывал грузное тело, уместившееся на подушках. Только сейчас я заметил, что стульев здесь вообще не было. Только подушки. Но что мне больше всего не понравилось, так это взгляд падишаха. Казалось, что на тебя смотрит зверь. Хищный, кровожадный, принимающий решение, с какой стороны тебя лучше сцапать и проглотить.

Кроме падишаха за столом оказались четверо его сыновей, включая Рустама Бахтияра. Второй сын сидел неподалёку от отца и показательно не смотрел в мою сторону. Наира и брат Лин уже были здесь, увлечённо беседуя о чём-то с соседями по столу. Внешне всё выглядело достойно и прилично, если бы не взгляд падишаха. Он не предвещал ничего хорошего.

— Эрцгерцог Валевский, рад приветствовать тебя в своём доме, — толстяк развёл руки в стороны, показывая дружелюбие и указал на место рядом с собой. — Присаживайся, дорогой гость,! Отведай кушаний и яств Шурганской империи! Уверен, такого в своей жизни ты ещё не пробовал! Музыку!

Падишах хлопнул в ладоши и тотчас несколько музыкантов принялись играть ненавязчивую мелодию. Меня проводили к падишаху и усадили на подушки в непосредственной близости от него. «Анализ» дополнил записи ректора картинками и изображениями как самого падишаха, так и всех его детей. Жён, что удивительно, на ужине не было. Наира была единственным представителем женского пола, допущенной к трапезе.

Не самое желанное соседство не повлияло на мой аппетит — нормально не ел я больше недели. Содержимое тарелки исчезало с потрясающей скоростью и слуги едва успевали подносить мне новые блюда. Дошло до того, что все собравшиеся с нескрываемым удивлением смотрели на то, как я поглощал пищу. Но даже это не смогло повлиять на мой аппетит. Я не просто хотел есть — я хотел жрать! Организм, добравшийся до еды, старался восполнить запас энергии, чтобы когда у меня возникнет очередное неизгладимое желание отправиться в разлом, на это хватило ресурсов.

— Хороший аппетит — комплимент хозяину дома! — заметил падишах, когда я всё же оторвался от тарелки. Если судить по тому, как мне стало тепло и по сладостной неге, разлившейся по телу, мне удалось сожрать половину стола!

— Что поделать, если всё действительно такое вкусное! — ответил я, ничуть не лукавя.

— Наконец-то! Друг мой, ты заставил меня волноваться! Я уже начал думать, что с тобой что-то случилось!

— Что могло со мной случиться? — раздался старческий голос, заставивший меня обернуться в сторону двери. Настроение и состояние полной расслабленности испарилось в считанные мгновения. В дверях стояли двое людей, которых я прямо сейчас меньше всего в жизни хотел бы видеть. Мастер Мерам и Карина Фарди. Взгляд старика остановился на мне и раздался ехидный смешок:

— Действительно, что могло со мной случиться, коли единственный человек за последние сорок лет, что сумел меня убить, находится здесь?

— Убить? — уточнил падишах и взгляды собравшихся вновь приковались к моей персоне. Вот сейчас стало неуютно. Мастер Мерам устроился неподалёку от меня и, словно специально, на соседней подушке села Карина Фарди. Девушка сидела с прямой спиной и смотрела строго перед собой, не отвлекаясь ни на что.

— Убить — мягко сказано. Юноша вырвал мне сердце. Коварно, без предупреждения, можно даже сказать, что весьма подленько. На какое-то мгновение я даже расстроился из-за этого. Но только на какое-то мгновение.

— И этот юноша до сих пор жив? — удивился падишах.

— Пусть бегает, мне не жалко, — отмахнулся мастер Мерам. — Друг мой, позволь представить тебе мою ученицу, Карину Фарди. Её, вместе с этим олухом, мне предстоит обучить таинству наложения рун.

— Друг мой, я совсем запутался, — падишах сделал жест, и музыканты умолкли. — Эрцгерцог Валевский убил тебя, но вы оба сидите за моим столом, рядом, живые, да ещё и оказывается, что ты берёшь этого человека в ученики? Мало того, у тебя оказывается сразу двое учеников, чего не было вот уже десятилетия? Это больше похоже на глупые выдумки сказителей, чем на реальность.

— И в то же время это реальность. Валевский действительно станет моим учеником. Ох ты, какая красотка! Друг мой, всегда знал, что ты падок на красивых женщин, но никогда не думал, что станешь сажать их за один стол с собой. Брат Лин, не могу сказать, что рад вас видеть, но, как я понимаю, отказаться от вашего присутствия невозможно? Вы здесь вместо его личной служительницы?

Церковник кивнул, показывая, что мысли мастера были верны.

— Наира Джоде находится за столом как гостя, — пояснил падишах. — Это невеста эрцгерцога Валевского.

Карина Фарди впервые с момента попадания за стол проявила какие-то эмоции. Она перевела взгляд на девушку. Однако голова моей соседки тут же вернулась обратно и девушка продолжила изучать стену напротив.

— Вот как? — мастер Мерам перевёл взгляд на меня. — Мало того, что сильный, так ещё и шустрый? Урвать такую красотку дорогого стоит! Что же ты сделал такого клану Бартоломео, что они отдали тебе своё сокровище?

— Полагаю, Максимилиан Валевский нам это сейчас и расскажет, — падишах вновь посмотрел на меня взглядом зверя. — Я так много слышал о его приключениях за последнее время, что даже не знаю, где правда, а где вымысел. К тому же один из моих сыновей обязан ему жизнью. Представляешь, друг мой, в Шурганской империи промышлял дэв!

— Да, что-то такое слышал, — кивнул рунописец. — Даже жаль, что мне не удалось добраться до него первым. Это была бы вишенка в моей коллекции редких тварей. Но в целом ты прав, друг мой, хочется услышать рассказ этого юного покорителя разломов. Максимилиан, поведаешь старикам, каким образом заштатный смертник умудрился стать одним из интереснейших представителей Заракской империи?

— Почему бы не рассказать? — улыбнулся я, однако тут же послышался голос обладателя наполненных Светом глаз:

— Всё, что связано с Максимилианом Валевским, относится к разряду закрытой информации церкви Света. Он не имеет права рассказывать о том, что происходило с ним на протяжении его приключений и каким образом он достиг того положения, которое занимает в данный момент. Такова воля Цитадели.

Всё, что мне оставалось — развести руки в стороны.

— Сожалею, господа, видимо, придётся без увлекательного рассказа. Брат Лин против. Хотя кое-что я всё же сделать должен. Уважаемый падишах Баязид Третий, это принадлежит вам. Возвращаю в целости и сохранности.

С этими словами я достал пластину с изображением хозяина дома, положил её на стол и протянул в сторону падишаха, словно это была обычная карточка. Взгляд хозяина дома стал ещё более угрожающим. В нём вообще больше не было ничего человеческого!

— Каким же образом к тебе попала эта пластина? — падишах не спешил забирать предмет.

— Снял с трупа существа, рискнувшего на меня напасть. Он называл себя Безликим. Это существо похитило Карину Фарди и, используя её образ, какое-то время сопровождало меня и мою спутницу в поездке в Кострищ. В какой-то из деревушек, уже не помню, какой конкретно, он решил, что настала пора действовать и атаковал меня. Когда я разбирал вещи, что остались после него, нашёл эту пластину. Удивительная вещь, которая несколько раз спасала мне жизнь.

— То есть ты пользовался ею без моего ведома? — от голоса падишаха могла застыть кровь, но после такого сытного ужина меня было уже не напугать.