Когда тяжелый день, наконец, то закончился, и лег на свернутый парус я мгновенно уснул. И во сне я услышал голос:

— Алексей, меня звать Страж, я наручный искин, что на твоей руке. Я должен извиниться перед тобой, что перенес тебя так далеко. Но ряд событий предопределил этот перенос.

— Страж, прежде всего сам виноват, что, не задумываясь, одел браслет на руку.

— Я рад, что ты это сам понял. Когда ты одел браслет, система опознания чуть тебя не убила. К твоим 62 годам, у тебя очень сильно был изношен организм. Поэтому пришлось проводить эвакуацию, чтобы спасти тебя. Эта эвакуация состояла из нескольких этапов, не на всех форпостах работало древнее оборудование. К концу пути у меня не осталось энергии.

На восстановление энергии, понадобилось гораздо меньше времени. Где мог, я тебе помогал, намекая твоей интуицией.

Я тебя прекрасно понимаю, что не очень приятно быть рабом хоть на 3 планете системы Рагун, хоть в этой вселенной в древней Руси, выполняя пожелания богини.

— Предугадывая твой вопрос, могу сказать, что назад я тебя отправить не смогу. Энергия что отправила тебя сюда, собиралась около сорока тысяч лет.

После выполнения данного тебе Мораной задания, проси у богини, чтобы она перенесла тебя на 4 планету системы Рагун. Там ты сможешь найти транспорт, который сумеет долететь до земли. Возможно, ты сможешь активировать звездные врата, которые ускорят твое возвращение домой.

Алексей, когда ты снимешь наручный искин, для передачи Моране, тебя будет ждать сюрприз.Завершай дела здесь, у тебя в запасе не так и много времени, приблизительно от семи до десяти суток. Богиня сама узнает, что время пришло.

И последнее не расслабляйся, я предполагаю, что не все ещё приключения свалились на тебя. И искин отключился, а я проснулся.

В таком темпе мы продвигались еще четыре дня. Когда берега стали чуть выше. Мы решили отдохнуть на берегу, Шуша обещал грозу.

— Я мил человек, грозу чую своим нутром. После грозы, ветер поменяется на южный, — сказал Шуша.

Было видно, что гребцы, да и кто им помогал, вымотались. Все прекрасно понимали, что надо быстрее уходить к родным берегам. Иначе можно опять угодить в рабство. Ладью завели в небольшой залив и закрепили по совету Шуши двумя якорями. Кстати якорь здесь, плоский камень с дырой по центру, в эту дыру вставлен деревянный брус, для надёжности привязан веревкой, с перекладиной в верхней части бруса.

Ближе к вечеру задул холодный ветер, за рекой грохотала гроза. Гроза приближалась, наконец, и над нами загремел гром, сверкали молнии. Бывшие рабы от проливного дождя прятались на корабле все в том же трюме. Часа два стихия бушевала. И вот наступила тишина, гроза уходила. Все так вымотались, что и уснули на корабле забыв выставить охрану. Меня разбудила Алиса.

— Алеша! Проснись! С реки к заливу подходит Ладья.Я вскочил, сон с меня мгновенно слетел, быстро растолкал Егора:

— Егор, чужой корабль к нам подходит. Буди мужиков, пусть вооружаются, кто, чем может, намечается абордаж, — и я улыбнулся.

Приготовились мы вовремя. Выбравшись на палубу, все вооружились и попрятались. Со стороны было видно, что на судне все спят.

Уже почти рассвело, по заливу после грозы стелился туман. Корабль подходил на веслах, с каждой стороны три весла беззвучно опускались в воду, паруса были опущены. Было ясно, что с добрыми намерениями не будут так подкрадываться, все понимали, что перед нами враги. И вот борт ладьи приблизился и на наш корабль стали прыгать темные тени. Тут и мы встали на защиту своей свободы. Благодаря эффекту неожиданности первых троих варнаков мы срубили мимоходом. Дальше стало сложнее, напротив меня встал здоровяк, в кольчужной безрукавке. Правда эта кольчуга ему была мала, похоже, с чужого плеча. У разбойников по-другому и не могло быть.

В руках разбойника был огромный топор, махал он этой секирой как игрушкой. Я сделал шаг под руку с секирой, одновременно сгибая колено выставленной вперед ноги. Так чтобы достать правым клинком ноги здоровяка. А потом, резко отскочив назад, я уже знал, что передо мной мертвец. Этого пока здоровяк не знал, все его порты окрасились в красный цвет, бедренная артерия на правой ноге была перерезана моим клинком.

Сил ему хватило, для того чтобы сделать новый замах. И свалился бедолага в свою лужу крови. На меня полез вертлявый щуплый мужичок. В руках у него были две серповидных сабли. Несколько минут мы обменивались ударами. Конечно в скоротечном бою, время субъективно. На все мои уловки были у этого типа ответы. Вот только его саблипредназначены для конной рубки, точнее нанесение порезов. Моими клинками можно было, как резать, так и колоть врагов. Этим я и воспользовался. На очередном выпаде, поднырнул под правый клинок, сделал шаг левой, за спину противника развернул кисть и загнал левый клинок под лопатку противника.

Третий противник был приземистый, косматый бородач, внешне он напоминал гнома. Широченные плечи, добавляли антуража коротышек из сказок. В руках он держал двуручный меч. И с каждым взмахом издавал рык, словно кровожадный медведь. Но неожиданно ко мне пришла помощь. На крыше пристройки стоял мной опекаемый Трувур. У него в руках был обыкновенный багор. И когда в очередной раз косматый гном занес свой гигантский меч. На пути этого клинка встал багор Трувура. Раздался треск ломаемой древесины. Но этого момента мне хватило, чтобы нанести смертельный удар. Мой клинок, рассекая воздух, наткнулся на шею противника. Длинную секунду, безголовое существо замерло, а потом завалилось на бок, увлекаемое топором.

На этом противники закончились. Трувур соскочил с пристройки, в руках у него так и оставался поломанный багор. Трувур светился как начищенный пятак. Я достал боевой нож и подарил парню. Мы осмотрелись, вся палуба была залита кровью. Ко мне спешил Егор.

— Жив Алешка!

— Жив, ответил я ему. Сам Егор был ранен в правую руку.

— Отстояли? — Спросил я Егора.

— Отстояли, — грустно ответил Егор. Восемь наших ушли на встречу с Марой…

На заре собрали костер, и жаворонки унесли души погибших. Лишь только через сутки мы вышли из этого залива. Ладья была приведена в порядок, отмыта палуба от крови, отремонтирован поврежденный такелаж.

Наша ладья, рассекая форштевнем водную гладь шла под парусами. После грозы ветер и правду поменял направление. В траверсе на пеньковой веревке за нами шла трофейная ладья. Если не ветер, подувший с юга, нам на веслах было не уйти. Из команды гребцов в живых осталось всего четверо.

Спустя еще четыре дня, на правой руке проявился браслет наручного искина.

Вечером я подошел к Егору.

— Друг, — обратился я к нему. — Пришло время прощаться!

— Я так и понял, что ты послан богами.

— Не могу сказать, что это не так! Чем собираешься заняться? спросил я Егора. — Пойдешь опять мстить?

— Хватит! — Ответил Егор. — Пусть боги накажут моих врагов.

А я вдову присмотрел на нашем судне, двое детей у нее. Наберем команду и на север пойдем, там и поселимся. В этот момент к Егору подошла Любаша и принесла полную тарелку каши. И глаза ее смотрели на Егора очень по-доброму.

Не успел, я оглянутся, как стоял перед Мараной.

— Смертный ты справился с заданием. Я довольна твоей работой. Не хочешь остаться в этом мире? — спросила богиня.

— Нет, Марана и я поклонился богине. Я домой хочу. С этими словами я снял браслет со своей правой руки. Я положил искин на ладонь, он поднялся в воздух и исчез.

— Обязательство выполнено! — Произнесла торжественно богиня и улыбнулась.

— Куда смертный тебя доставить. Сразу предупрежу, на землю попасть не получится.

— Четвертая планета, звездной системы Рагун. — Сказал я богине.

— Прощай маг! — И в следующий миг я стоял в хвойном лесу.

Глава 11. В Лесу четвертой планеты.

Вначале я подумал, что оказался на родной Земле. Могучие сосны и ели были в этом лесу. Было видно, что разумные здесь не появлялись не одно столетие. Высота этих деревьев была метров по сорок, если не больше. Я стоял на месте и вдыхал аромат прогретый солнцем хвои и улыбался, дышалось легко и свободно. Наконец пришел в себя и огляделся. Я был одет в черный комбинезон, а за плечами у меня были мои клинки. На поясе висел знакомый тонкий ремешок, а на ремешке нож в ножнах.