Я подошел к дому и сонным плетением усыпил всех, кто там был. Позвонил в колокольчик. Надавил магией на слугу что подошел к двери. Дверь открылась под моим воздействием. Я зашел внутрь и поднялся на второй этаж. В прихожей за столом сидели два офицера и ужинали. Сканер показал, что светловолосый офицер мой родственник. Они дружно посмотрели на меня. Чернявый в звании старшего лейтенанта, поскольку погон был пустой без звездочек. Схватил за одну из сабель, что лежали на свободном стуле стоящим рядом со столом.

— Ты кто? — спросил меня чернявый, направив свой клинок в лицо.

Я выхватил свои два белоснежных клинка из браслета, а вот офицерам показалось, что из воздуха я клинки достал.

— Господа Офицеры, может, разрешите слово молвить? А сабельками помашем потом в учебном бою.

— Говори! — Продолжая держать клинок, сказал чернявый.

— Меня звать Александр — Представился я по офицерскому обычаю. Отсалютовав клинками и быстро убрав их в пространственный карман.

— Лихо! — пробормотал мой родственник.

— И так, Завтра в Кронштадте начнется резня, за 3–4 марта погибнет больше двухсот офицеров. Эти два дня будут полны патологической жестокостью со стороны солдат и матросов. Возможно, этому послужило то, что сегодня второго марта 1917 года Николай II отрекся от престола. Вам об этом доведут завтра с утра. Если вы дойдете до места службы. У каждого дома, где живут офицеры, дежурят матросы, — сообщил я офицерам.

— Я тебе говорил, что у твоего дома матросы. Видимо меня отсюда домой уже не выпустят, сказал чернявый. Я достал из пространственного кармана авторучку в ней был проектор и направил изображение на кусок белой стены. В течение 20 минут морские офицеры сидели как завороженные, смотрели исторические кадры, закадровый голос диктора рассказывал о ближайших событиях, что погрузят нашу страну в хаос.

На офицеров было страшно смотреть, они посерели, а из глаз капали слезы.

— Вы кто? — спросил чернявый.

— Я тот, кто хочет помочь. Избежать мясорубки. И не думайте, что я смогу остановить тот маховик, что подвел нашу с вами страну к краху. Страна возродится как птица феникс. Но не сейчас. Будет еще краше.

— Скажите, синематограф цветной, белые завораживающие клинки, одеты вы странно. Кто вы? — спросил мой родственник.

— Давайте договоримся, потом я отвечу на все ваши вопросы. А сейчас надо действовать.

— Но как! Я живу через четыре квартала, и у меня дома больная жена, две дочки 10 и 12 лет. Александр как чувствовал, что такое случится, отправил жену и сына в Архангельскую губернию, — посмотрел чернявый на моего родственника.

— Я же прошел к вам в дом, матросы мне не помешали. Выгляните в окно и посмотрите. Они все смотрят сны. Чернявый подошел к окну отдернул плотную штору, посмотрел вниз и довольный отошел назад.

— Кстати вы не представились? — с укоризной посмотрел я на офицеров.

— Александр Викторович, Николай Васильевич — представились офицеры.

— А по поводу того что ваша жена больна, — посмотрел я на Николая Васильевича. — У меня есть средства лечения от любых хворей.

— И так Александр Викторович много ли времени нужно, чтобы вам собраться.

— Часа хватит, — ответил мой родственник.- И еще наш командир честнейший человек можно ли и его спасти.

— Можно, места хватит всем — ответил я улыбнувшись.

Спустя час мы беседовали с командиром — капитаном второго ранга Астафьевым Сергеем Михайловичем. Беседа получилась почти один в один, как и у моего родственника. С показом ужасов, что достанется офицерам, и их семьям. И да, дом был окружен матросами. Опять усыпил. Офицеры возмутились, почему я их не убиваю.

Я объяснил что те, кто делает революцию, долго не живут, год, два, от силы пять лет и свои же убьют. А на смену революционерам анархистам. Придут новое поколение, строители коммунизма. В общем, капитана второго ранга мы не убедили. Решил он свою голову сложить за ВЕРУ, ЦАРЯ, и ОТЕЧЕСТВО. Это его выбор.

Когда пришли к дому Николая Васильевича, уже стемнело. И опять дом был окружен матросами. Их было человек десять, четверо караулили, ходили с мосинками с примкнутыми штыками. Остальные сидели возле костра. Старший у матросов был тоже в матросской форме, а сбоку на длинном ремне у него мотался маузер, в деревянной кобуре. Я опять усыпил матросиков, и мы прошли в дом. Николай Васильевич начал раздавать приказания слугам. Все стали собираться.

Оказалось что жена у Николая Васильевича больна туберкулезом. В те времена эта болезнь не щадила ни бедных ни богатых. Я практически сразу смог не только вылечить не излечимую в те времена болезнь. Но и влить жизненных сил. Николай Васильевич рассчитал прислугу, и отпустил всех домой. Выплатив двойной гонорар.

Мы все вышли во двор, я достал из пространственного кармана челнок и рассадил всех по местам. Все озирались по сторонам, не понимая где находятся, но пока молчали. Потом мы полетели к родственнику, он был уже готов. Я помог погрузить вещи. К нам уже со всех сторон бежали матросы с оружием наперевес. От соседних домов, видимо увидели, что мы грузимся в непонятный экипаж. Взлетели и полетели во Францию.

У Николая Васильевича как потомственного дворянина в Париже был домик, остался от тетки. И год назад пришлось ему ехать во Францию и вступать в наследство. Вот туда, наш путь и лежал. Через час были на месте. Облетели эйфелевую башню в центре Парижа и полетели на запад в пригород, где и стоял домик. Подлетели сели, выйдя из непонятного экипажа, стали оглядываться.

Вечером мы втроем поговорили об их дальнейшей жизни. Планы были. Здесь легализоваться не было проблем. Во Франции в 1917 году были уже Русские дворяне, эмигрировавшие во Францию. Поздно ночью, когда мы побеседовали.

Александр и Николай попросили увидеть все своими глазами. Я согласился. Лучше я бы этого не делал. Ужас, Кровь, Насилие. Вот что творилось в Кронштадте. Господа дворяне сами решили посмотреть. И это понятно, интернета тогда не было. Были два источника информации, газеты и сплетни.

Николай после того что увидел, пил коньяк. А мы с Александром сидели и общались. У него был дар. Но он не хотел пока покидать свое время. Я ему подарил готовый перстень пространственного хранилища. Научил, как пользоваться, а внутри лежало пять тонн золота в слитках. На первое время хватит.

Пообещал навещать его. И мы расстались. Напоследок я все же признался что я его правнук. Рассказал ему, что ждет впереди мир и Россию.

Перенесся к Ратнику на форпост, и мы покинули 1917 год и переместились 2025 год.

Впереди нам с Ольгой лететь учиться к магам. Может и там чему интересному нас научат. Да и дома перед полетом дел нужно было много переделать.

Глава 16 Похищение

Перед полетом на планету к магам мы сделали очень много дел. Дочка и сын приступили к изучению базы знаний на пилота средних кораблей. Я помогал им осваивать прыжки через пространство. Не сразу, но стало у них получаться. А потом они вышли на работу, мы опять были предоставлены сами себе.

В 1980 году после выпускного в школе я не забыл побывать в гостях у водяного и у лешего, на дворе начало июня, поэтому нечистая сила проснулась от зимней спячки. Рассказал о наших приключениях. Пили чай на живой водичке. Водяной наполнил мне опять сорокаведерную фляжку — баклажку. И сказал, что родимая водичка может пригодиться. А леший напомнил мне, чтобы я не забывал о духе земли.

Почти все дела переделаны, можно и лететь. Но вначале я наведался к своему родственнику 1917 год. Немного, но все же от шока они отошли и Александр и Николай. Опять я их застал за решением самых русских вопросов. Кто виноват? и Что делать? Сидели вечером пили кофе и рассуждали. Похоже, Русских дворян не переделать.

Николай вдруг вспомнил, что я обещал тренировочный бой. Мы вышли во двор. Я вначале достал два клинка, а потом один убрал. Увидел что у Николая один клинок. Я играл с Николаем как кошка с мышкой. Несколько приемов он знал, но этого было недостаточно. Через 15 минут Николай выдохся. Его место занял Александр и опять тот же результат.