Придвинув небольшую тумбочку, стоявшую возле двери домика так, чтобы её нельзя было отодвинуть снаружи, сама девушка выбралась обратно в проулок между домиками через окно. Заглянув в соседний домик и обнаружив там такое же запустение, она похвалила себя за находчивость: «Правильно. Здесь она в безопасности». Побродив немного по лагерю, Суонн подобрала будущее место, в котором она одна могла бы противостоять десятку зомби, с которым готовилась сражаться.

Гусиным шагом, издавая только шелест примятой травы и посвистывание пластиковых бутылок, облицовка которых на «броне» девушки тёрлась друг о друга при каждом шаге, она подобралась к большой площади, на которой происходили странные вещи.

Около сорока, мелких зомби, одетых в зелёную форму бойскаутов с красными галстуками и военными головными уборами, стояли ровными коробочками на площади, где после вчерашнего дождя виднелись большие лужи, сдерживаемые пробивающейся сквозь бетонное покрытие растительностью. Перед ними ходили трое вожатых, облачённых в такую же форму, разве что на голове у них были надеты «ковбойские шляпы» и на ногах были не кроссовки, как у зомби-детей, а военные берцы.

Скопище гнилых и стонущих зомби-скаутов трепыхалось в разных направлениях, наполняя окружение стонами и рычанием, словно они общались между собой.

Перед ними, ступая неровными шагами, сновали трое вожатых, иногда поправляя «детей» в строю, вышедших из построения. Неосознанно поднявшись на ноги, Кимберли наблюдала за картиной, где остаточные воспоминания мертвецов заставляли их повторять бесконечные смотры и строевой шаг. Как приближающаяся колонна гёрл-скаутов, несшая перед собой небольшие коробки, закрепленные ремешком через шею, на которых виднелись разбухшие от влаги и времени пачки с печеньем, шоколадки и намертво вмонтированная в крепления «прилавков» банка с «пожертвованиями». Впереди них шла бывшая вожатая, одетая в такую же зелёную форму, но уже лишившаяся обеих рук.

Поворачивая головы в одном направлении, все зомби замолкали, прекращая свои колыхания, и замирали как вкопанные.

Осознав, куда именно смотрят семьдесят мёртвых детей и четверо вожатых, Суонн поняла, что стоит на противоположном конце площади, заполненной мертвецами, которые жадно пожирают её своими хищными глазами. Начав понемногу пятиться назад в переулок, девушка видела, как несколько детей, ступая тяжелыми шагами, медленно бредут в её сторону. Нащупав позади себя деревянное здание, Кимберли повернулась спиной к нежити и бегом направилась в переулок, за которым, возле пристани, были несколько бетонных построек трансформатора и насосной станции, где она планировала сражаться с зомби, используя крышу трансформатора как преимущество. А тупик и узкий проход между ними не позволит зомби зайти той за спину.

Раздавшийся рёв десятков зомби наполнил тихое утреннее время, а топот и плеск ног, несущихся за единственным живым существом, которое зомби видели после апокалипсиса, создали привычное для континента ощущение безысходности и опасности. Врезаясь в бревенчатые дома, зомби-дети гурьбой застревали в проулке между домиками. Немного более быстрые и умные зомби-вожатые обогнули дома с двух сторон, преследуя Суонн, отставая на несколько секунд. Зажатые в закрытых домах, зомби-дети колотили своими кулачками в окна, разбивая их, вываливаясь в окна.

Падая на землю, они тут же поднимались на ноги, у кого они были, и преследовали жертву. У тех детей, кто уже лишился ног из-за времени или кому их отгрызли другие зомби, перебирали своими ручонками по земле, ползя с невиданной прытью так, словно их тела-половинки всегда были предназначены для подобного передвижения.

Вот один ребёнок-половинка, зацепившийся гнилыми кишками за балку, служившую некогда опорой для столбика, к которому крепился стенд с информацией лагеря, остановился, выкрикивая нечленораздельные вопли и рычание, подобно собаке на цепи. Другой, лишенный глаз, метался из стороны в сторону, долбясь в стены зданий, подгоняемый врезающимися в него зомби-детьми, пробегающими в нужном направлении. Лишенная рук вожатая, бегущая позади своих «воспитанников», споткнулась о валяющегося на земле слепца, начавшего было подниматься обратно на ноги, и, не в силах помешать падению, нанизалась головой на выступающий из-под земли кусок металла, срезав половину черепа.

Приблизившись к своей жертве, зомби-вожатые на мгновение застыли, не понимая, как им забраться на трансформаторную будку, огороженную с двух сторон заросшим плющом сетчатым забором, а с другой прикрытой другой постройкой, между которыми и пробежала девушка, забравшись наверх по вмонтированным в бетонную стену железным ступеням «пожарной» лестницы.

Сжавшись, словно пружины, вожатые оттолкнулись ногами с такой силой, словно их телами выстрелили из большой рогатки. Подлетев на три метра над землёй, они запрыгнули на крышу будки, где их дожидалась Суонн.

— Всегда появляется пара. Эх! — Она взмахнула своей монтировкой, прошившей мозг одного из вожатых насквозь, окропив его ошмётками округу. — Поэтому нужно устранить сперва быстрых!

Подставив вторую руку так, чтобы зомби впился зубами в её предплечье, где и были намотаны в два слоя пластиковые бутылки, Суонн использовала этого зомби как щит от третьего, машущего руками во все стороны, стараясь уцепиться за девушку. Отправив ударом монтировки третьего зомби в его зомби-рай, девушка пнула вцепившегося руками и зубами в её руку мертвеца на несколько метров. Повалившись на спину, он сразу же попытался встать, однако крепкая женская нога в берцах, придавившая ему шею, помешала сделать это.

Отделив голову от тела, слегка сильнее нажав тому на шею, она обезопасила себя от его рук, пытавшихся ухватиться за девушку. Вскинув монтировку в руке к небу, она с изяществом бывалого бойца опустила её прямо на лежащую перед ней голову, пропахав её на добрую половину.

Обернувшись в достойном сцены повороте, сопровождаемом взмахом монтировки, сжимаемой в руке, девушка на всякий случай удостоверилась, что её не окружили мертвецы, прибывающие из-за застройки лагеря миниатюрной рекой. Поддразнивая зомби-детей, она проверяла, какое именно развитие имеет каждый из них, однако среди них не оказалось «особых особей», способных на высокие прыжки или плевки кислотой.

— Эти детишки… Да, судьба жестока к вам. Я… Я отправлю вас в лучший мир. — Предавшись на секунду материнским чувствам сострадания, Кимберли спрыгнула в проход, заполненный детьми, размозжив двоим головы ногами, наступая на них, а третьему пропахав лицо монтировкой.

Навалившаяся толпа детишек, наступающая сейчас на Кимберли с целью «поживиться мясом», спотыкалась и падала, наступая друг на друга и мешая действовать всем слаженно, как обычно действуют группы, где есть хотя бы один зомби с «остаточным интеллектом». Отбиваясь ногами и монтировкой от детей, Кимберли не допускала ненужных движений, стараясь всегда следить за каждым движением этой ватаги.

Пускай по её щекам и текли слёзы, пускай она периодически и выкрикивала фразы вроде «Нет!» или «Почему именно дети⁈», но в данной ситуации её эмоции не имели никакого значения. Здесь были либо дети, либо она. И сокращающиеся ряды этой мёртвой волны «детского утренника» вот-вот должны были остаться в прошлом. Замахнувшись для очередного удара по маленькой черепушке, неожиданно, монтировка прошла мимо.

Зомби-ребёнок, увернувшийся от удара смерти, отступил на шаг назад, прикрывшись руками, словно испугавшись на мгновение, однако в следующий свой выпад он выплюнул небольшую зелёную жижу в сторону девушки. Пролетев половину расстояния, жижа попала в другого ребёнка, расплавляя ему головной убор.

Определив зомби как «плеваку», Кимберли ринулась в его сторону, по пути отбросив двоих детей, повалившихся на землю. Ухватившись руками за форму «хитреца», она швырнула его об стену, пригвоздив тельце выступающими остатками труб насосной станции, развороченными на куски, видимо, расширившейся внутри водой при падении температуры зимой.