Врачи очень хвалили качество источников, находящихся в ущелье, а геологи доказали, что вода источников на плато совпадает по составу с источниками ущелья. Кроме того, верхние источники имели температуру более 60°, а нижние - около 50°. Эти (и некоторые другие) данные подкрепляли намерение ГА. Арутюняна создать курортный город на верхнем плато. Понимая целесообразность замысла Григория Артемьевича, я старался помочь ему в решении задач, возникших в этой связи.
Кроме необходимости составить генеральный план курорта, нужно было спроектировать и построить дорогу в Джермук так, чтобы она сообщалась с верхним плато.
На значительном протяжении (боле 20 километров) была построена в скальных грунтах новая дорога, шедшая вдоль ущелья реки Восточный Арпа-чай. Решены были также вопросы энергоснабжения, водоснабжения и др. Для нахождения решения этих задач Григорий Артемьевич лично осматривал места, иногда неудобные, находящиеся на крутых склонах, иногда имеющие большие расстояния. Джемрук и его окрестности он знал самым подробным образом, так как исходил все, интересовался всеми особенностями и подробностями места.
Для успеха развития курорта Григорий Артемьевич не только ездил туда со специалистами, но и проводил в Джемруке свой отпуск вместе с женой и дочерью. В это время его отдых был номинальным. Жил он во времянке. Конечно, он пил джемрукскую воду у источника, выполнял предписания врачей, но больше работал. Здесь он посещал объекты строительства, встречался с инженерами. Довольно часто приезжали к нему из Еревана должностные лица для решения с ним различных государственных дел. Иногда он вызывал из Еревана инженеров и проектировщиков для решения очередных строительных задач в Джемруке. Так, он однажды вызвал известного строителя Л. Ерзинкяна и меня для проектирования и строительства санатория лечкомиссии. Для этого он сам выбрал участок на довольно возвышенном месте, подход к которому был весьма затруднен. Но он уже несколько раз бывал на этом участке с Ниной Григорьевной, и на этот раз предложил нам составить ему компанию. По этой крутой дорожке пришлось подняться и мне, правда, не без помощи Л. Ерзинкяна. На участке росло лишь одно грушевое дерево. На этом месте вскоре построили санаторий, который успешно эксплуатируется.
Джемрук не был единственным местом внимания ГА. Арутюняна. Немало времени он уделял делу развития и других городов. Так, знаю, что Кировокан и его выразительная главная площадь - это результат практических советов ГА. Арутюняна архитекторам, выполнявшим проект ее планировки и застройки. Другой пример - это Эчмиадзин. За годы войны Эчмиадзин оказался по своему благоустройству довольно запущенным, но здесь предстояли торжества по поводу выбора католикоса всех армян.
Примером крупного градостроительного мероприятия, не предусмотренного генеральным планом Таманяна, а также Ленгипрогора, является улица Баграмяна.
По ряду соображений строительство новой улицы (Баграмяна) становилось необходимым и неотлагательным. Достаточно сказать, что на Канакерском плато разместились крупные промышленные предприятия, увеличилось население, особенно с постройкой завода КАНАЗ. В дни войны и вскоре после ее окончания приток населения в Ереван заметно увеличился. Особенно повлияло на рост населения верхнего плато репатриация армян из зарубежных стран. Участки для индивидуального строительства для них предоставлялись в основном на Канакерском плато.
Кроме того, постройка улицы имени Баграмяна была нужна и для создания новой городской артерии, выводящей транспортные потоки из города через ул. Комитаса на магистральную дорогу в Тбилиси, а через Киевскую улицу и мост - на соединение с дорогой Аштарак-Апаран-Спитак и далее до Тбилиси. Последняя магистраль обеспечивала возможность заселения новой правобережной части Еревана, и прежде всего в районах Малатия, Давидашен, Анастасаван.
Можно было бы продолжать приводить примеры его подхода под тем же углом зрения к различным градостроительным задачам. Все они могут показать его сознательный, мудрый патриотизм большевика, для которого благополучие родины, ее социалистическое развитие - основная задача жизни. К уже упомянутым градостроительным мероприятиям можно было бы добавить и ряд других, где ясно видны цели и задачи развития Еревана - это строительство обходной улицы (ныне Чаренца), реконструкция и расширение Эчмиадзинской дороги, упорядочение железнодорожного узла Еревана, создание новых крупных промышленных предприятий (КАНАЗ, завод 447, Поливинилацетат, шинный, кабельный...), создание ряда культурных учреждений - большого зала Армфилармонии, клубов, завершение стадиона «Динамо»...
Хочется также сказать несколько слов о справедливости и признательности Григория Артемьевича. Когда нужно было, он был суровым и неумолимым, но он умел, как государственный человек, оценить по достоинству заслуги того или иного крупного деятеля и самого простого рабочего. В 1945 году у нас отмечали 25-летие установления советской власти в Армении. Праздник прошел торжественно, с народным гулянием, весельем на площадях и улицах города. По поводу этой знаменательной даты был организован прием в залах Дома правительства. Приглашены были многие выдающиеся деятели республики. Среди них помню академика Степана Малхасяна, артистов Ваграма Папазяна, Вагарша Вагаршяна, Амо Харазяна, Амо Бекназарова, поэта Аветика Исаакяна, художника Мартироса Сарьяна, писателя Степана Зоряна и многих других. От правительства СССР присутствовал Анастас Иванович Микоян. Прием прошел с большим патриотическим подъемом, с чувством взаимной приязни. Помню, когда я подходил к своему месту, меня заметил Григорий Артемьевич, сидевший рядом с А.И. Микояном. Подозвав меня, он предложил Анастасу Ивановичу и другим застольникам выпить чарку за мое здоровье. Обращаясь к Микояну, он сказал обо мне много хорошего. Слушая это, я был полон счастья и благодарности. В эти минуты мне стало известно, что целый ряд товарищей, в том числе и я, был награжден орденом Ленина. Это было признанием со стороны правительства наших заслуг. С тех пор прошло более 25 лет, а я не могу забыть, как высоко оценил скромную работу архитектора Григорий Артемьевич.
Арам Хачатурян, композитор
Я очень рад, что мне представился случай сказать несколько слов о замечательном человеке Григории Артемьевиче Арутинове, которого сегодня каждый армянин вспоминает с благодарностью и какими-то своими личными воспоминаниями.
Я тоже хочу вспомнить, как мне посчастливилось в жизни познакомиться с Григорием Артемьевичем Арутиновым. Это был 37-й год, когда я приехал в Ереван писать музыку к кинофильму «Зангизур». В это время был назначен только что первым секретарем Центрального Комитета Коммунистической партии Армении Григорий Артемьевич Арутинов. Вскоре после нескольких дней моего пребывания там, он обратил на меня внимание, и мне довелось с ним встретиться. Начиная с 37 по 38 год примерно мы тут и там встречались, то есть я имею в виду Москву и Ереван, но как-то так близко не общались. В 38 году уже было принято решение о декаде армянского искусства в Москве, я был направлен в Ереван для работы над балетом. Армянская декада - это была первая декада, которая привезла в Москву балет. До армян привозились только оперы. И вот тогда, так сказать, я близко и в плане деловом, в плане творческом, в плане личном и человеческом, стал часто встречаться с Григорием Артемьевичем Арутиновым. Но, во-первых, я должен вспомнить с великой благодарностью о том доверии, которое он оказывал мне везде, всюду и по всякому поводу. Ну, прежде всего, конечно, мое участие в подготовке декады армянского искусства в Москве не только как композитора, но и как консультанта вместе с Рубен Николаевичем Симоновым и Александром Шамильевичем Мелик-Пашаевым. Я участвовал во всех просмотрах, обсуждениях и т.д. И все это, такое доверие и, так сказать, прислушивание к тому, что говорят другие, кстати это было, по-моему, характернейшей чертой Григория Артемьевича, во всяком случае в отношении искусства, потому что он очень внимательно прислушивался ко всем высказываниям, когда бывали коллективные обсуждения показов, прислушивался и к большим людям и к малым людям, которые высказывали свою точку зрения, и всегда поддерживал разумные предложения и решения.
