Задать вопрос всё равно некому, и Порфирий в ожидании изготовления занялся подбором подходящего оружия. Задача ожидаемо оказалась тяжёлой: одни образцы невозможно было изготовить всего лишь в лаборатории; вторые требовали многодневного обучения с обязательной практикой; третьи являлись малоэффективными конкретно против роботов и так далее. Промучившись несколько часов, Порфирий пришёл к выводу, что единственное оружие, которое он может оперативно получить и более-менее эффективно применять, — это многозарядный ручной гранатомёт «Клякса», стреляющий полимерными гранатами. Против порабощённых он малоэффективен, но живого персонала в «Волне» нет, а для борьбы с роботами «Клякса» самое оно. Определившись с вооружением, Порфирий подошёл к наглухо запертому бронированному оружейному шкафу и подал Искусственному Интеллекту лаборатории голосовую команду:

— Выдать для применения изделие «Клякса»!

Автоматические двери бронешкафа распахнулись, и механический держатель выдвинул инженеру затребованное оружие.

— Изделие «Клякса» готово к эксплуатации, — сообщил ИИ. — Полимерные гранаты к изделию вы можете получить в хранилище боеприпасов справа от оружейного шкафа.

Указанный бронированный контейнер услужливо открылся при приближении Порфирия, вот только гранат к «Кляксе» там оказалось десять штук, ровно столько, сколько вмещалось в барабанный магазин гранатомёта.

— Мне нужны ещё гранаты! — заявил инженер, выгребая то, что есть. — Изготовить дополнительный боезапас!

— Изготовление невозможно в виду отсутствия требуемых компонентов, — отказался ИИ.

Попытки исправить ситуацию привели лишь к получению информации о том, что нужный компонент был изъят из лаборатории в полном объёме полковником Муравьёвой в день взлома личных компьютеров Сеченова. Целью изъятия, которую потребовал от неё ИИ лаборатории, полковник Муравьёва указала «экстренный ремонт критически важного изделия» с таким-то кодом. Что означает данный код, Порфирий не знал, но, судя по первой литере, это какой-то робот, данные о котором засекречены.

Пока инженер снаряжал полученные гранаты в магазин «Кляксы», ИИ лаборатории сообщил об окончании изготовления «Кураре». Автоматический транспортёр выдал из недр производственного конвейера прозрачную цилиндрическую капсулу, наполненную нежно-голубым веществом, и замер.

— И всё?! — Порфирий недовольно потыкал пальцем в сенсоры лабораторного интерфейса. — Где остальные экземпляры?!

— Изделие «Кураре» может быть изготовлено только в единственном экземпляре, — немедленно откликнулся ИИ. — Массовое производство невозможно в силу отсутствия составляющих.

В первую секунду Порфирий подумал, что эти компоненты тоже забрала полковник Муравьёва, и полез в дебри архивных данных выяснять, сколько экземпляров «Кураре» она изготовила. Очень быстро выяснилось, что Муравьёва не имела представления о существовании «Кураре» и вообще о нём кроме Сеченова не знал и не мог знать никто. Сеченов разрабатывал «Кураре» лично, и именно он позаботился, чтобы на территории «Предприятия 3826» не имелось ресурсов для создания больше чем одного экземпляра.

Далее терять время было бессмысленно, Порфирий покинул лабораторию и направился обратно на «Кондор». Оказавшись на улице, он увидел нескольких роботов-уборщиков, деловито приводящих в порядок захламлённую площадь «Челомея». Роботы уносили заледеневшие останки убитых людей и собирали в аккуратные штабеля разбитых собратьев. Вряд ли наведением порядка на «Челомее» занялся ХРАЗ. Скорее всего, кибернетические уборщики выполняют приказ Кузнецова. Интересно, надо ли воспринимать это как некий намёк...

На проходящего мимо Порфирия роботы не реагировали никак, словно его не было вовсе, и подгоняемый минусовой температурой инженер перешёл на бег. До «Кондора» он добрался без приключений. На борту аэроплатформы не оказалось ни одного «Каракурта», видимо они действительно ушли в высотку Сеченова в полном составе. Порфирий поднял «Кондор» в небо и направил в сторону искусственного моря. Прежде чем скрыться в облачном фронте, инженер бросил взгляд на экраны внешнего видеонаблюдения. Оставшаяся вдали громада «Икара» быстро уменьшалась в размерах, превращаясь в крохотную модельку роскошной островерхой высотки, забытую кем-то посреди разбросанных по небу белоснежных сугробов.

К искусственному морю «Предприятия 3826» Порфирий постарался подойти на максимально возможной высоте, чтобы не попадаться на глаза «Коллективу». Оказавшись над морем, инженер опустил «Кондор» к самой поверхности воды, чтобы скрыться от радаров. Данная комбинация показалась ему оправданной, и до места назначения Порфирий летел настолько низко, насколько позволяла посвежевшая к вечеру волна. В быстро сгущающихся сумерках жмущаяся к поверхности моря громада «Кондора-4», по идее, не должна быть заметна издалека, и для большей надёжности Порфирий погасил все бортовые огни. Риск столкновения взлетел до небес, но это его уже не пугало. Что-то, наверное, шестое чувство, не иначе, подсказывало ему, что до «Волны» он доберётся без проблем. А вот дальше... дальше его ждёт момент истины.

Накапливающаяся усталость заявляла о себе всё сильней, но Порфирий был полон решимости добраться до цели без промедлений, несмотря ни на что. Логика подсказывала, что легко не будет, и, чтобы ничего не забыть впопыхах, он даже остановил «Кондор» посреди опустившихся на морскую бесконечность сумерек, чтобы заняться подготовкой снаряжения. Быстро выяснилось, что сборы будут недолгими: универсальный ключ сервисного инженера, пистолет Сеченова с четырьмя патронами, «Клякса» и пара препаратов полимерной медицины — это и весь его арсенал. Если не считать гранатомёта, всё уместилось по карманам инженерской униформы...

К «Волне» Порфирий подлетал в кромешной темноте. Искусственный остров, на котором был размещён секретный научный комплекс, был хорошо освещён, и с полдюжины мощных зенитных прожекторов шарили по небу яркими лучами в поисках воздушных целей. Несколько секунд Порфирий из темноты изучал приближающийся остров, окружённый сплошной стеной железобетонных укреплений. Остров являлся полностью искусственным и был насыпан посреди рукотворного моря специально под строительство «Волны». Футуристическая коробка секретного научного комплекса, внешне напоминающая замершую штормовую волну, занимала почти всю островную площадь. До кромки суши она не доставала лишь нескольких десятков метров, и всё это пространство было отведено под сплошную бетонную стену, напичканную россыпью всевозможных огневых точек. Высадиться на этом острове незаметно невозможно, свободного клочка земли не хватит для приземления громадного «Кондора-4».

Внезапно что-то вокруг неуловимо изменилось. Полимерный расширитель мозга, давно не напоминавший о себе, резко потеплел, и инженер понял, что его заметили. На краткий миг опережая фатальный удар, Порфирий подал на двигатели полную мощность, бросая «Кондор» в разгон, и рванувшаяся в сторону аэроплатформа разминулась с вражеским залпом. Ближайшая огневая точка ПВО, размещённая в стиснувших «Волну» укреплениях, выплюнула в «Кондор» сноп неуправляемых реактивных снарядов, прошедших в метре от рубки управления. Пронзающие ночное небо лучи прожекторов синхронно рухнули вниз, высвечивая закладывающую вираж аэроплатформу, и из глубины укрепрайона взмыло в воздух звено «Кречетов».

Стало ясно, что «Волна» полностью охраняется роботами Массива ХРАЗа и шансов против кибернетических истребителей у «Кондора» нет. «Кречеты» догнали его мгновенно, и в платформу ударила вереница ракет. Серия взрывов вспорола стальной корпус «Кондора», разламывая на части технические рубки, и Порфирий понял, что истребители стремятся вывести из строя силовую установку и спровоцировать аварийную посадку.

— Очень экономичное решение, Властелин! — зло оскалился инженер, терзая элементы управления аэроплатформой. — Но тут ты ошибся! Надо было убивать пилота!