— Всё в порядке?! — очень удивился порабощённый. — Вы вне «Коллектива»! «Коллектив» идентифицирует вас как поломанного робота модели «Вовчик», которого прямо сейчас чинят «Пчёлы». Но вы не «Вовчик», и вместо «Пчёл» вокруг вас заблудшие с оружием! Зрение показывает мне совершенно не то, что говорит «Коллектив», но я не могу испытывать сбой в психике, ведь все вокруг видят то же самое!
— Всё в порядке! — поспешил заверить его Порфирий. — Я в «Коллективе», просто упал неудачно, и моя «Мысль» сломалась, её сейчас ремонтирует лаборант модели «Вовчик», поэтому у вас такая ассоциация! В настоящий момент я веду наших новых товарищей на П-вакцинацию! Властелин захотел увидеть их лично, мы идём к нему на приём.
— Властелин круглосуточно занят делами «Коллектива», у него нет времени даже в празднике участие принять! — возразил порабощённый. — Нельзя снимать устройство «Мысль»! Без связи с «Коллективом» человек теряет разум! Вы должны немедленно надеть новое устройство! Я вызову соответствующего робота! — Товарищ Русланов недоумённо нахмурился: — Странно... роботы не могут идентифицировать вас как человека...
— Давайте поможем товарищу! — громко заявил кто-то из толпы порабощённых. — У кого есть запасная «Мысль»? Наденьте на него!
— Сюда, товарищ! — немедленно раздался голос. — Я помогу вам!
— У меня есть запасная «Мысль», — тут же вторил ему кто-то. — Уже иду!
— Готов помочь! — Из толпы вышел ещё один порабощённый.
Менее чем за секунду к Порфирию со всех сторон двинулись человек двадцать с устройствами «Мысль» в руках. Инженер испуганно попятился, наткнулся на капитана Фаррела и произнёс по-английски:
— Не пускайте их ко мне! Если они нацепят на меня «Мысль», я снова стану таким, как они!
— Почему вы отказываетесь надевать «Мысль», товарищ Старовойтов? — Порабощённый Русланов мгновенно насторожился, а Порфирий запоздало вспомнил, что в «Коллективе» иностранный язык изучается за пятнадцать минут, и теперь каждый порабощённый знает десяток наиболее распространённых на планете языков.
— Что он сказал? — Фаррел лихорадочно озирался. — Что им надо? Отряд, к бою!
Военные схватились за оружие, приводя его в боевое положение, и Порфирий понял, что сейчас всё рухнет.
— Не стреляйте! — громко прошептал он, надеясь, что кроме солдат его никто не услышит. — Если начнётся стрельба, ХРАЗ точно узнает. Нельзя никого убивать!
— Пропустите меня, товарищ! — Первый из порабощённых требовательно потрясал запасным устройством «Мысль» перед носом у сомкнувшихся возле Порфирия солдат. — Я должен помочь товарищу инженеру!
— Да какого дьявола они все говорят?! — вскинулся Фаррел. — Я не знаю русского! Но я знаю, как решить проблему!
Он рванулся к товарищу Русланову и резким движением руки сорвал с его головы устройство «Мысль». Учёный закричал от боли, оседая наземь, и окружающие отряд порабощённые отшатнулись.
— Снимайте это с них! — рявкнул капитан.
Солдаты набросились на ближайших порабощённых, сдирая с них устройства «Мысль», и сразу несколько человек с криками опустились на тротуар. Остальная толпа отхлынула и разразилась бурей возмущения:
— Возмутительно! Почему заблудшие распускают руки?!
— Это неприемлемая процедура!
— Товарищи выпали из «Коллектива»!
— Людям грозит сумасшествие, срочно требуется помощь!
— Что они вообще тут делают?! Медиков с П-вакциной сюда!
— Надо спасать товарищей! Наденем на них устройство «Мысль»!
Толпа ринулась со всех сторон, хватая сидящих на тротуаре людей, лишившихся «Мысли» и с трудом приходящих в себя. Порфирий едва успел вцепиться в товарища Русланова и затащить его в центр отряда.
— Что это... — Русланов болезненно тёр виски. — Что происходит...
— Сюда бежит огромная толпа! — Капитан Фаррел указал на порабощённых, отовсюду спешащих к месту событий. — Ещё минута, и придётся прорываться с боем!
— Где ХРАЗ?! — Порфирий потряс Русланова за плечи, привлекая внимание: — Нет времени на объяснения! Нужно найти ХРАЗа! Немедленно! Где он?!!
— Не знаю... — До Русланова начал доходить смысл происходящего. — Здесь его точно нет... Он не приезжал в Ленинград.
— ХРАЗа здесь нет! — перевёл Порфирий. — Надо уходить!
— Отступаем! — рявкнул Фаррел. — Не стрелять! Если кто полезет — срывайте с них адские устройства! Бегом! Гражданские в центре! Держать строй!
Отряд рванулся назад, продираясь через возмущённую толпу. Порабощённые тянулись руками к Порфирию с Руслановым, толкались и хватали солдат за ноги. Кто-то упал, завязалась драка, в ходе которой военные сорвали с особо активных преследователей устройства «Мысль». Лишившиеся устройств испытывали болевой шок, прекращая сопротивление, но остальная толпа быстро оттаскивала их назад и снова надевала на них новые устройства. Похоже, болевой шок, вызванный потерей контакта с «Мыслью», ощущался ближайшими порабощёнными, потому что толпа перестала бросаться на солдат, но не прекратила преследование. Порабощённые, громко возмущаясь бездействием роботов, устроили целое шествие, следуя за отрядом по пятам до самого «Кондора».
— Залезайте! Быстрее! — Порфирий подтолкнул товарища Русланова к лестнице, ведущей на борт «Кондора». — Это наша платформа!
Тот с затравленным видом полез вверх, и вскоре отряд взобрался на поверхность аэроплатформы. Пока солдаты поднимали лестницу, Порфирий остановился на краю и обратился к возмущающейся внизу толпе, стараясь быть максимально спокойным и торжественным:
— Товарищи! Всё в порядке! Пострадавшие и заблудшие доставлены к месту ремонта и полимеризации! Сейчас все недостатки будут устранены. Не стоит беспокоиться. Возвращайтесь к празднеству. Да здравствует «Коллектив»! Да здравствует Властелин! — Он отошёл от края, выпадая из поля зрения толпы, и выдохнул: — Летим отсюда! Все по местам!
Инженер бросился в рубку управления, но едва он подбежал к пилотскому креслу, за ним примчался сержант:
— Сэр! У нас проблемы в блоке аварийного регулирования или как его там!
Порфирий с разбега врубил тумблеры вертикального взлёта, запуская аэроплатформу в режим подъёма, но «Кондор» не сдвинулся с места.
— Сэр! — поторопил его сержант. — Шевелитесь! Там робот что-то паяет!
— Что?! — Порфирий рванулся за сержантом. — Какой ещё робот?!
Ничего не понимающий товарищ Русланов побежал следом, и спустя несколько секунд все были в технической зоне.
— Твою мать! — невольно выругался инженер, глядя на робота модели «Вовчик» с полимерной сваркой в руках, увлечённо занимающегося ремонтом настроечного блока. — Как он сюда попал?!
— По лестнице, надо думать! — огрызнулся капитан Фаррел, целящийся в робота из штурмовой винтовки. — На борту никого не было, но лестница была опущена!
— Излишнее количество исполнителей в точке выполнения ремонтного задания! — заявил «Вовчик», не переставая орудовать полимерной сваркой.
— Он не даёт нам взлететь! — выдохнул инженер.
— В него можно стрелять или нет?! — Капитан нервно оглянулся на Порфирия и тут же перевёл взгляд в сторону выхода, опасаясь реакции замерших на палубе «Каракуртов».
— Минуту! — неожиданно заявил товарищ Русланов, засовывая руку в карман.
Он шагнул к производящему ремонт «Вовчику» со стороны спины, извлёк из кармана какое-то устройство и прислонил к роботу между лопаток. Раздался щелчок, сопровождающийся распахиванием межлопаточной дверцы технического доступа, и товарищ Русланов проворным движением выдернул из робота топливную ячейку. «Вовчик» застыл, полимерная сварка вырубилась, и Порфирий упёрся в робота руками.
— Убираем его!
Пока солдаты оттаскивали робота, инженер принялся торопливо ломать то, что он успел починить.
— Что вы делаете? — хмуро поинтересовался товарищ Русланов. — Точнее, что нам теперь делать?.. Поверить не могу в происходящее... Может, у меня переутомление и я сплю...
— К сожалению, нет! — Порфирий кое-как вырвал свежесобранный каскад полимерного кибер-моста, обесточил блок и поспешил обратно в рубку управления. — Заварите доступ к блоку! Так надёжней!
