— Даже не будешь спрашивать, есть ли у неё парень или замужем ли?

Мельников покачал головой.

— Если есть, то он идиот, что отпустил такую красавицу одну в клуб. Если нет, то я это быстро исправлю.

Аня отыскала меня взглядом, и я кивком попросил её подойти. Она сразу же взяла Лену за руку и потащила обратно к столику. По шее стекала тоненькая струйка пота, но Воронцова первым делом взяла бокал с шампанским и сделала несколько глотков. Лена стояла поодаль и периодически поглядывала на неизвестных ей людей, заметив, как ей улыбается Илья.

Познакомить их оказалось куда проще, чем я ожидал, и Соболева присоединилась к нашей компании. Мельников действительно оказался парнем проворным и уже через несколько минут сидел рядом с Леной и что-то говорил ей на ухо. Сама же девушка медленно пила какой-то цветастый коктейль через трубочку и периодически хихикала на остроты нейрохирурга.

Таким образом прошло ещё где-то два часа.

Сколько мы выпили за это время, я уже не считал. В какой-то момент шампанское кончилось, и кто-то ещё притащил коктейли. Я пару раз пытался купить напиток Ане, но постоянно Мельников меня опережал, будто умел читать мысли, и стол пополнялся новыми стаканами.

В какой-то момент ближе к полуночи, когда Лена уже полностью привыкла к такому повышенному вниманию от Мельникова, я потянулся за стаканом, как перед глазами вспыхнул интерфейс.

«Спортивный потенциал: 27%.»

«Хроническая перегрузка ахиллова сухожилия».

— Какого чёрта? — выругался во весь голос.

— Что, Лёш? Ты что-то сказал? — спросила меня облокотившаяся на плечо Аня.

— Нет, Ань, всё хорошо, — ответил я и принудительно отмахнулся от цифровой картинки.

Вот только этого мне сейчас и не хватало… Я моргнул, и передо мной прошёл какой-то парень лет двадцати пяти.

«Спортивный потенциал 15%»

«Функциональная нестабильность правого голеностопного сустава .»

Да дай ты мне спокойно отдохнуть! Система, похоже, решила, что раз я оказался в помещении, где одновременно находились несколько десятков молодых людей, то обязан немедленно поискать себе новых подопечных.

Я вновь закрыл окно и повернулся к столу.

«Спортивный потен…»

Я сказал закрыть!

Илья оторвался от Лены.

— Ты чего руками размахался?

— Хрень какая-то летает, — соврал я.

— Ясно… — медленно протянул Илья. — Тебе, наверное, лучше больше не пить.

Соболева прыснула от смеха, а я задумался. Неужели это алкоголь так действует? Система начинает сходить с ума, или, по её извращенному мышлению, я слишком долго отдыхаю вместо того, чтобы щупать чьи-нибудь подвздошные кости?

В любом случае, сегодня отдыхаю! Правда, не успел прийти в себя, как заметил, что Ани, как, собственно, и Лены под боком не было. Илья, который, видимо, накрепко решил, что Соболева теперь его, держал стакан с виски у рта, но не пил. Его ястребиный и довольно заплывший алкоголем взгляд был прикован к танцполу, где и находились обе девушки.

Причём уже не одни. Возле них появились двое.

Один высокий и худой, в белой рубашке с расстёгнутым воротом. Второй чуть ниже, с зализанными назад волосами и массивными часами, которые тот постоянно выставлял напоказ, фальшиво поправляя упавшую прядь.

Первый что-то сказал Ане, но она тут же отрицательно покачала головой и отвернулась. Он обошёл её сбоку и вновь наклонился к ней. Второй тем временем начал что-то говорить Лене, но та тоже отвернулась и бросила на меня короткий взгляд.

Именно в этот момент посреди танцпола в беснующейся толпе, когда худощавый положил обе руки на бёдра Ани, она широко размахнулась и отвесила тому звонкую пощечину. Треск был такой, что его было слышно даже сквозь рычащие басы. Изрядно захмелевший Мельников тут же поставил стакан и перепрыгнул через стул. Пришлось бежать за ним, то ли для того, чтобы убедиться, что он по пьяни не повредит себе руки, то ли для того, чтобы врезать ублюдку самому.

В любом случае, через несколько секунд мы оказались на улице недалеко от входа, куда буквально силком вывалили обоих уродов. На улице нас встретил холодный воздух и два крайне недовольных тела, которых охрана выставила следом. Худой всё ещё потирал красную щёку, а его приятель уже что-то яростно доказывал одному из вышибал.

— Вы вообще охренели? — тут же рявкнул первый, ещё не до конца оправившись от шока. — Это она меня ударила!

— Потому что руки не надо распускать, — добавил я, отпуская ворот его рубашки.

— А тебе какое дело? Ты вообще кто такой?

Тут вмешался Мельников.

— Слышь, урод, мы вас по-хорошему вывели, так что за базаром следи. Ты только что его девушку лапал, а в рожу получил заслуженно.

— И что? Она теперь собственность твоя? — продолжал настаивать худой. — Все бабы, пока не окольцованы, в общественном пользовании. Ты вообще знаешь, на кого руку поднял? Я…

Илья шагнул вперёд настолько резко, что пришлось схватить его за локоть. Ещё не хватало, чтобы он, да что уж, и я, повредили руки. Мы ими на хлеб с маслом зарабатываем, а учитывая, как мне пришлось финансово вложиться, больничный на две недели явно не для меня. Хотя я прекрасно понимал его в тот момент.

У обоих были настолько наглые и противные рожи, что едва смог сдержаться, чтобы не врезать ещё в клубе, благо девчонки остались внутри.

Второй парень тоже приободрился и приблизился.

— Слышь, уроды, я сейчас позвоню, и здесь будет две машины наших братанов, ясно? Так что идите и бухайте обратно, а ваши бабы теперь наши.

Замах получился хорошим, и мой кулак впечатался прямиком в правую скулу ублюдку. Илья попробовал меня остановить, но он и без того был изрядно выпивший, поэтому со скоростью реакции у него было печально.

Первый, тот, что худой, резко отпрыгнул назад и полез в карман за телефоном.

— Вы вообще кто такие?

— Я нейрохирург, — самодовольно ответил Мельников, а затем ткнул пальцем в мою сторону. — А это остеопат. Так что я тебе сейчас организую сотрясение, а он потом сделает так, что ты ходить перестанешь. Полный медицинский цикл проведём, понял?

Я глянул на второго, который лежал на асфальте и держался ладонью за лицо.

— Илюх, ты сейчас очень плохо рекламируешь мою практику.

— Разве? Провинциальный остеопат сделает так, что ваши враги перестанут ходить.

— Скорее, какой-то провинциальный психопат, — ответил я и заметил, как у тротуара остановился чёрный тонированный джип.

Кажется, я его уже раньше где-то видел.

Из него вышел здоровенный знакомый силуэт, который совсем недавно лежал у меня на массажном столе.

— Алексей? — удивлённо произнёс он, закрывая за собой дверь машины. — Еду я, значит, по делам и смотрю, что очень знакомое мне лицо отвешивает хороший такой хук какому-то слащавому уродцу.

— Игорь? — Илья подал голос.

Бугаев удивлённо перевёл взгляд на Мельникова.

— Илья, и ты здесь?

— Вот уж кого я точно не ожидал здесь увидеть, — улыбнулся нейрохирург.

Бывший борец, а ныне владелец бойцовского клуба, нахмурившись, осмотрел двух мажоров и перевёл взгляд на меня.

— А это кто?

— Вот и у меня возник такой же вопрос, — ответил я, разминая кулак.

Парни оценили автомобиль, на котором приехал Бугаев, заметили, что веса в нём больше, чем в них двоих вместе взятых, и внезапно замолкли. Все эти угрозы пригнать две машины внезапно испарились, а мажоры тут же скрылись за углом.

Охрана, которая не особо спешила подходить, увидела Бугаева и осталась на своих местах. Он подошёл к одному из них, что-то прошептал на ухо, а затем указал на нас. Охранник при этом понятливо кивнул, пожал руку человеку и протянул небольшой конверт.

И именно в тот момент мне стало ясно, каким таким бойцовский клубом управлял Бугаев. Не удивлюсь, что его воспитанники стояли на входах многих московских заведений, в те моменты, когда не крушили кому-нибудь черепа. Я правда был рад, что мы с Мельниковым находились по правильную сторону, и даже не хотел думать, каково иметь Бугаева у себя во врагах.