Экстросианин был в восторге от ошеломляющего успеха сражения.
– Видите, – объяснил он, – всё оказалось до смешного просто. Мне лишь нужно было направить мысленные волны в мозг друллов и приказать им изменить курс своих кораблей так, чтобы перед смертью корабли ушли вниз. Это убрало их с нашего пути, и вряд ли они скоро вернутся. Я приказал всем остальным экстросианам, командовавшим кораблями, сделать то же самое.
– А у ваших мыслительных волн есть предельная дальность действия?
– Разумеется, дальность варьируется в зависимости от ментальной силы того, кто их посылает, но в среднем она примерно в двенадцать раз превышает радиус действия тепловых лучей.
Я увидел в этом новый шанс для моей планеты.
– Тогда, думаю, ваша экспедиция по вторжению не будет особенно успешной, поскольку у нас есть оружие, действующее на расстояниях, во много раз превышающих это. Например, у нас имеется атомный дезинтегратор, который заставил бы атомы этого корабля мгновенно разрушиться и…
– Да, – нетерпеливо перебил меня Шар, – мне всё это известно. Мы, экстросиане, отказались от подобных устройств тысячи циклов назад. Более того, я прочел в вашем разуме, что астраксиане до сих пор применяют этот прибор, и в качестве меры предосторожности отдал приказ покрыть все наши корабли защитной пленкой из твердого водорода. Пока мы находимся в воздухе, вы не сможете атаковать нас, а после посадки опасности тоже не будет. Если же вы примените свои лучи, то разрушите Астракс, и победа окажется куплена слишком дорогой ценой.
Теперь я ещё яснее осознал, что моя планета обречена. Какой вообще шанс был у неё против армии вторжения, состоявшей из Сверхразумов, чей колоссальный интеллект заранее предусмотрел любую возможную случайность? Тогда я решил сделать то, что, как ни странно, прежде даже не приходило мне в голову. Я вернулся к экстросианину и стал горячо умолять его пощадить мою родину. Я знал, что его положение и ранг чрезвычайно высоки, и потому, если мне удастся убедить его отказаться от вторжения и вернуться на Экстрос, его решение никто не осмелится оспорить. Я рассказал ему о красотах моей планеты, о её высокоорганизованной цивилизации, об учёных, трудившихся на нижних уровнях и неустанно работавших на благо Астракса, о воздушных трассах и межпланетном транспорте. Словом, я перечислил практически все достижения, которыми гордилась моя планета. Все было напрасно. Шар мог рассматривать происходящее лишь с одной точки зрения.
– Знаете, мне кажется, я скоро потеряю терпение из-за ваших бесконечных сетований на приближающийся конец вашей расы. В конце концов, какой вообще смысл в жизни, кроме развития науки? Неужели вы не понимаете, что ваша хвалёная цивилизация и без того находится на весьма низком уровне? Вы говорите о «красотах Астракса». Но какая польза от этих «красот»? Помогают ли они строить лаборатории, научные приборы и машины? Нет. Они лишь поощряют праздность и абстрактные мечтания. Вы утверждаете, что ваша цивилизация постоянно посвящала себя служению науке и её развитию. Позвольте спросить: каких выдающихся успехов вы добились в этой области? Вся беда в том, что вы позволяете странным, сентиментальным представлениям мешать вашему прогрессу. Когда вам следовало бы радоваться тому, что место вашей расы на Астраксе займёт более совершенная раса, достигшая гораздо больших успехов, вы сожалеете об этом. Разве это можно назвать истинно научным духом?
Я понял, что было бесполезно умолять это странное существо. Оно не признавало в жизни ничего, кроме прогресса науки и тяги к приключениям. Что мог ответить разумный человек на подобные аргументы? И всё же, немного поразмыслив, я смог понять происхождение этих извращённых представлений. Будучи цивилизацией, состоящей из чистых разумов, экстросиане практически не имели никаких иных занятий, кроме умственного труда. Поэтому все представления о личном удовольствии или эстетическом восхищении красотой естественным образом исчезли. Именно так я объяснял себе странное отношение Сферы к жизни.
После этого я больше не заговаривал о судьбе моей планеты. По крайней мере, я сделал всё, что мог, и большего от меня ожидать было невозможно. Я спросил у Зеленого Шара, что произойдёт со мной, когда с остальными жителями Астракса будет покончено. Мне ответили, что до тех пор, пока я не стану вмешиваться в последующие действия экстросиан, мне ничего не грозит. Я не мог отделаться от мысли, что такая жизнь будет очень одинокой – бродить по ярусам Астракса и размышлять о той жизни и тех занятиях, что были так любимы мной, но теперь исчезли навсегда. Я знал, что никогда не смогу почувствовать себя своим среди экстросиан.
– Вы привыкнете к этому, как привыкаете ко всему остальному, – сказал мне Шар. – Я уже объяснял вам это раньше. Но вы никак не хотите понять столь очевидную вещь, и я больше не собираюсь вдалбливать её в вашу упрямую голову. Возможно, вам будет интересно узнать, что мы почти достигли Астракса. Это тот небольшой светящийся диск, который можно увидеть через передний иллюминатор. До него осталось всего три миллиона ваших ленторов, а при нашей нынешней скорости мы преодолеем это расстояние довольно быстро.
Я почувствовал, как меня охватывает волнение, когда взглянул на яркое, сияющее пятнышко, которое, как я знал, было моей родиной…
Наш корабль летел так стремительно, что видимый диск Астракса начал увеличиваться буквально на глазах, пока вскоре не заполнил собой всё небо. Я уже различал характерные очертания континентов, на обращённой к нам стороне планеты.
Шар решил, что будет целесообразнее совершить высадку на темной стороне планеты, поэтому весь флот экстросиан описал широкую дугу, направляясь к другому полушарию Астракса. Однако бдительные астраксианские корабли были начеку, и немедленно по всей поверхности планеты вспыхнули сигнальные огни. В то же время множество космических кораблей поднялось с земли, словно из ниоткуда, и вышло за пределы атмосферы, заняв позиции, с которых они могли задействовать свои лучевые установки Уэкстона. Экстросиане, несмотря на превосходство своего разума, не предвидели такого манёвра и были вынуждены уйти из-под удара астраксианского флота, находившегося вне досягаемости их мысленных лучей. Зеленый Шар выбрал курс, ведущий к одному из крупнейших городов. Корабли экстросиан быстро пролетели над ним, и с помощью направленных ментальных импульсов уничтожили почти две трети населения. Эта акция повторялась снова и снова, и каждый раз один из главных городов Астракса превращался в гигантский некрополь. Разумеется, Главное Информационное Агентство Астракса заранее распорядилось, чтобы жители всех крупных городов покинули их. Но население было настолько многочисленным, что эвакуация занимала значительное время, чем экстросиане и воспользовались, настигая их. Тем временем астраксианский флот догнал нас и обрушил на нас настоящий ливень атомных лучей, даже рискуя при этом подвергнуть опасности собственные города. Угроза становилась всё серьёзнее по мере того, как к флоту присоединялись всё новые и новые корабли Астракса. Тогда Зеленый Шар решил атаковать врага в его родной стихии. Вместо того чтобы уничтожать гражданских внизу, он обратил свое внимание на корабли в небе. Вскоре весь флот экстросиан поднялся в верхние слои атмосферы, стремительно сближаясь с астраксианами. К тому моменту они уже потеряли около шестидесяти кораблей под ударами атомных лучевых аппаратов, тогда как астраксианский флот по-прежнему оставался невредим. Но теперь, когда противники сошлись на близкой дистанции, Шары получили возможность проецировать свои мысленные волны. И в одно мгновение десятки и десятки астраксианских кораблей рухнули, устремившись навстречу неминуемой гибели на поверхность планеты, находившейся во многих ленторах под ними. При этой внезапной перемене астраксиан объяла паника, и все они попытались выйти из зоны действия мысленных лучей экстросиан. Но сделать это им не удалось. Корабли захватчиков были намного быстрее, и у астраксианских судов не было ни малейшего шанса уйти от них. Более того, увидев, как их корабли один за другим внезапно рушатся вниз, они пали духом и даже перестали применять свои лучевые установки. Таким образом, все они стали жертвами экстросиан, и астраксианский флот перестал существовать. Затем мы спустились к поверхности и приготовились к высадке. Зеленый Шар сообщил мне, что не собирается предпринимать никаких попыток вступить в контакт с оставшимися жителями, так как намерен истребить их всех до единого. Уничтожение нашего флота не оставляло никаких сомнений в этих намерениях. Мы приземлились неподалеку от одного из крупных городов, и все экстросиане покинули корабль. Я умолял позволить мне остаться, так как не мог вынести мысли, что меня увидят в компании этих захватчиков мои соплеменники. Какое-то время Шар колебался, но в конце концов разрешил мне остаться на корабле.
