Он ничего не делал.

Просто смотрел.

Как и всегда.

И всё же, Лиза чувствовала, как между ними натягивается невидимая нить. И эта нить держала её крепче всяких пут.

— Я… нет… — пробормотала Лиза, но быстро умолкла. Тяжело поднялась и ступила к двери.

— Чем вы умудрились так пораниться? — прозвучал позади неё вопрос.

— Разбитым зеркалом, — через силу ответила Лиза, не оборачиваясь, и толкнула створку.

Глава 15

— Я ничего не писал, — заявил блондин, чья модная причёска была тщательно уложена с помощью геля.

— Как это «ничего не писал»? — переспросил седоволосый мужчина в красном галстуке, которого Лиза несколько раз видела по ТВ. Раньше он был известным политиком, но потом покинул партию и занялся инвестициями.

— Вот так, — развёл блондин руками, переводя взгляд с одного члена совета на другого, выглядя искренне недоумевающим. — Не писал.

Заседание Совета директоров началось строго в одиннадцать часов. В уже знакомый Лизе конференц-зал вошло семь членов Совета, которые молча расселись за круглым столом. Большая часть из них были независимыми участниками. Место председателя занял невысокий мужчина со шрамом над бровью. Рядом с ним устроился генеральный директор Tesser Group. И хотя главенствовал на заседании не он, все смотрели исключительно на Велижского.

— Если не Новиков отправил письмо с требованием созвать Совет, то кто? — задал вопрос Станислав Белов, черноволосый мужчина с крупными чертами лица, основавший известный банк.

— А было ли вообще это письмо? — воскликнул господин Ким, мужчина ярко выраженной азиатской внешности. — Это что, шутка какая-то? Я, между прочим, вылет в Ниццу отменил!

— А я вообще операцию перенесла! — фыркнула Агнесса Штерн, женщина сорока лет с неестественно неподвижным лицом, известная учёная, профессор немецкого университета. — Два месяца ждала!

— Покажите текст письма, — приказал Лизе Велижский, прерывая одной негромкой фразой все возмущения.

Лиза, которая не находилась со всеми за столом, а сидела в стороне на стуле, подхватилась. Найдя дубликат письма, который сохранила отдельно, она передала Велижскому планшет.

Тот быстро пробежался глазами по строчкам, а потом нажал на строку с указанием отправителя. Несколько секунд изучал почту, с которой пришло письмо, и едва заметно сведя брови на переносице, передал планшет Новикову, тому самому блондину и по совместительству одному из акционеров компании.

— Это ваша почта? — спросил Велижский в напряжённой тишине, повисшей в конференц-зале. Все присутствующие, дружно затаив дыхание, следили за диалогом.

Блондин взглянул на экран и ответил:

— Очень похожа на мою, но одна буква отличается. Видите? — и он пододвинул планшет Велижскому, указывая на разницу. — В моей «r», а здесь «n».

— Разница минимальная, — пододвинувшись ближе, заметила профессорша. — Легко перепутать.

— Да, легко, — процедил сквозь зубы генеральный директор, поднимая голову. — И всё же, — он взглянул на Лизу поверх голов сидящих за столом, — персональный помощник должен был заметить разницу.

Опять стало холодно. Этот холод проткнул Лизу насквозь, словно нож.

— Закон, о котором упоминалось в письме, существует? — спросил Велижский, пока все остальные молчали. Некоторые глядели прямо перед собой, будто желая отстраниться от происходящего. Другие, в том числе Агнесса Штерн, посматривали на Лизу с откровенным сочувствием.

Но вмешиваться не собирались.

Здесь все и всё были во власти Велижского. И если он считал нужным отчитать свою помощницу в присутствии невольных зрителей — так и будет.

«Никто не спасёт», — подумала Лиза, улыбнувшись про себя сквозь боль.

Всё происходящее ей вдруг показалось до невозможности смешным. Будто реальность надломилась — и окружающая действительность превратилась в королевство кривых зеркал. И с этих зеркал на неё взирали исковерканные, злые лики.

— Да, я его читала, — тихо произнесла Лиза. — У меня есть резюме.

Она вынула из папки заготовленный лист бумаги, где кратко перечислила основные пункты готовящегося законопроекта.

— Вы сами это написали? — строго спросил Велижский, почти не глянув в текст.

— Да.

— А когда вы это писали, обратили внимание на вот эту оговорку? — и Велижский уверенно ткнул длинным пальцем в одну из строк.

Лиза подошла ближе и наклонилась над столом, чтобы прочесть.

— Здесь сказано, что закон касается только тех компаний, чьи серверы находятся за границей. И это не наш случай, — отчеканил Велижский. — Как вы могли этого не заметить?

У Лизы не было ответа.

— Значит, мы все приехали зря? — завздыхал политик. — Пропустил партию в гольф ради такой ерунды.

— Ложная тревога, расходимся, — кивнул блондин, поднимаясь.

— Да, думаю, на этом наше собрание можно объявить закрытым, — спешно подвёл итог Симонов, бросая осторожные взгляды на Велижского.

— Не расстраивайтесь, — проговорила Агнесса Лизе, проходя мимо. — Со всеми бывает…

Один за другим, разочарованные и недовольные члены Совета директоров, покинули конференц-зал.

Хлопнула тяжёлая дверь.

Лиза и Велижский остались одни.

Он — сидеть, она — стоять.

Глава компании заговорил не сразу. И от этого Лизе стало ещё хуже. Лезвие, проткнувшее её, начало медленно проворачиваться, причиняя максимальную боль.

— Вы понимаете, что сейчас произошло?

Лиза кивнула, роняя распущенные волосы вперёд.

— Три недели назад вы легко решили проблему с Alter, выявив уловки, которые пропустили профессиональные юристы. А сегодня не заметили очевидного, — его спокойный, глубокий голос пробирался под кожу.

Обращался льдом.

И оставался там.

— Любопытно, — проронил Велижский, будто разговаривая с самим собой.

— Я… — начала было Лиза.

— Не желаю слушать оправданий, — одним коротким предложением он лишил её возможности всё объяснить. — Уходите.

Покидая конференц-зал, Лиза решилась взглянуть на генерального директора. Но тот уже, кажется, забыл о ней. Эксклюзивной ручкой Montblanc он что-то быстро писал на листке с резюме, который она дала ему.

— Ты грустная, — произнёс Роман, протягивая руку к Лизе над столом. Прикоснувшись кончиками пальцев к её подбородку, он легонько погладил кожу и спросил: — Что случилось?

Лиза улыбнулась сквозь грусть и покачала головой.

— Всё хорошо, — проговорила она, обхватывая пальцами горячую кружку с кофе. Двойной американо. Без сахара и молока. Сегодня только такой. С обеда Лиза пыталась согреться, но всё никак не получалось. Внутри поселилась вечная мерзлота.

— Ладно, если не хочешь — не рассказывай, — печально вздохнул Рома и накрыл её ладонь своей.

— Дело не в этом, — поспешила объясниться Лиза. Она не хотела его обижать. Он этого не заслуживал. Он делал всё для неё, а она была молчалива и невнимательна весь вечер. — Просто… думаю, мне нужно искать новую работу.

— Тебя там обижают? — сразу же забеспокоился Рома, подаваясь к ней.

— Нет-нет, — ответила Лиза, заправляя прядь волос за ухо. — Дело во мне. Я не справляюсь. Наверное, Tesser Group — пока не мой уровень. Стоит найти что-то попроще.

— Неправда, — не согласился с Лизой её спутник и с нежностью улыбнулся. — Это они недостойны тебя. И когда ты уйдёшь, они это поймут. Но будет поздно.

— Ты преувеличиваешь, — фыркнула Лиза, но Роме всё же удалось заставить её улыбнуться. Впервые за весь день.

— А у меня к тебе вопрос, — начал парень, поглаживая большим пальцем её руку.

— Какой? — напряглась Лиза. С некоторых пор она разлюбила сюрпризы.

— Хочешь встретиться с моими друзьями? — спросил молодой человек, взирая на Лизу с бесконечной чуткостью. — Знаю, это немножко неожиданно. Но меня порадует, если вы познакомитесь.

— Почему? — осторожно поинтересовалась Лиза.

— Потому что ты мне дорога, — со всей серьёзностью заявил Рома. — И я хочу, чтобы мы стали ближе. Чтобы ты узнала меня лучше. Какой я человек, с кем общаюсь, что люблю.