Дверь в кабинет генерального директора Tesser Group была распахнута настежь. Медленно приблизившись, Лиза увидела Константина стоящим перед зеркалом в полный рост. Быстрыми, умелыми движениями он завязывал галстук-бабочку.
Мужчина тоже переоделся. В классический смокинг. Цвет ткани был чёрным, но когда освещение падало под определённым углом — проявлялся сапфировый отлив.
«Надо же, — подумала Лиза, — не договариваясь, мы выбрали сочетающиеся наряды».
Невольно залюбовавшись этим мужчиной, который сейчас олицетворял собой торжество идеального вкуса и власть больших денег, Лиза не сразу заметила, что он не двигается.
Переведя взгляд на зеркало, девушка встретилась со взглядом зелёных глаз. Сегодня они казались очень светлыми, словно вода под слоем треснувшего по весне льда.
Почувствовав себя так, словно её застали за подглядыванием, она испуганно пробормотала:
— Извините, — и хотела уже скрыться, но Велижский вдруг тихо произнёс:
— Поправьте мне галстук.
Машинально кивнув, Лиза положила на кашемировый диван свои вещи и приблизилась к руководителю.
Опустив руки вдоль тела, он стоял, не шевелясь, ожидая, когда она подойдёт и сделает то, что ей приказали.
Подрагивающими пальцами взявшись за края бабочки, Лиза сделала петлю, в которую заправила один край, потом другой, с горечью подумав о том, что последний раз помогала с галстуком Мише.
Они тогда ходили на балет…
— Почему у вас такой грустный вид? Вас печалят бабочки? — поинтересовался Велижский, склонив голову к плечу. Непроизвольно вздрогнув и едва не выпустив галстук из пальцев, Лиза подняла голову.
Он всё это время следил за ней.
Натянуто улыбнулась, Лиза ответила:
— Нет, с бабочками у меня нет проблем.
— Я вижу, — ровным тоном произнёс директор. Но Лиза так и не поняла, что скрывалось за этой фразой: порицание, потому что она плохо справилась, или одобрение, потому что сделала именно то, что от неё хотели?
Бросив взгляд на часы, все те же, антикварные, которые были всегда на нём, Велижский заявил:
— Нам пора, — и первым направился к выходу.
Проводив его взглядом, Лиза подумала:
«Он не выглядит как человек, который принарядился к вечеру. Скорее, как мужчина, который всегда живёт так: благородно и элегантно. Просто периодически меняет фон».
Схватив сумочку, Лиза покинула его кабинет, не забыв тщательно притворить дверь.
К месту проведения мероприятия их доставил водитель. На этот раз, будто соблюдая некий негласный протокол, Велижский не стал распахивать дверь сам, а дождался, пока парень в костюме обойдёт авто и сделает это за него. Легко выбравшись наружу, Велижский развернулся к неловко выкарабкивающейся Лизе, пытающейся двигаться так, чтобы не расстегнуть и не уколоться потайными булавками, и протянул ей руку. Лиза уставилась на его ладонь, ощущая себя Евой, которую соблазняет сам дьявол.
— Госпожа Левицкая, — поторопил её Велижский, который, и она это знала, терпеть не мог ждать.
Ухватившись за его длинные, красивые пальцы, Лиза позволила достать себя из автомобиля, выпрямилась, одёрнула подол платья, пригладила волосы, и… поёжилась.
Они с Велижским вновь оказались непозволительно близко друг к другу.
Дыхание перехватило. Лиза смотрела на него, не в силах отвести взгляд. Он глядел на неё в ответ, возвышаясь рядом как нерушимая стена, способная оградить её от всего и от всех.
Впервые за долгое время Лиза почувствовала себя… в безопасности. Непостижимое хладнокровие и несокрушимое самообладание, которые он сохранял в любых ситуациях, передались и ей, накрыв Лизу невидимым защитным куполом.
— Всё в порядке? — тихо спросил Велижский, наклоняя к Лизе своё лицо, позволяя своему запаху окружить её.
«Терпкий аромат сибирского леса зимой», — подумала Лиза, прикрывая веки.
— Да, — прошептала она, открывая глаза.
— Идём, — не меняясь в спокойном лице Велижский, выпрямился и предложил Лизе свой локоть.
Осторожно положив свою руку на его, Лиза впервые со дня их знакомства почувствовала, насколько он крупнее и сильнее её. Его запястья были в два раза шире её, а своей тенью он мог накрыть Лизу полностью…
О том, почему не замечала этого раньше, Лиза размышляла до самой красной ковровой дорожки, которую они преодолели под безразличными взглядами нескольких охранников. Два швейцара в фирменных кителях распахнули перед ними двери, стоило приблизиться, и они оказались в Welcome-зоне благотворительного вечера, проходившего в холле одного из старейших отелей города.
Лилась лёгкая джазовая музыка, фуршет привлекал взгляд яркими оттенками разлитых по бокалам напитков и экзотических закусок. Гости общались, выпивали, фотографировались у пресс-стенда, позируя и давая комментарии на камеру для СМИ. Дамы были в шелках, мехах и бриллиантах. Мужчины, как и Велижский, в смокингах, но по количеству броских аксессуаров могли посоперничать со своими спутницами. Лиза в своём скромном платье выглядела как горлица в стае пёстрых павлинов.
Велижский быстро вывел Лизу из основной толпы и повёл туда, где в отдельном углу, под прицелом специальной оптики и зорких взглядов охранников были выставлены аукционные лоты. Лиза знала, что все вещи, которые планировалось сегодня продать, были пожертвованы известными людьми. И это были не просто какие-то безделушки, а вещи с историей. Коллекционные.
Лиза с энтузиазмом ребёнка взялась рассматривать каждый лот.
«Когда ещё я смогу увидеть столь замечательные вещи?» — спросила она саму себя и самой себе посоветовала насладиться моментом по полной.
Под стеклянным кубом на белой подставке лежал портсигар, который, судя по сопроводительной карточке, принадлежал композитору Коулу Портеру. Рядом красовался мундштук Марлен Дитрих и бутылка красного двухсотлетнего вина из коллекции Томаса Джефферсона. Следующими шли часы Rolex, которые носил во время съёмок фильма про Джеймса Бонда исполнитель главной роли. Но особенно Лизе понравилась старинная подвеска в виде камеи.
— Формат аукциона тихий, — раздался над её ухом голос Велижского. — Ставки делаются онлайн, через специальную форму. Если хотите, можете поучаствовать, — и он кивком головы указал на интерактивный экран, где отображались уже сделанные ставки.
— А? — повернула она голову и увидела лицо Велижского в профиль. Стоя позади, но подчёркнуто её не касаясь, он, как и она секунду назад, рассматривал винтажную камею. — Нет, мне это не по карману.
— Константин Александрович! — манерно растягивая гласные, воскликнул кто-то.
Обернувшись, Лиза увидела спешащего к ним дородного мужчину с густыми гусарскими усами, который глядел на генерального директора Tesser Group как на самого дорогого и желанного гостя.
«Скорее всего, так и есть», — подумала Лиза, наблюдая, как усатый хватает Велижского за руку двумя своими полными ладошками и интенсивно встряхивает. В ответ Велижский едва заметно поморщился, лицо его стало холоднее прежнего, но, кажется, это перемену уловила лишь Лиза, которой вновь стало зябко.
«Неужели больше никто не замечает, как этот мужчина буквально меняет температуру воздуха?» — удивилась она, бросая короткие взгляды на других гостей словно в поисках поддержки.
— Рад! Безмерно рад! — продолжая трясти руку Велижского, вещал усатый. — Вы смогли выкроить минутку своего времени для нашего скромного мероприятия. Это большая честь для нас!
— Скромного? — переспросил Велижский с подтекстом и склонил голову, исподлобья взглянув на усатого. — Судя по ставкам, вы выручите сегодня не меньше миллиона долларов.
— Ах, от вас ничего не утаить! — притворно восхитился усатый, хватаясь за розовые щёки, которые становились с каждой минутой лишь розовее.
Вскоре после этого разговора все гости перешли в соседнее помещение и расселись за круглыми столами, каждый из которых был рассчитан на пять персон. Велижского усадили в самом центре зала. Лиза устроилась на краешке стула рядом с ним, и с удивлением взглянула на людей напротив. Три оставшихся места рядом с ними заняла длинноногая шатенка, парень с квадратной челюстью, и женщина с родинкой над полными губами, накрашенная неуместно ярко. И ни один из этой троицы не был похож на пятидесятилетнего главу медиахолдинга, кандидата в мэры на следующих выборах, и самое главное: на Филатова, того самого человека, ради которого Велижский явился в отель этим вечером.
