Открываю.

— О, наконец-то. А я уже собиралась сама открывать, — хмыкает Галина Марковна.

— В смысле?

— Я тут вообще-то жила пару недель не так давно.

— А, ясно. Значит, Глеб не побеспокоился о том, чтобы забрать у вас ключи…

— А с какой это стати? — и бесцеремонно шагает вперед «драгоценная» бывшая свекровь. — Ты на эту квартиру и рубля не заработала. Я могу сюда прийти, если мне захочется.

— Эм… Вообще-то не можете. Глеб ее на меня оформил.

— Мда, это он зря…

Закрываю дверь за Галиной Марковной.

— Чего вы хотели?

— Ну, не буду тянуть кота за хвост, — поджимает неприятно жирно накрашенные губы. — Мне стало известно, что мой сын снова хочет быть с тобой. Молодой и свежей — он предпочитает стареющую жену. Хотя такой мужчина как мой сын мог быть с любой.

— Кхм… Я вообще-то вас слышу сейчас, — потираю пальцем висок.

— И что?

Это я так, дурочку из себя строю.

— Я-то подумала, что у вас мысли вслух нечаянно.

— Нет уж, ты должна все это знать и понимать, — заявляет высокомерно женщина, на которую без ухмылки не взглянешь. — И что там, с ребенком все в порядке? Я знаю, что ты в положении. Ну, что молчишь?

— Я не собираюсь вам что-то говорить, — пожимаю плечами, скрестив руки под грудью. — Тем более как-то защищаться. Вы и ваше мнение — пустое место для меня. Я переступала через все ваше кудахтанье шестнадцать лет подряд, и была счастлива несмотря ни на что, пока ваш сын меня не предал. Сейчас, думаете, мне есть какое-то дело до вас?

— Да он тебя вернуть хочет! Ты радоваться должна, а не нос тут мне задирать!

Галина Марковна женщина маленького роста. И это так забавно, как она сейчас шею ломает, смотря на меня снизу-вверх, пытаясь изображать важность.

— Тут такое дело, Галина Марковна… — вздыхаю глубоко. — Я-то не хочу быть с вашим сыном. И его милость, тем более ваша — мне все это не нужно.

— Вот ты какая стала… — шипит ведьма.

Честно говоря, хочется послать ее на несколько букв и вытолкать за дверь. Но это же я.

— Стала. Представьте себе. Когда-то я старалась, хотела с вами подружиться. Вы разве что в лицо мне не плевали.

— А на чьи ты деньги живешь? На какие деньги собралась растить ребенка? Или ты ждешь, что будешь тут на мягком месте сидеть, а Глеб тебе будет перечислять?

— Мама вообще-то сама зарабатывает, — заходит в прихожую Яна.

— О, защитница явилась. Вместо того чтобы поздороваться с бабушкой — хамить пришла. Не встревай, бессовестная.

— Вы права не имеете тут строить мою дочь. Вы как бабушка — ни о чем. Никогда от вас никакой помощи не было. Особенно, когда они были маленькими. Так что отношение соответствующее. Вы по сути чужой человек, от которого ни Яна, ни Кира ничего хорошего не видели.

Галина Марковна краснеет словно помидор. И сделать-то ничего не может. Будь тут ее сын, то она давно завопила бы. Не для кого концерт устраивать.

— Теперь все окончательно насчет тебя ясно мне стало. Змея ты ядовитая! Да чтоб… да чтоб ты не выносила, тварь такая! Проклинаю тебя!

— Не проклинайте, Галина Марковна, не проклинайте. На себя только беду навлечете, ну или на тех, кого сильно любите, если, конечно, вы способны на это.

— Не говори мне, что делать! Вот увидишь, змея, — пальцем мне грозит, — ты хлебнешь еще горя. А я полюбуюсь. У тебя был шанс, но ты его не использовала, — швыряет ключи на пол и выметается из квартиры.

Я облегченно вздыхаю и поднимаю ключи с пола. На пропуск плевать. Главное, что она сюда не войдет.

Вообще никаких чувств не испытываю. Эта женщина всегда меня ненавидела. У нее синдром звезды. Она личность, человек. А такие, как я — никто. Со временем и Лора стала бы неугодной.

— Долбанутая, — звучит в тишине от дочери.

— Не надо. Это все-таки твоя бабушка.

— Да она же ненормальная. Она тебя проклинала. И хочет, чтобы ты ребенка потеряла. Она больная.

— Забудь ты о ней. Ты вещи собрала?

— Да. Поехали уже, а то еще кто-нибудь припрется.

— Точно. Поехали.

Глава 61

— Ну как тебе домик?

— Офигенный. А давай продадим квартиру и купим такой домик? Типа такого. Этот слишком шикарный. Нет, я серьезно, — говорит дочь. — Тут даже балкон есть!

— Скучаешь по дому отца, да?

— Нет, по нему я не скучаю. Но да, в большом доме уютнее. Тем более, когда братик родится, то ему нужна будет своя комната.

Я уже об этом думала. Что-то в любом случае придется придумывать.

— Ян, мы еще не знаем, кто родится. Хватит тебе уже.

— Это будет мальчик. Я уверена. Так что ничего не говори. Я знаю, что ты тоже этого хочешь.

— Главное, чтобы здоровый или здоровая. Остальное мне совсем не важно.

— Мне просто сон снился дважды, что ты держишь на руках мальчика.

Знала бы дочь, с каким нетерпением я жду этого дня.

Когда я буду знать точно, что все с ним или с ней в порядке.

Тогда я выдохну.

— Я буду счастлива, если так оно и будет. Но пока… будем ждать. Так, пойдем с тобой пирог поставим, как и планировали, а пока он готовится — прогуляемся.

— Супер. Я быстренько переоденусь и приду на кухню.

Кухня здесь шикарная. Все мне тут по вкусу. Интерьер, пространство. Я много времени провела за готовкой. Могу оценить.

Кстати, этот дом продается. Да только не по карману он нам. Здесь восемь комнат, много построек, огромная территория. Как три квартиры, что у нас, он стоит. Мне таких денег не достать. Хотя, можно найти дом и поскромнее. Подумаю еще.

Вместе с дочерью делаем пирог с мясом и луком два листа. Я предварительно сделала тесто дома. Отправляем все это в духовку, ставим на таймер и отправляемся в этот сказочный сад, который я приметила еще из окна.

— Мам, ты не замерзла?

— Да нет. Эта шуба только выглядит тонкой. Ты погляди какой фонтан!

— Ага… И все-то всем надо сделать скульптуры с голыми женщинами.

— Она не голая. Она в платье.

— А, все равно. Такое любят.

— Но изящно же, скажи?

— Ничего так. А где Захар живет?

— Да тут, недалеко.

— Может, в гости к нему сходим? — смеясь, предлагает Яна. — Он точный адрес говорил?

— Ну ты чего? Он вообще-то в городе.

— Ты ему нравишься, — опять она начинает.

— Он тоже мне нравится, — признаюсь дочери.

— Правда⁈

— Ну, как человек. Он умный и…

— Симпатичный?

— Это тоже. Интересный он человек. Очень.

— Да-да… Но ты все равно продолжаешь любить отца, несмотря на то, что он сделал тебе, — уже тише проговаривает дочь, себе под нос.

— Что? — останавливаюсь.

— Ну… прости. Просто я вижу же все. Для тебя других мужчин не существует. И дело не в твоей беременности.

— А ты что, нового отца захотела? — перевожу все на юмор.

— Мне не пять лет, — хмурит брови Яна. — Не надо мне никакого нового отца. Да и разочаровалась я.

— В отце?

— Да. В нем. Не думала, что он такой…

— Какой?

— Я думала, что у вас правда любовь, и что он не поступит так никогда с тобой. От Киры я что угодно могла ожидать, потому что она тупица. Меня вообще не удивило, что она спелась с его любовницей. А вот от него — нет, я не ожидала. А больше всего бесит то, что он врет. Он не раскаялся. Ему просто надоела эта тварь, — пинает носком по обледенелой плитке. — Он просто офигел, если думает, что все это сойдет ему с рук.

— Успокойся, — ближе подхожу к дочери. — Не переживай. Так… получилось. Даже в, казалось бы, идеальных семьях такое случается. У нас с твоим отцом и правда что-то было настоящее. Но он… У мужчин все иначе. И твой отец достаточно долго держался.

Не верится, что я сейчас в какой-то степени оправдываю его. Но это немного другое. Это для дочери. Я не хочу, чтобы она ненавидела его.

— Мне ему спасибо сказать за то, что он не кинул тебя раньше?

— Просто успокойся. К твоему отцу у меня уже нет прежних чувств и уже никогда не будет. Он и сам скоро это поймет. Со временем все стихнет, и мы будем жить нормально.