Настя Маслова

После больницы очень хочется домой. Помыться в родной ванной, выспаться на удобной кровати, выпить горячего чая…

Листаю машинально выписку из своей карточки беременной. Резус конфликт! Кто бы мог подумать, что такое бывает? И список лекарств, который теперь всегда обязан быть в моей аптечке, тоже впечатляет. Мда…

Кладу руку на живот: «Эй, малыш, ты чего это решил с мамой «конфликтовать»? Улыбаюсь… Мы же тебя так ждём.

Хорошо, что угроза прерывая миновала.

Конечно, немного расстраивает то, что муж не смог встретить меня из больницы, но работа есть работа. Я все понимаю. Такси – чем плох этот вариант?

Я представляю, как сейчас что–нибудь приготовлю к приходу Семы. А на выходных можно будет залезть в кладовку и разобрать новогодние украшения. Да, ставить елку ещё рано, но эта возня всегда так успокаивает…

Нам с малышом очень нужны положительные эмоции!

Прощаюсь с таксистом, оплачиваю поездку и, выходя из машины, бросаю взгляд на окна. В них горит свет.

Неужели муж уже вернулся с работы?

Почему тогда не позвонил?

Я открываю дверь ключом и едва не падаю, споткнувшись о выставленные возле порога чемоданы.

Из кухни доносится шум воды.

–Сем… – чуть повышаю голос. – Я дома. А чего ты сумок наставил? Командировка?

Это, конечно, так не вовремя…

Муж появляется в дверях комнаты. Прохладный взгляд, плотно сжатые губы…

–Привет, Настя…

–Не поняла… – улыбаюсь нервно. – Ты что? Мне не рад? Или что–то случилось? Кстати, почему на кухне течет вода?

Ответ на последний вопрос становится очевидным, когда в прихожую выплывает свекровь.

–Здравствуйте… – сглатываю комок в горле.

Потому что смотрит она на меня сейчас с точно таким же призрением, как и в день знакомства три года назад.

Наши отношения не сложились сразу, но муж неожиданно не отступился от меня, и свекрови пришлось смириться. А потом, когда Сема заболел, мне показалось, что общие трудности нас сблизили, сроднили, но… Видимо, показалось?

–А что здесь происходит? – Спрашиваю, разматывая с шеи шарф.

Мне резко становится сложно дышать.

–Сем…. – смотрю на мужа.

Он снимает очки со своего острого аристократического носа, доставшегося ему в наследство от отца вместе с этой квартирой и дачей в элитном поселке.

–Я подаю на развод, Настя.

–Что? – Начинаю нервно улыбаться. – Сем… ты чего? Все же хорошо было. Это такая шутка? Ты так радовался малышу. Имя ему придумывал. Да мы с тобой три года об этом мечтали! Столько всего прошли!

Меня уже начинает потряхивать, но мозг пока оказывается не готов осознать, что происходящее – не болезненный бред .

–Да что ты с ней любезничаешь! – Повышает голос свекровь. – Пригрели змею! Подобрали! Кормили! Отмыли!

–Вы… Вы о чем, Вера Павловна? Возле плиты перегрелись? Вы почему меня оскорбляете? Где вы меня подобрали?

–Ты слышишь?! – Вопит свекровь. – Эта потаскушка , ещё смеет мне хамить?! Семен! Ты почему молчишь?

–Действительно… – Усмехаюсь. – Сем, а чего ты молчишь? Разве так нужно встречать жену, у которой только что была угроза выкидыша?

–Да не велика беда! – Фыркает свекровь.

–Мама, помолчи… – не сдерживается муж.

Я опускаюсь на коридорный пуфик и слепо смотрю на стену перед собой.

Может быть, это «приход»от лекарств?

Я брежу?

Соседки по палате говорили, что им иногда всякая муть после капельниц мерещится. А мне последнюю сделали прямо перед выпиской.

–Я тоже отказывался в это верить, – трагично говорит муж. – Но факты, Настя, их никуда не спрячешь!

–Какие факты?

–Твоей измены.

–Чего? – Ошарашено оборачиваюсь на мужа. – Какой измены? Вы тут все что ли перегрелись?

–Настя… – морщится Семен. – У меня отрицательный резус–фактор, как и у тебя. А ребёнок в животе имеет положительный резус. Отсюда и конфликт.

–Подожди, – шепчу, – это какая–то ошибка. Я не понимаю…

–Не помнишь перед кем ноги раздвинула? – Снова вставляет свекровь свои пять копеек.

–Вы же приличная женщина! – Огрызаюсь ей в ответ. – А ведете себя…

–А как себя я должна вести? Решила нам ублюдка принести? Вон! Пошла вон отсюда! Вещи я тебе уже собрала!

–Сем… – смотрю на мужа. – Но я тебе не изменяла. Мы столько лет вместе! Неужели ты думаешь, что я сначала сидела возле твоей кровати после операций, а потом, когда все наладилось, пошла и завела любовника? Это же бред!

–У меня есть документы, Настя, – берет с полки и протягивает мне несколько листков бумаги муж.

Я забираю их дрожащими руками.

–Вероятность отцовства ноль процентов… Но как? Подожди. Откуда ты вообще взял этот документ, если я не давала согласия на экспертизу?

–Доплатил расширенный пакет на скрининге, – отвечает супруг. – Сегодня пришел результат.

Да, я его тоже видела, но почему–то совсем не обратила на эту страницу внимания она так и осталась в основной карте, наверное. Меня интересовал только пол, и что мой малыш будет здоров.

–Может быть, ошибка? – Шепчу. – Сема! Но ведь это бред!

–У нас даже не эко было, чтобы поверить в фантастичность перепутанного материала, – добивает меня муж иронией. – Не ожидал от тебя такого…

–Гадина! Змея! – Шипит свекровь. – Чтобы ноги твоей не было в нашем доме! Решила использовать моего сына!

–Вообще–то это дом моего мужа, – отвечаю ей.

–Но записана квартира на меня! Поэтому, только я решаю, кто здесь живет!

–Но… – навожу потерянно руками. – Куда я пойду? В ночь? Беременная? С вещами? Сема! Это твой сын! Я клянусь! Ваш внук….

–Иди к отцу ребёнка, Настя.

–Хватит! – Подскакиваю на ногти. – Вы не хотите разобраться! Просто нашли повод меня выставить! Когда перестала нужна быть сиделка! А ведь я, Сема, искренне считала, что в беременность ты меня также поддержишь финансово, как и я тебя, пока ты болел. Но… к черту! Если я сейчас уйду, то ребёнка вы оба никогда не увидите!

–Велика потеря! – Фыркает свекровь. – Ну чего стоишь? Пошла вон!

Смотрю на чемоданы. Эти люди трогали мои вещи. Какая мерзость. Просто решили выбросить меня из своей жизни одним днем!

–Ты совсем не хочешь за нас побороться, – смотрю на мужа. – Совсем не хочешь сохранить семью? Я не понимаю. Объясни мне, пожалуйста! Любящие люди так себя не ведут! Они устраивают скандал! Кричат! Но так…

Семен молчит и смотрит в сторону.

–Так будет лучше. Наши отношения давно зашли в тупик.

–Тупиииик? – Повторяю эхом.

Вот это, конечно, поворот.

– Пожалуйста… – шепчу. – Можно я хотя бы сегодня останусь? Господи… время уже шесть вечера!

Внутри начинает нарастать паника.

–Я вас прошу… во мне столько лекарств.

Семен молча достает из пальто бумажник и кладет мне на чемодан пять тысяч рублей.

–На гостиницу хватит. А больше я тебе ничем не обязан.

–Подожди… а посуда, мебель? – Смеюсь нервно. – Здесь мое – не только вещи!

–Тебе сейчас это с собой завернуть?

–Ясно… – усмехаюсь.

Подхватываю тот чемодан, который стоит ближе, забираю деньги и молча выхожу из квартиры.

–И чтобы духу твоего не было! – Несется мне в след.

–Идите к черту! – Бормочу в ответ.

Слезы накрывают не сразу. Но начинают литься по щекам с такой силой, что я не могу даже смотреть в экран телефона. Буквы размазываются. Мороз колет мокрые щеки.

Какую я сейчас найду гостиницу? В канун корпоративов. Куда мне идти? Звонить бывшим коллегам, у которых своя жизнь, очень стыдно. Нет… Они и так мне помогали всегда, чем могли.

Колесики чемодана вязнут в сугробах.

Такси обратно в центр будет стоить тысячи две. Сколько там у меня на карте?

Ступаю на дорогу, дергаю из промерзшей жижи чемодан, оборачиваюсь и вдруг вижу, как на меня несется огромный черный внедорожник.

Глухой удар сбивает с ног.