Кира сидела напротив подруги и чувствовала, что что-то изменилось. Лена выглядела иначе — не просто счастливой, а светящейся изнутри. Она постоянно улыбалась, поглядывала в телефон, и в ее глазах был тот самый блеск, который появляется у людей, влюбленных по-настоящему.

— Ты выглядишь потрясающе, — сказала Кира, отпивая кофе. — Что-то случилось?

Лена отложила телефон и посмотрела на подругу с такой теплотой, что у Киры сердце защемило.

— Я на Новый год лечу в Москву, — объявила Лена. — К Кириллу. Наши отношения не закончились, Кира. Они продолжались все это время. Мы переписываемся каждый день, созваниваемся по вечерам. Он прилетал ко мне на выходные дважды. Мы решили, что будем пытаться. Что расстояние не помеха.

Кира улыбнулась. Она искренне радовалась за подругу, но внутри что-то болезненно сжалось. Она смотрела на счастливую Лену и думала о себе. О том, как легко и просто у подруги все получается. Как она не боится рисковать, не боится доверять.

— Это же замечательно, Лен, — сказала Кира, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я очень рада за тебя. Правда.

— А у вас с Денисом? — спросила Лена, и в ее голосе послышалась осторожность. — Вы общаетесь? Он писал тебе?

Кира опустила взгляд в чашку с кофе. Она смотрела на пенку, на темную гладь напитка, и внутри нее поднималась волна горечи.

— Мы договаривались, — ответила она. — Не загадывать на будущее. Не обещать. И если не получилось, значит, не судьба. Мы ничего не обещали друг другу, помнишь?

Она помолчала, потом тихо добавила:

— Но я скучаю по нему. По нашим разговорам. По его смеху. По тому, как он смотрел на меня. По его голосу. И да... по страстному сексу, который был у нас.

Она засмеялась, но смех вышел горьким.

— Иногда я просыпаюсь ночью и мне кажется, что он рядом. Что я слышу его дыхание. А потом открываю глаза — и пустота. И я понимаю, что у нас больше ничего не будет.

Лена вздохнула, потянулась через стол и взяла Киру за руку.

— Кир, может быть, ты ошибаешься? Может быть, ему тоже тяжело? Может быть, он просто боится написать?

— Если бы он хотел, он бы написал, — ответила Кира, и в ее голосе была такая усталость, что Лена не стала спорить. — Телефон молчит. Я тоже молчу. Значит, так надо.

Лена хотела что-то сказать, но Кира перебила ее:

— Какие планы на новый год?

Лена снова заулыбалась и начала рассказывать о своих планах — как она прилетит в Москву, как Кирилл встретит ее в аэропорту, как они вместе будут наряжать елку, как он обещал показать ей город, в котором вырос. Кира слушала, старательно улыбалась.

Когда разговор подошел к концу, Лена спросила:

— А ты как собираешься встречать Новый год? С мамой?

— Вообще-то планировала, — ответила Кира. — Но мама уехала в теплые страны. С новым мужчиной. Они решили встретить Новый год на пляже, представляешь?

Лена нахмурилась.

— То есть ты остаешься одна?

— Одна, — пожала плечами Кира. — Но я взрослый человек, Лен. Я справлюсь.

— Кир, я могу остаться с тобой, — предложила Лена. — Не полечу в Москву. Мы отпразднуем вместе, будем смотреть старые фильмы, есть мандарины...

Кира засмеялась, но покачала головой.

— Это детский сад, Лен. Ты не должна отказываться от своего счастья ради меня. Я переживу один Новый год. Тем более, у меня особо нет новогоднего настроения.

Она замолчала, глядя в окно, на падающий снег.

— Знаешь, я до 28 декабря принимала двоечников, разбиралась с отчетами. Я так устала, что мне кажется, я могу просто пролежать все праздники в кровати. И это будет лучший отдых.

Лена смотрела на нее с сочувствием.

— После Нового года я вернусь, и мы что-нибудь придумаем, — сказала Лена. — Может быть, даже снова уедем на море. Мини-отпуск.

— Может быть, — ответила Кира. — Пока я ничего не хочу. Просто отдохнуть.

Они попрощались на улице. Лена обняла ее, поцеловала в щеку и ушла в сторону метро. Кира стояла на углу, глядя на снег, который все падал и падал.

Она посмотрела на телефон. Пусто. Ни одного сообщения.

Она убрала его в карман и пошла домой. Одна. В тишине. В преддверии Нового года, который она встретит в одиночестве.

Глава 17

Кира проснулась с утра оттого, что в окно светило бледное зимнее солнце. Она открыла глаза, посмотрела на потолок и поняла, что никуда не нужно спешить. Никаких уроков, никаких тетрадей, никаких отчетов. Только тишина и она.

Она долго валялась в постели, наслаждаясь этим состоянием. Никто не звонил, никто не торопил. Она смотрела на снег за окном, который медленно кружился в воздухе, и чувствовала странное спокойствие.

Потом она встала, накинула халат и пошла на кухню. Заварила ароматный кофе с корицей, достала из холодильника свежие круассаны, которые купила накануне, и нарезала фрукты. Завтрак получился почти праздничным — она сидела у окна, пила кофе и смотрела на белый город.

— Ну что, Кира, — сказала она себе. — Новый год. Встречаем в одиночестве. И это нормально.

Она приняла долгий, расслабляющий душ, позволив горячей воде смыть всю усталость прошедшей недели. Потом заказала доставку продуктов —фрукты, сыры, оливки, шампанское, мандарины. Всё то, что нужно для новогоднего стола.

Когда доставка приехала, Кира начала наряжать елку. Небольшая, искусственная, но пушистая, она стояла в углу гостиной уже третий год. Кира достала коробку с игрушками — старые стеклянные шары, гирлянды, мишуру. Она вешала их медленно, аккуратно, и в какой-то момент включила на телевизоре «Служебный роман».

Фильм шел тихо, фоном. Кира смотрела на экран и улыбалась, вспоминая, как в детстве смотрела его с мамой. Она нарядила елку, зажгла гирлянду, и комната наполнилась теплым, уютным светом.

Она села на диван, взяла чашку чая и задумалась. Перед глазами встали кадры из отпуска — море, солнце, его улыбка. Она вспомнила, как они танцевали в первый вечер.

Она улыбнулась. Без горечи. Просто тепло, светло. Как будто то, что было, останется с ней навсегда, даже если он не рядом.

К вечеру она решила нарядиться. Достала из шкафа красивое платье — темно-синее, с открытыми плечами, которое купила еще перед отпуском, но так ни разу и не надела. Сегодня был подходящий день. Она собрала волосы, нанесла легкий макияж и посмотрела в зеркало.

— Красивая, — сказала она себе. — Даже если ты одна, ты красивая.

Она накрыла стол для себя. Белая скатерть, две тарелки, два бокала — один для шампанского, один для воды. Она поставила свечи, разложила фрукты и сыры. Стол выглядел праздничным, даже для одного человека.

В семь вечера зазвонил телефон. Мама.

— Дочка, с Новым годом тебя! — услышала Кира голос мамы, который доносился из теплых стран. — Как ты там? Не скучаешь?

— Привет, мам, — ответила Кира. — Всё хорошо. У меня всё наряжено, стол накрыт. Встречаю Новый год.

— Одна? — в голосе мамы послышалась легкая тревога.

— Одна, — спокойно ответила Кира. — И это нормально. Я взрослая.

— Кира, — мама помолчала. — Ты такая красивая, умная, добрая. Почему ты до сих пор одна? Я хочу, чтобы ты нашла хорошего мужчину. Чтобы рядом с тобой был кто-то, кто тебя ценит.

Кира улыбнулась. Она не обиделась — она знала, что мама говорит это из любви.

— Мам, я найду, — ответила она. — Всему свое время. Но спасибо, что переживаешь. Я тебя люблю.

— Я тоже тебя люблю, дочка. С Новым годом!

Они попрощались. Кира отложила телефон и улыбнулась. Мама есть мама.

Через полчаса позвонил папа. Голос у него был бодрым и веселым.

— Кира, с праздником тебя! Как там в Питере?

— Холодно, пап, — ответила Кира. — Но красиво. Снег идет, елка горит.

— А ты как встречаешь? — спросил он.

— Одна. И это нормально.

Папа хмыкнул.

— Ну, смотри. А то я уже внуков жду. Не затягивай с этим делом, а?

— Пап, — засмеялась Кира. — Вы зря с мамой развелись. У дураков мысли одинаковые.